Читать книгу Тайная страсть. Мое искушение - - Страница 6

– Карина, заказчик готов оплатить двойную ставку за твою работу!

– Не возьмусь. Я отказалась от предложения, – категорично отрезает.

И почему я нисколько не удивлена ее очередному отказу?!

– Зачем ты у меня работаешь, если не готова брать проекты? – хмурюсь.

– Владелец компании неоднократно приглашал меня на свидания, и меня это абсолютно не устраивает! – фыркает она, словно элитная скаковая лошадь. – Я не намерена терпеть его липкие взгляды на рабочих встречах!

Карина поднимается со стула и подходит к окну, за которым с самого утра льет привычный осенний дождь, нагоняя непрошеную тоску.

– Ни один из наших заказчиков не виноват в том, что ты безумно красивая женщина. Что я могу поделать, если он хочет в проект именно тебя? – беспомощно вопрошаю я и уже более грозно добавляю: – В конце концов, я директор этого агентства, мне решать, кто берет проекты, а кто – нет!

– Напугала зайца крошечной морковкой, – отмахивается со скукой в голосе. – Но я вправе отказаться от клиента. Как, кстати, Андрей поживает?

Как же она филигранно перевела тему!

– Нормально. На днях вернулся домой из Мюнхена.

– И? – Уперевшись руками в бока, она резко оборачивается, впечатывая в меня свой остроумный взгляд.

– Что «и»?..

Я не поддамся на ее хитрые провокации.

– Вы играете в семью? Или как понимать вот то, что между вами происходит?

Указательным пальцем она рисует круг в воздухе, затем, округлив свои янтарные глаза, как бы беззвучно добавляет: «Вы на голову оба чокнутые или только притворяетесь?!».

– Да что ты ко мне прицепилась? – огрызаюсь, допивая уже холодный черный кофе. Торопливым шагом подхожу к раковине, чтобы ополоснуть кружку. – Нас в субботу пригласили друзья на свадьбу.

– Господи, не говори мне, что Романовски вздумали пожениться!

– Именно так… – Намыливаю губку и тщательно промываю чашку. Аккуратно ставлю ее на сушильную решетку в шкафу и вытираю руки о полотенце, свисающее с дверцы. – Поэтому я не вижу смысла поднимать тему развода до праздника.

– Ты с ним спишь? – бросает без обиняков.

Опешив от интонации, я давлюсь воздухом.

– Карина, что за вопрос?

– Вполне себе обычный вопрос. Неужели ты ложишься с ним в одну кровать после всего, что произошло?

– Ложусь, но секса у нас не было. Я соврала, сказав, что у меня критические дни.

Как же так вышло, что эта холодная стерва стала мне роднее подруг детства, с которыми я когда-то делилась каждым шагом? Ведь о том, что произошло в клубе, я никому из них так и не рассказала. И уже, наверное, не расскажу. Да и вообще… как таковых близких подруг у меня не осталось. Их и было всего две.

Надя и Лера.

Надя несколько лет назад уехала в Австралию: вышла замуж за своего красивого и белозубого мачо Джейка, который, между прочим, зарабатывает огромные деньги на том, что «ставит на ноги» больных кенгуру.

А Лера вообще отдалилась от нашей маленькой компании, как только стала многодетной мамой. После моих неудачных попыток забеременеть она самоустранилась из круга моих друзей. То ли не хотела травмировать меня своей очередной беременностью, когда я сама потеряла ребенка на маленьком сроке; то ли вбила себе в голову странную мысль, что разговоров о пеленках и подгузниках не избежать, и это обязательно приведет к обсуждению беременности и малышей.

Но я же не городская сумасшедшая, чтобы обижаться на близкую подругу за то, что не смогла выносить ребенка. Напротив, я всегда была с Лерой предельно деликатной: не строила из себя несчастную деву и слушала ее жалобы на бессонные ночи и режущиеся зубки без тени упрека или зависти. И тем не менее за последние годы наше с ней общение сошло практически на нет.

Порой очень сильно накрывает нужда с кем-то просто поговорить. Поделиться тем, что скопилось на сердце и давит тяжелым грузом. Или, наоборот, излить душу, рассказав приятные новости.

