Читать книгу За семь часов до счастья. Книга 2 - - Страница 5

Вообще, вся рабочая неделя не обещала быть наполненной событиями. Единственное, что отличало её от предыдущих, это то, что работать надо было шесть дней перед ноябрьскими праздниками. Но Славу с его рабочим графиком это сильно не напрягало ведь, он и так часто в выходные был на работе. А вот Ингу этот факт расстраивал. Она пыталась его убедить уехать как можно раньше, но Вячеслав только многозначительно отшучивался и не давал никакого чёткого ответа. При всём при этом Ингу разрывали противоречия. С одной стороны, в воскресение она наконец занялась с ним любовью, и это было выше всяких похвал, но с другой стороны Нэтэли, которая стала катализатором не давала ей покоя. А то что Наташа оставалась в Хабаровске, хоть и в клинике, но всё-таки незримо присутствовала во всём. С другой стороны, она смотрела на Славу, который был спокоен и даже безразличен и её это немного успокаивало. Поэтому Инга решила не искать проблему до того момента пока она сама не встанет на повестку дня, и занялась текущими делами и работой.

Вячеслав же снова прописался в клубе, где усиленно работал и накачивался, работая с железом по всем правилам фитнеса. В среду утром, когда он находился в зале и совершал приседания со штангой перед зеркалом, к нему подошёл Салтаев, показав, что ожидает окончания его упражнения. Слава доделал подход, поставил штангу на держатели и, тяжело дыша развернулся.

– Добрый день, Байсан Магомедович, – обратился он к нему.

– И вам хорошего дня, – ответил тот протянув руку в приветствии.

Слава ответил крепким рукопожатием

– Вы ко мне? – спросил он.

– Да, к вам. У меня серьёзный разговор, – начал из далека тот.

– Я вас внимательно слушаю.

– Нет, мой разговор будет конфиденциальный и мне бы хотелось, чтобы мы пообщались без посторонних ушей, – Байсан многозначительно посмотрел по сторонам.

– Мы можем поговорить у меня в кабинете. Только не сейчас, а примерно через час. Я уже начал тренироваться, и вы судя по всему тут за этим же, – сказал Слава, намекая на то, что его собеседник был в спортивной форме.

– Да, давайте через час как закончите, тогда у вас в кабинете, – согласился тот, – но у меня просьба. Важно, чтобы нам никто не помешал.

На том они и решили. Салтаев отправился к своему персональному тренеру в другой конец зала где приступил к разминке, а Слава же продолжил тренироваться, перейдя с приседания со штангой к тренажёрам для жима ногами. Он медленно и с большим наслаждением выполнял каждый подход ловя такие приятные ощущения напряжения в мышцах и преодоления сопротивления веса. После жима ногами, взял гантели и начал делать с ними проходку по залу. За выполнением очередного захода у него зазвонил смартфон и доделав упражнение, достав смартфон из чехла на руке посмотрел на экран. Звонила Инга.

– Да, девочка моя, – тяжело дыша, ответил она, – слушаю тебя.

– Слава привет, ты чем занят? – спросила она.

– На диване лежу чебуреки макаю в таз с майонезом и ем. – ответил он.

– Чего ты делаешь, не поняла? – ответила она.

Слава по-доброму рассмеялся.

– Тренируюсь я. Тренируюсь, – ответил он.

– Прости что прервала тебя от любимого занятия. Слушай, у меня к тебе есть предложение, – начала из далека она.

– Любопытно. Продолжай, – сказал Слава.

– Я сегодня у себя дома хочу собрать кое-кого из своих друзей и приятелей. Хотела бы что бы и ты там был, – выдала Инга.

– Послушай, это твои знакомые. Твой круг общения. Не думаю, что я в него впишусь и буду там к месту, – начал Слава.

– Мальчик мой, это не какая-то деловая или рабочая встреча. Я просто время от времени собираю знакомых у себя. Мы слушаем музыку, общаемся, хорошо проводим время. Сейчас у меня есть ты и я хочу, чтобы ты был рядом, – объяснила она.

– Мне кажется это не очень хорошая идея, – не унимался Слава – я вряд ли понравлюсь твоему кругу общения, и они мне тоже. Сидеть там на кислых щах распугивая твоих друзей я не хочу. Да и тебе будет неловко.

– Слава, кому ты сказки рассказываешь? – рассмеялась Инга.

– Я тебя уже неплохо знаю. Давай колись, почему ты не хочешь ехать ко мне?