Иногда мне кажется, что ближе Карины у меня никого нет… И в такие моменты меня настигает такая черная тоска, что аж выть хочется. Почему-то с Андреем у нас так и не получилось стать близкими друзьями, хотя вместе мы уже пятнадцать лет. Да, мы многое друг другу рассказываем, делимся переживаниями и радостями, но в каких-то вещах он меня совсем не понимает. Не возникло у нас истинного душевного единения. Возможно, и я его в чем-то не понимаю, не поддерживаю… но об этом он тоже никогда мне не говорит.

Однако именно муж помог мне стать достойным человеком и выбиться в люди. Маркетинговое агентство было его инициативой. Без уверенности, которую он в меня вселил, и крепкой поддержки я была бы никем. Обычной сиротой с одинокой и раненой душой. И, вероятнее всего, работала бы на окраине Петербурга в неприметной и унылой «Пятерочке».

– Карин… у меня, кроме него, никого нет… – тихо признаюсь.

Мне страшно. Страшно остаться совершенно одной.

– Черт, Кристина… Прости, я не знала. Но я тебя прекрасно понимаю. – На миг в ее глазах мелькает искреннее сожаление. – Хотя… это все равно не повод себя подавлять.

– Я знаю. После свадьбы я с ним обязательно поговорю. Обещаю.

– В первую очередь это нужно тебе, а не мне. Думай прежде всего о себе и о своем комфорте, – заключает она и, метко кинув пустой стаканчик из-под капучино в мусорное ведро, оставляет меня на кухне наедине со своими мыслями.

Еще раннее утро. В агентстве, кроме нас двоих, никого больше нет. Мыслями я снова возвращаюсь во вчерашний вечер. Ужин в необычном ресторане можно было бы назвать идеальным, если бы не дерзкое сообщение, присланное с незнакомого номера.

Я чуть не умерла на месте, прочитав несколько жарких слов. Меня колотило как неприкаянную, потому что всего в нескольких сантиметрах от меня сидел ничего не подозревающий муж и разделывал свой любимый стейк средней прожарки. А в этот момент его любимая жена думала совсем о другом способе глубокой прожарки!

О боги! Такими темпами я стану сексуально озабоченной милфой. Точнее, даже не милфой, а просто старой озабоченной женщиной! Ведь, несмотря на многочисленные попытки забеременеть, стать матерью мне так и не посчастливилось.

Сильно испугавшись, что Андрей вдруг увидит сообщение, я в панике не придумала ничего лучше, чем удалить и заблокировать неизвестный номер. Но стоит вспомнить ту единственную ночь – и по венам мгновенно растекается дикое, необузданное пламя.

Что этот парень сотворил с моим телом и разумом? Превратил меня в похотливую кошку!

Зла на него не хватает! А заодно и на себя!

Мои неоднозначные чувства к незнакомцу рушат всякий покой, сводят с ума. Я боролась с этим наваждением все прошедшие дни и вместе с тем бредила мыслью, что он найдет меня. Вопреки всем обстоятельствам.

И он нашел. Как я и мечтала.

Мое тайное желание сбылось.

Но что мне теперь с этим делать?

Наполненные трудовой суетой дни пролетают до субботы со скоростью баллистической ракеты. Стараясь не пересекаться лишний раз с Андреем, я нарочно заваливаю себя ворохом рабочих задач. Новый заказчик будто считывает мой призыв во вселенную и убедительно просит ускориться с реализацией проекта. В обычной ситуации меня бы поразила подобная напористость, я бы корректно осадила клиента, но не в этот раз.

Взбудораженная свежей идеей, наша команда – два программиста, SEO-специалист, три дизайнера на фрилансе, координатор проекта в моем лице и энергичная Агния – составляет контент-план на несколько месяцев вперед. Во время послеобеденного митинга мы прогоняем его финальную версию. Довольные проделанной работой, непринужденно болтаем какое-то время и прощаемся до понедельника.

Вечером у меня намечен недолгий шопинг и покупка платья на свадьбу, а уже ранним утром – макияж и прическа.

В следующем месяце у Андрея запланировано несколько сложных операций, к которым он, как старший хирург клиники, обязан основательно подготовиться. Две – в Санкт-Петербурге, одна – в Германии. Операция ли это или очередная поездка к любовнице, меня уже не касается. И, как ни странно, грудь почему-то не сдавливает до хруста бетонная плита обиды и боли.

После свадьбы Александр и Вера планируют провести медовый месяц в Испании. Получается, что вся основная работа в клинике ляжет на плечи моего мужа.

Я искренне завидую молодоженам. Уже и не помню, когда мы с Андреем были в настоящем отпуске последний раз. Примерно лет десять назад летали на Маврикий. До этого посещали несколько раз Бали и Таиланд. Об островах остались самые теплые воспоминания, которые ассоциируются с беспечностью, свободой, жарким солнцем и несметным количеством сочных и сладких фруктов.

У меня свое агентство, и там требуется мое постоянное личное присутствие, у Андрея понятие свободного времени вообще отсутствует как таковое. Наш максимум – двухдневный отдых в спа-отелях пригорода Санкт-Петербурга. Я ни в коем случае не умаляю красоты северной столицы, но южный берег, алмазная морская вода и горячий песок под ногами мне только снится.

Допускаю, что к тому моменту, когда ребята вернутся в Россию, наш с Андреем брак подойдет к логическому концу.

Стараясь прислушаться к своему сердцу, я прихожу к удивительному выводу, что от слова «развод» меня больше не швыряет то в чан с кипятком, то в ледяную воду. Мне даже кажется, что где-то в глубине души я уже приняла факт нашего расставания.

Муж и сам после приезда ведет себя непривычно: проявляет эмоции и заинтересованность к вещам, которые раньше его не трогали. Например, к деталям моей работы. А еще я не припомню, чтобы он когда-либо был таким тактильным и любвеобильным, как последние дни после приезда из Мюнхена.

Безусловно, это не вызывает во мне прилив чувств и приступа сентиментальности, напротив – сильно отталкивает. Вчера он снова попытался подобраться к моему телу, но я впервые в жизни притворилась спящей. Осталось пережить завтрашний день, собраться с духом и беспристрастно признаться во всем.

Для праздника я выбираю черное платье с воздушным воланом до середины бедра и длинными облегающими рукавами. Лаконичный квадратный вырез придает моему образу немного дерзости и элегантности, а легкая ткань и свободный крой юбки отправляют чувство скованности в спячку. После Алискиного платья с пайетками я теперь могу надеть на себя что угодно, хоть короткие шорты и топ!

Бракосочетание проходит в закрытом формате в старинном особняке с колоннами и высоким сводчатым залом, потолок которого украшен лепниной. Не имею представления, в чьей собственности находится это здание, но, каждый раз проезжая мимо по набережной, мне хотелось заглянуть внутрь. И сегодня я наконец удовлетворила свое любопытство и нисколько не разочарована увиденным. Убранство действительно впечатляет своей вычурной роскошью и количеством антиквариата, стоимость которого определенно выходит за рамки наших с Андреем возможностей.

Как я поняла, судя по небольшому количеству гостей, на празднике любви собрались только самые приближенные к чете Романовски люди. Странно, что их единственный сын – Ян – решил проигнорировать свадьбу. Все-таки не чужие люди женятся, а собственные родители. Мальчик еще совсем молодой, видимо, не понимает, что любовь не имеет четко очерченных границ и прощает ошибки, ведь мы все – живые люди, а это означает, что нам свойственно ошибаться.

Вечер проходит как я люблю – спокойно и размеренно. Нет пьяных и громогласных тостов и речей. Нет шумных ссор и показушных драк, без которых не проходит ни одна обычная свадьба.

Невеста, а теперь уже жена, светится неподдельным счастьем не меньше новоиспеченного мужа. Я не люблю высказываться при всех, поэтому сразу после росписи подхожу и лично желаю молодоженам всего, чего пожелала бы себе. Честности, искренности и верности… чтобы никогда не предавали друг друга…

– Ты не против, если я пойду пообщаюсь с Левиными? Мы не виделись сто лет. Константин, по-моему, открыл свою клинику в Швейцарии. Хочу разузнать подробности.

Андрей всегда заинтересован и готов к общению, когда дело касается его сферы деятельности. Свадьба друзей – не повод делать исключения.

– Нет конечно, иди!

– Может, присоединишься?

– Ой нет, я ничего не понимаю в ваших медицинских штучках. Только мешать буду!

– Не говори глупостей! Точно не будешь скучать здесь без меня?

Он нежно гладит мое запястье большим пальцем, и от этих касаний мне хочется поскорее избавиться. Ласка предателя.

– Разве с бокалом Moët может быть скучно? – усмехаюсь я.

– Тогда я быстро!

– Не спеши!

Муж оставляет на моих губах легкий поцелуй с привкусом премиального шампанского и уходит в противоположное крыло зала.