– Ладно хорошо, – немного разозлился Вячеслав, осознавая, что его девушка узнает его всё лучше, – ты меня раскусила. Сегодня в четырнадцать часов по Москве и соответственно в двадцать один по Хабаровску времени моё Торпедо играет во Владимире. И я хотел этот футбольный матч в интернете посмотреть.

– Ну ладно. Пропустишь. Подумаешь какой-то футбол, – сказала Инга, – сколько их ещё будет.

Слава аж опешил от такой наглости.

– Значит так, хорошая моя. Ты походу чего-то не поняла. Это не какой-то там футбол. Это дерби. Сегодня мой Торпедо играет с самым принципиальным нашим врагом, Динамо из Владимира. Если бы я был в Костроме, я бы уже сейчас на выезд собирался и бинты на кулаки наматывал. Так что футбол я в любом случае буду смотреть.

– Слава, успокойся пожалуйста и не заводись, – примирительно начала Инга, понял, что это для него важно, – давай так. Ты приедешь ко мне, я включу тебе в отдельной комнате твой футбол, ты его посмотришь и после этого присоединишься к нам. Такой вариант тебя устроит?

Вячеслав в начале подумал. Предложение было интересным. Сменить обстановку и побыть рядом с ней Ингой, идея не плохая. Можно было найти повод и показать характер, по поводу того, что она не оценила важности для него футбольного матча. Но Инга и не обязана угадывать его желания и приоритеты в жизни. Тогда для чего ломать копья?

– Хорошо, – согласился он, – это рациональное предложение. Давай так и сделаем.

– Ура! – обрадовалась Инга, – Приезжай ко мне часам к восьми вечера.

На том они и остановились. Вячеслав доделал комплекс упражнений. Сходил в душ, привёл себя в порядок и отправился к себе в кабинет. Минут через пятнадцать к нему постучали, после чего в кабинет зашёл Байсан, следом за ним Зелимхан, при этом второй охранник остался с наружи у двери. Салтаев развернулся и велел и Зелимхану подождать его с наружи и никого в кабинет не пускать. Вообще, в последнее время в зале Байсан появлялся нечасто. И заметно было вот ещё какое изменение. К клубу он приезжал не только на своём Майбахе. Часто его сопровождал ещё чёрный внедорожник. Даже по клубу он передвигался только с двумя телохранителями и ещё двое ждали его у машины.

Салтаев сел на против и, отказавшись от чая и кофе, начал собираться с мыслями. Слава посидел немного и подождал, после чего спросил:

– Байсан Магомедович. Я так понимаю у вас ко мне разговор, и вы не знаете, как его начать.

– Да, – осторожно ответил тот, – вы правы. И вопрос очень деликатный.

– Я надеюсь он будет касаться не Инги? Мне бы очень не хотелось, чтобы у нас тут были какие-то противоречия и недопонимания.

– А знаете Вячеслав, вы правы. Разговор будет как раз о ней. Только немного не с той стороны о которой вы могли подумать, – ответил он.

– Всё любопытнее и любопытнее, – улыбнулся Слава.

– Я смотрю, вы в хорошем настроении, – как-то очень не по-доброму посмотрел Салтаев на него, – а между тем тут всё очень серьёзно. Если только всё, что происходит не ваших рук дело и не вы за этим стоите.

– Байсан Магомедович, мы хоть с вами знакомы и не очень долго, но я думаю вы смогли уже понять, что подковёрные игры, коварные расчёты и тому подобное, не мой конёк. Я предпочитаю грубую силу и смотреть проблемам и врагам, – он сделал на это слово ударение, – в глаза. Так что давайте юлить не будем.

Было видно, что тот колебался и подбирал слова.

– Знаете. Если посмотреть на историю, которая случилась в ночь с субботы на воскресение в вашем доме, то не скажешь, что вы просто и открыто всё делаете. У вас много камней за пазухой. – сказал Салтаев.

– Уже донесли, – покачал головой Слава, – Я почему-то не удивлён. Только вам какое до этого дело? Это вас не касается. Если вы переживаете за Ингу, то не волнуйтесь, я в обиду её не дам.

– Да. Я переживаю за Ингу. И поэтому я тут. И у меня к вам вопрос. Горбунова Алёна? Что вы мне можете сказать?

Слава задумался. Вопрос был неожиданным. Особенно если учесть историю с её пропажей, потом появления с какими-то людьми у его дома. Плюс Инга сама говорила, что Салтаев интересовался Горбуновой. Явно шла какая-то игра и надо было быть настороже. Он решил действовать по обстоятельствам.

– Ничего особенного не могу. У нас с ней были отношения, вы знаете, что она организовала покушение на меня, после того как всё вскрылось она исчезла. Знаю, что её ищет муж, он приходил ко мне, грозился написать заявление в полицию о пропаже супруги. Но большего мне не известно.

– И вы не знаете где она и что с ней? – уточнил Салтаев.

– Не имею понятия и очень надеюсь её больше никогда не встретить, – внимательно смотря на собеседника ответил Слава.

– Допустим, – кивнул Байсан, – Громов Юрий. Что вы знаете о нём?

– В первые слышу это имя, – пожав плечами ответил Слава.

Байсан внимательно изучал Вячеслава, после чего переспросил:

– То есть вы можете дать слово, что не знаете этого человека и где Горбунова вы тоже не в курсе?

– Да, именно так, – кивнул Слава, – и я не очень понимаю при чём тут Инга?

– Если это так, – ответил Салтаев, – у меня больше нет вопросов. Спасибо за уделённое время.

Он встал что бы уйти, но Вячеслав сказал:

– Байсан Магомедович, вам не кажется, что-то что сейчас происходит не совсем правильно. Вы явно напряжены, в этом замешана Инга и моя бывшая женщина. И при этом вы ничего не хотите мне сказать?

– Нет не хочу и имею на это все основания, – парировал тот.

– А я могу их узнать, эти основания? – поинтересовался Слава.

– Можете. И они на поверхности. Давайте честно. Я вам всё-таки не верю, – ответил Байсан.

– И, думаю, имею на это все основания. И потом, вы очень мстительны Вячеслав. Я видел это на примере своего племянника и его друзей. И я не могу быть уверенным, что всё, что сейчас происходит это не ваших рук дело. И наконец, – он снова сделал паузу, – Алёна, она всё-таки ваша женщина была. А Инга сейчас называет себя таковой. Я не дурак. Вижу, что вы на них имеете какое-то сильное влияние. Что ещё раз говорит в пользу того, что верить я вам до конца не могу.

Слава рассмеялся.

– Ну спасибо за правду. Если всё-таки решите сказать, что то, что телефон мой у вас есть.

Байсан подошёл к двери, взялся за ручку, постоял подумал, повернулся и сказал:

– Что бы вы не думали, Вячеслав Сергеевич, я люблю Ингу и она будет со мной. Это что бы вы понимали. И если я узнаю, что кукловодом всего происходящего являетесь вы, у вас будут серьёзные проблемы. А если пострадает Инга, то я вас просто убью, – сказал он.

– А если выяснится, что за вашими некими проблемами я не стою? – уточнил с усмешкой Слава.

– Тогда я буду рад. И если это действительно не вы, у меня к вам просьба. Будьте с ней рядом и оберегайте её. Она в очень серьёзной опасности, – он открыл дверь что бы выйти, но Вячеслав добавил.

– Тогда скажите в чём дело или хотя бы предупредите Ингу, что бы она знала, чего бояться, – предложил Слава.

– Она мне всё ровно не поверит сейчас и даже слушать меня не станет.

Он ещё немного постоял и добавил:

– Всего хорошего, – закрыл за собой дверь.

Разговор оставил очень неприятный осадок. Всплыло какое-то совершенно новое и не известное ему имя. Что-то происходило и Салтаев был явно не из тех людей, которые были похожи на паникёров. Но он нервничал. Причём настолько, что решился перейти на откровенные угрозы Славе и показать свою слабость в отношении Инги. Алёна. Вот явный ключ к решению этого вопроса и её надо было найти. И что бы не оказаться к ним не готовым, действовать надо быстро и решительно. Но для начала он решил поговорить с Ингой и понять, что знает она и обладает ли какими-то сведениями. Благо вечер к этому, в принципе, располагал.