Через какое-то время помещение наполняется смехом, голоса становятся веселее и смелее, что хорошо разряжает окружающую обстановку. Выпитый алкоголь плавит невидимые барьеры между людьми и раскрывает их, делает смелее.

Телефон мужа, лежащий на столе, издает сигнал. Я никогда не проверяла его сообщения, всегда была выше этой грязи. Но мой ненаглядный первый залез в свинарник под названием измена, и теперь мне остается только постелить себе соломку перед падением.

Поворачиваю девайс экраном к себе.

Сабина.

«Андрюша, срочно позвони! Мне не справиться без тебя!»

Меня так и подмывает схватить телефон со стола, подойти к «Андрюше» и швырнуть им ему в лицо, разоблачив прямо сейчас!

Если в прошлый раз сообщения от нее еще можно было как-то оправдать, списать на какие-то рабочие моменты или банальную случайность, то теперь точно нет! Такие личные послания поздно вечером шлют только близкие люди. Никак не коллеги!

Я глотаю шампанское залпом. Один бокал за другим. Растерянный официант только и успевает менять опустевшие фужеры на полные. Ненависть и обида, приправленные немалой дозой алкоголя, лишь усиливаются.

Ко мне подходят какие-то незнакомые люди, в основном мужчины, пытаются завести диалог, но я доброжелательно отмахиваюсь. Мне сейчас не до разговоров и ненужных знакомств. Я – не мой муж, хотя поступила не лучше. Но я хотя бы не домогаюсь его и не делаю вид, как сильно люблю и скучаю. Дотянуть бы до конца вечера и найти укромный уголок, где я смогу спокойно выплакать все, что накипело и зудит внутри.

Как он может так? Как? Хотеть и любить двоих! Не бывает так! Или все-таки он со мной из жалости? Подонок! Неужели не осталось ничего святого за душой?

Спустя полчаса Андрей возвращается за стол и проверяет телефон. На его лице проступает удивление и заметная тревога.

Ха! За любовницу свою переживаешь?!

– Мне нужно срочно по работе позвонить! Я отойду… – бросает он излишне нервно и быстрым, почти беглым шагом выходит из зала.

– Кристиночка, красавица наша, ты чего весь вечер сидишь тут одна? Не скучаешь?

Не успеваю опомниться после выходки Андрея, как рядом уже опускается пьяненькая невеста.

– Верочка, милая, все хорошо, – изображаю радость, еле сдерживая поток слез. – Почему ты не танцуешь с Сашей?

– Еще успею! Вся жизнь впереди! Послушай, я тут периодически поглядывала на тебя в течение вечера и поняла одну истину. Ты не отдыхала целую вечность! И мы тут переговорили с Александром и решили, что вам с Андреем стоит поехать с нами в Испанию…

– Что? Какая Испания? Вера, вы сколько выпили?

– Да послушай ты меня! – Она размахивает рукой, окликая официанта. Хватает с подноса два бокала и тут же один сует мне. – Пей!

Я моргаю в недоумении, но напиток покорно выпиваю.

– Так что там Испания? – уточняю, не послышалось ли мне ее предложение.

– Ну так вот… да, у нас в Марбелье огромный дом! Море рядом, чистый берег. Присоединяйтесь к нам хотя бы на несколько дней… – Она умоляюще хлопает ресницами.

– Я не знаю, работы навалом и…

– Прошу прощения, – врывается Андрей, перебивая меня на полуслове. – Мне срочно нужно лететь в Мюнхен! У пациента осложнения после операции. Прилечу послезавтра!

Я смотрю на него и не верю своим ушам. Какой, к черту, пациент? Какие осложнения? К Сабине своей так не терпится сбежать, что даже праздник до конца не можешь высидеть?

Не проходит и пяти минут, как он прощается с виновниками торжества, клюет меня в щеку и растворяется в толпе гостей, будто его и не было на торжестве.

– Что это было? – спрашивает Вера, приподнимая бровь.

– Работа, как видишь, – протягиваю я с показной непринужденностью, не веря, что он действительно уехал, бросив меня на свадьбе лучших друзей.

То ли выпитый алкоголь так на меня действует, то ли безвыходность всей ситуации, но я с уверенностью произношу:

– Слушай, Вера, а поехали в Испанию! Я и правда так устала от работы…

Хочу вырваться на море хотя бы на несколько дней!