Как и обычно Вячеслав был пунктуален. Такси подвезло его к назначенному месту без пяти восемь. Он вышел из машины, подошёл к воротам аккуратного забора и нажал на кнопку. Дверь открылась и прошёл во внутрь. Миновав внутренне пространство, на котором располагался ухоженный газон и площадка для места под курения, барбекю и прочим уличным радостям, он подошёл к входной двери. Инга встречала его на пороге и радостно, как маленькая девочка кинулась к нему на шею. Они прошли во внутрь, Слава снял куртку и отказавшись от тапочек повесил куртку на вешалку прошёл во внутрь. У Инги дома он был первый раз. До этого его визиты заканчивались либо у входа, либо на крайний случай в прихожей. Она за руку провела его во внутрь. На первом этаже прихожая, чуть далее большая кухня, совмещённая со столовой-гостиной, далее лестница на второй этаж и с другой стороны, как Инга её назвала, каминная комната. Центром которой был сам камин, правда электрический, висел большой плазменный экран, на стеллаже располагалось кое-что из музыкального оборудования, книги, фотографии и всякая мелочь для антуража. Посередине комнаты стоял низкий стеклянный длинный стол, на котором сейчас располагались закуски, кое-что из лёгкой еды, фужеры под всевозможный алкоголь, чуть с боку бутылки с вином, шампанским и алкоголем покрепче, по стене располагался низкий угловой длинный диван. С других сторон такие же кресла. Свет в каминном зале был приглушён, играла лёгкая музыка. Слава на всё это посмотрел и, взяв в руки бутылку с коньяком, скептически на неё глянул и спросил:

– А нас вообще много будет?

– Будет три мои подруги и человека четыре-пять мужчин, – ответила она

– А не много алкоголя на всех? – не смотря на неё ответил Вячеслав и поставил бутылку назад.

– Да ладно тебе, мой хороший, – ответила она, – не будь занудой. Не все такие правильные как ты. Для тебя у меня сок апельсиновый и чай.

– А что вообще за люди будут? – уточнил Вячеслав.

– Ну, некоторых ты уже знаешь. Они были на моём дне рождении. Плюс ещё пара человек, с которыми вместе тусуемся и общаемся время от времени.

Поскольку до футбола было ещё около часа, они просто сидели и беседовали в ожидании гостей. Инга провела Славе экскурсию по своему дому, показала ему комнату на втором этаже, где он уединится за просмотром матча. В общем, просто находились в обществе друг друга. Слава иногда писал друзьям, которые были уже во Владимире и, оккупировав один из местных пабов, усиленно напивались пивом и доходили до нужной кондиции. Было видно, что Вячеславу их очень не хватало и ему хотелось сейчас оказаться там. Минут за тридцать до начала футбола они собрались в единый кулак, количеством около тридцати человек выдвинулись в сторону стадиона. Его друг Дмитрий был на видео связи и показывал Вячеславу всё происходящее. Пройти долго они не смогли, так как их практически сразу обнаружили сотрудники полиции, и вот уже в телефоне показалось два КАМАЗа с логотипом «Росгвардия». Колонна была остановлена и начались какие-то шевеления и обыски. Дима вынужден был отключить связь. Славу буквально разрывало от эмоций и для Инги это было весьма непривычно.

Ещё минут через десять начали прибывать гости. В начале приехал мужчина, который был на дне рождения с другом. Потом прибыла подруга, и после этого ещё две. Минут за десять до девяти вечера приехал ещё один гость. Невысокого роста мужчина лет тридцати пяти. Взглянув на него, Слава дал ему прозвище «глист» за очень скользкий взгляд, усмешки и вообще какое-то гнилое поведение. Вел он себя развязано и некрасиво. Начал отпускать пошлые шутки к месту и не к месту.

– Слава, знакомься, – сказала Инга, – это Станислав. Станислав – это мой Вячеслав.

– А, это ты работаешь управляющим фитнеса? – начал тот и протянул свою руку.

Вячеслав пожал её в ответ, но тот даже не удосужился по нормальному совершить рукопожатие, начал смотреть на него.

– У вас в городе много хороших клубов, – ответил Вячеслав.

– Ну ты же «под Мартой» ходишь, – ответил Стас.

– Что значит «под Мартой хожу»? – не понял вопроса переспросил Слава.

– Ну твоя хозяйка Марта. Ты в её клубе работаешь, – с гнусной улыбкой ответил тот.

– Странный ты Стасик, – недобро ответил Вячеслав, – я не под кем не хожу и у меня нет хозяина. Я работаю в клубе управляющим и смею предположить делаю это не плохо.

– Ну так значит она твоя хозяйка, клуб же ей принадлежит, – не унимался тот.

– Марта – мой работодатель, она заключила со мной договор. Но это никого не касается, – стараясь не заводится ответил Слава, понимая, что он в гостях и не хотя портить Инге вечер. – Это так, для сведения. А ты откуда Марту знаешь?

– Скажем так, – начал отвечать тот, – у нас с ней общие дела. Я кое-что для неё делаю.

В этот момент приехали ещё два человека и этот диалог вынуждено прекратился. Познакомившись с вновь прибывшими, Вячеслав отправился на второй этаж, где вывел трансляцию с ноутбука на экран телевизора и приступил к просмотру матча. И он начался на удивление феерично. Уже в двадцатой минуте первого тайма его команда пропустила три безответных мяча и играла она не то что плохо, а было такое чувство, что вообще не шевелилась. Единственное что нарушало это убогое зрелище, это наличие его соратников на трибунах, которые дружно скандировали речёвки и кричалки, так что их было слышно. Так же кстати, как и фанатов местного Динамо. Вообще ближе к концу первого тайма заряды представляли из себя нецензурные выкрики в адрес одного и второго города, кто кого и куда будет иметь и какие нехорошие люди живут в каждом из этих городов. В итоге через сорок пять минут, когда Слава в дурном настроении спустился в низ, чтобы в перерыве налить себе чаю и подышать воздухом, его команда проигрывала пять ноль и перспектив на хороший исход не было ни каких. Спустившись на первый этаж Вячеслав увидел, что в каминном зале сидел Стас с одной из девушек и Ингой, двое парней с бокалами в руках беседовали у камина, ещё одна девушка танцевала под музыку плавна двигаясь. Остальных не было. Не став их беспокоить. Слава прошёл на кухню, нагрел чайник, налил кипятка, заварил пакетик чая и вышел с ним на улицу, попутно накинул куртку. Там у зоны барбекю стояли ещё две парней и девушка. Они беседовали и смеялись. Вячеслав подошёл к ним. Те увидев его чуть расступились как бы приглашая к беседе.

– Ну что? Как футбол? – спросил его тот, кого звали Петром.

– Прекрасно. Проигрываем пять ноль, – ответил он.

– Да? Кто играет? – спросил собеседник.

– Самый лучший клуб на свете, – коротко ответил Слава.

– Это какой?

– Торпедо Кострома. – снова ответил Вячеслав без доли сомнения.

– Так, а чем же они лучшие если проигрывают, – не унимался Пётр, – говно какое-то, а не клуб.

– Говно это те игрочишки, которые по недоразумению сейчас в цветах моей команды по полю ползают. Потом он помолчал и добавил: – Торпедо – это мы, а они так, временные трудности.

– Не понимаю, – начал Пётр, но Слава его прервал.

– А тебе и не надо. Ведь если бы ты понимал, то и вопросов бы не было. Давай просто сменим тему.

– Да я не против, – пожал плечами тот, потом подумал и добавил – Скажи, а правда ходят слухи, что ты запретил Инге работать с Салтаевым и его людьми?

Слава снова пристально посмотрел на собеседника:

– Нет, не правда. Я вообще ничего никому не запрещаю. Но, скажем так, если Инга приняла такое решение, в определённой степени за ним я стою.

– А ты, видимо, либо очень смелый, либо не понимаешь с кем имеешь дело, – продолжил второй по имени Андрей, – встать между Ингой и Байсаном, тут надо быть либо полным отморозком, либо полным идиотом, ну или быть просто невероятно влиятельным человеком.

Вячеслав громко рассмеялся, после чего сделал глоток из чашки ответил:

– Ну если так, то выбирай любой из вариантов, которые тебе нравится.

– Да, это ваше дело, – ответил Андрей после чего повернулся к Петру и спросил у него: – А ты слышал про Громова? Говорят, его видели в городе.

Вот тут уже Слава сосредоточился и не показав вида начал слушать.

– Громов? – переспросил Пётр, – это который «упырь». Погоди, насколько я слышал он исчез. Говорили, что его убили, другие намекали что он сидит и получил пожизненное.

– Ну вот. А по городу ходят слухи, что ни то, ни то не подтвердилось и якобы он вернулся, – парировал Андрей.

– Да, если это правда, то могут быть разные события, – ответил Пётр.

– А вы уверены, что это стоит вообще в слух обсуждать, – вдруг влезла в разговор девушка, – мне кажется есть темы и люди о которых надо забыть и молится что бы он больше не появился. И уж тем более не тут, в доме Инги его поминать.

Слава молчал и слушал. Уточнять что-либо он пока не посчитал нужным, но безусловно информацию принял. Вообще, откровенно говоря, компания в которой он оказался не очень ему нравилась и масла в огонь подливал футбол, который совершенно не оставлял перспектив на хорошее окончание. Он посмотрел на часы. Пятнадцать минут перерыва подходили к концу и Вячеслав, кинув пару ничего не значивших фраз отправился обратно наверх.

Второй тайм хоть и был не таким позорным как первый в итоге всё ровно закончился не в пользу его команды. Итоговый счёт на табло семь один говорил сам за себя. Несколько раз в объектив трансляции попадал сектор его друзей, которые, не смотря на холодную погоду и осенний дождь, разделись по торсу и заряжали во славу родного клуба. По окончанию матча они освистали футболистов. Паша вообще умудрился выбежать на поле и схватив за футболку одного из игроков требовал снять её и не позорить эмблему клуба, но в итоге был повязан подоспевшими полицейскими. В общем обстановка на трибунах накалялась. Слава набрал в этот раз Илью, который ответил не сразу, и когда видео связь появилась тот был чуть в стороне от событий, а остальные его товарищи, находясь в плотном оцеплении ОМОНа пытались пробиться сквозь него и кинутся на уходящих со стадиона местных болельщиков, которые радостно тыкали в их сторону средний палец и осыпали приезжим оскорбления. Слава от досады, что находится не в глубине событий аж взвыл, а когда полиция пошла в атаку, Илья отключился и видимо кинулся в толпу. Было понятно, что сегодняшнюю ночь все в полном составе проведут в отделении полиции.

В общем, когда Вячеслав спускался со второго этажа, настроение у него было хуже некуда. Он миновал лестницу. Дверь в каминный зал была открыта и оттуда доносилась музыка. В низу он встретил Ингу, которая стояла и беседовала со Стасом.

– Ну как футбол? – дежурно спросила Инга

– Проиграли с таким треском, – с досадой ответил он, – так обидно, просто капец.

– Ну ладно, мой мальчик, – успокоительно сказала она, – бывает. В следующий раз обязательно получится.

Вячеслав поморщился, вспоминая то убогое зрелище, которое он видел на экране.

– Эти не исправятся. Возили по полю как последних салаг. Такое чувство, что как их очко трещало на весь Владимир было слышно даже тут.

– Да, – рассмеялся Станислав, – говно твой клуб. И зачем за таких вообще болеть?

– А ты сам то, за кого болеешь? – скривился Слава.

– Так за Зенит конечно и за мадридский Реал, – ответил тот.

– Да? А почему за них? – недобро смотря на него ответил Слава.

– Потому что они чемпионы и лучше всех играют, – без тени смущения ответил Стас.

– А если завтра чемпионом Локомотив станет? – переспросил Слава.

– Так за них буду болеть. Это же классно, когда болеешь за чемпионов.

– Ясно, – усмехнулся Слава, – проститутка. В принципе с тобой всё ясно дальше можно не разговаривать.

– Слава, не сердись, – вдруг влезла в разговор Инга, очевидно поняв, что назревает конфликт.

– А ты вообще не лезь в эти дела, – перебил её Вячеслав.

– Да Инга, не надо, – поддакнул Станислав, – он у тебя что-то явно на взводе, – потом повернулся к Вячеславу и сказал, – сходи вон лучше на улицу, воздухом подыши. Покури для успокоения и хорошего настроения.

– Не курю. – коротко ответил Слава.

– Так я тебе и не сигареты предлагаю, – заржал тот и вальяжно удалился в комнату.

Вячеслав проводил его взглядом и потом посмотрел на Ингу та стояла рядом и сказала:

– Да ладно тебе. Не расстраивайся. Я понимаю, что для тебя это важно. Скажи, что мне сделать, чтобы поднять тебе настроение? Пойдём на улицу, подышим воздухом, – Слава молчал, – или пойдём в комнату, послушаем музыку, прочистим мозги, потанцуем.

– Я, пожалуй, всё-таки схожу подышу, – успокоившись ответил Вячеслав.

– Хорошо, возвращайся скорее. Я тут тебя жду. – она чмокнула его в подбородок и улыбаясь пошла по направлению каминной.

Слава снова вышел на улицу, попутно накинув куртку. Там стояли всё те же Пётр и Андрей и ещё две Ингины подруги. Они беседуя смеялись и курили. Ещё подходя к ним ближе Вячеслав насторожился. Запах который стоял рядом был весьма нетипичный для сигаретного дыма. И курили они одну сигарету передавая её по кругу. Что это было, даже Вячеслав сразу понял. Он подошёл в плотную и скривившись оценил происходящие. Андрей, сделав очередную затяжку, посмотрел на Славу, закашлялся и рассмеялся.

– Ну что? Как футбол? – задал он с дурацкой улыбкой ненужный сейчас вопрос.

– Хреново закончился, – опять разозлился Слава.

– Оно и видно, – не унимался тот и протянул ему сигарету, – на затянись. Полегчает.

– Спасибо, – холодно ответил Слава, – не курю.

– Так это не сигарета, – рассмеялся Пётр, – курни, реально повеселеешь.

– Ясно, а я думаю, чем так смердит, – огрызнулся Слава, – ещё раз говорю, мне эту отраву для дегенератов не суйте.

– Почему для дегенератов? – вдруг полез в бутылку Андрей, – нормальная хорошая и качественная дурь. Многие уважаемые и серьёзные люди так расслабляются и отдыхают.

– Уважаемые для кого? Для баранов и скотов? Ну если для них, то флаг в руки. А я с такими отбросами даже в одном поле по нужде не сяду, – всё больше расходился Слава.

– Да не ужели? – продолжая конфликт снова влез Пётр, – значит так ты про свою женщину говоришь.

Слава посмотрел на него, наклонил голову чуть вперёд и глядя на него как бойцовый пёс перед броском отчеканил.

– А ты уверен, что сейчас сможешь за сказанные слова ответить?

– А что мне отвечать? Сходи и сам посмотри, – ответил Пётр, – там всё и увидишь.

Слава развернулся и быстрым шагом направился в дом. Он миновал лестницу, открыл входную дверь уверенно прошёл во внутрь. Зайдя в коридор подошёл к каминной комнате, открыл стеклянную дверь и вошёл в неё. На диване боком к нему сидела Инга, рядом с ней Стас и по правую сторону от него ещё одна её подруга. Она откинулась на спинку дивана и отклонив шею назад закрыла глаза, зажав ноздри. Станислав сидел с довольной улыбкой. На стеклянном столе горкой был насыпан белый порошок и рядом с ним открытый пакт с тем же содержимым. Станислав кредитной картой разминал не большую часть порошка формируя из него дорожку. Точно такая же дорога была на столе рядом. Инга, держа в руках свёрнутую купюру в тонкую трубочку вставила её в левую ноздрю, наклонилась к столу и от начала до конца сделала глубокий вдох проведя по дороге вобрав в себя всё её содержимое. После этого она так же откинулась назад, зажмурилась и закрыла вторую ноздрю.

У Вячеслава от увиденной картины в голове что-то помутнел ось. Он в несколько шагов оказался у стола и с силой с низу вверх пнул его. Тот с грохотом пролетел в право и врезался о стену разбился при этом, распылив и просыпав порошок. Вячеслав схватил за шею Ингу и подняв на ноги подтянул к себе. Та, испуганно не понимая начала смотреть на него задыхаясь.

– Ты урод, – вдруг взревел Стас, – ты знаешь сколько это стоит? Ты попал на бабки козлиная. Мы эти деньги у тебя из задницы вытащим. Ты хоть понимаешь…

Но договорить фразу он не успел, так как правой ногой получил в область промежности загнулся и заорал. Вячеслав бросил Ингу и сверху, правой рукой несколько раз пробил Станиславу чётко в голову. Тот рухнул на пол и заорал. Рядом вскочила девушка и в испуге закрыв рот руками тоже завизжала. Вячеслав, схватив за ворот противника, протащил его по полу, до места где лежали осколки разбитого стола, после этого приподнял его вверх и снова с силой удалил его в лицо. Тот отлетел к стене и закрыл лицо руками. Слава схватил лежащий на полу пакет с порошком, взял за шевелюру Стаса и процедил:

– Пасть открыл!

Тот отрицательно покачал головой, но снова три раза получил прямо в лицо. Послышался хруст и из носа у того хлынула кровь.

– Пасть открыл, я тебе сказал, гнида! – заорал Слава. Тот испуганно приоткрыл рот, и Слава запихал ему туда пакет, а после этого привстал и носком ноги грубо засунул его глубже, – жри ублюдок.

Тот послушно начал жевать, при этом кашляя и рассыпая порошок назад.

– Парень успокойся. Ты чего творишь? – вдруг попытался влезть один из гостей, но Вячеслав повернулся и сказ:

– Стой на месте и не лезь, – потом повернулся к Станиславу снова его схватил и притянул к себе, – а сейчас говори мне, мразь. И если соврёшь, хана тебе, нарколыга. Ты моей девочке тоже это говно продаёшь?

Тот испуганно закивал:

– Да. Инга иногда покупает, – начал говорить он, а из его рта текла кровь – но она сама. Я же не заставляю никого.

– Играть со мной вздумал? Я тебе про Марту говорю. Ты урод ей тоже толкаешь? – взревел Слава.

– Нет-нет – испуганно замотал головой тот, – она не берёт это.

– Ну смотри ублюдок, не дай бог я узнаю, что ты мою Марту на это дерьмо подсадил или ей это толкаешь, я отвечаю, не только тебя грохну, я всех найду кто за этим стоит и каждого в землю живьём закопаю. Ты понял меня? – тот испуганно кивнул, но Слава снова схватил его за шею и заорал: – Ты понял меня?

– Понял я. Понял. Клянусь я не продавал ей и не буду, – заикаясь ответил Стас.

– Сука, – процедил Слав, выпрямился и сбоку, правой ногой ударил лежачего по плечу.

Тот рухнул на левый бок и затих. Вячеслав плюнул на него и развернувшись направился к выходу.

– Слав, постой, – встала на его пути Инга, но он презрительно оттолкнул её, прошёл к двери и повернувшись сказал всем:

– Хорошо вам отдохнуть, сборище уродов, – хлопнул дверью и вышел в коридор.

Пройдя через него, он вышел в прихожую и накинул брошенную там куртку, застегнул её и вышел на улицу. После этого достал смартфон и вышел в приложение для вызова такси. Он задумался. Куда сейчас ехать? Домой? Вообще не вариант. В клуб? Тем более. Завтра рабочий день, четверг и как – то видеть одни и те же лица ему совершенно не хотелось. Он посмотрел по сторонам и вверх. Было ясно и на небе светила яркая луна. Дул не сильный, но очень неприятный колючий ветер. Он посмотрел на дорогу, в начале налево, потом на право. И туда и туда уходил хорошо благоустроенный тротуар. Людей не было. Он повернул на право и пошёл прямо, засунув руки в карман и максимально сильно подняв ворот куртки, кутаясь в неё. Потом остановился, достал из кармана наушники, вставил их в уши и снова пошёл в никому не известном направлении.

«Интересно, как там сейчас братва, – думал он про себя, – сидят, наверняка, в отделении.»

Ему так сейчас захотелось к ним. Сразу вплыли в памяти моменты из его бурного около футбольного прошлого. Как именно там, во Владимире они шли по центральной улице города в надежде найти оппонентов. Начало нулевых годов. Вся эта тема в самом расцвете. Каждый матч, как последний, каждый выезд в другой город драка или беспорядки что на футболе что во круге. Он, улыбаясь, закрыл глаза и сделал глубокий вдох и как будто оказался там же. Посмотрел налево, там высокий и нагловатый Дмитрий рядом с ним совсем молодой ещё с длинными волосами Чайф, теперь повернул голову вправо. Там ещё один друг. Слон. Красный Слон. Почему красный? Да просто так.

– Что Лысый? – услышал он голос Али сзади, – где Владимир? Ты же сказал, что выйдем на них. Мы уже два квартала идём и палимся. Сейчас мусора обнаружат и примут всех.

Слава повернулся на зад и ответил так же, не сбавляя шага.

– Не ссы, уже близко. Ровер сообщил они у «Золотых ворот» в нашу сторону двигаются, – ответил он и улыбнулся.

– А сколько их? – не унимался тот.

– А ты серьёзно хочешь знать? – усмехнулся Вячеслава, – иди давай и не очкуй. Сколько бы не было, все наши.

Вячеслав снова начал смотреть вперёд своим звериным взглядом и совершенно отрешённой улыбкой.

– Лысый, слушай, – шепнул ему на ухо Слон, – а реально сколько их?

– Там общаг, – ответил ему Слава, – причём полный. Все, кто надо. Ровер точно не сказал, но на вид восемьдесят- девяносто щей.

Слон задумался, нахмурился, потом левой рукой достал из кармана капу для зубов перед тем как вставить её в рот тоже расплылся в улыбке и что-то прикинув в голове в ответ шепнул:

– Нас тут максимум тридцатка. Правильно сделал что не сказал. Бздеть меньше будут, – потом снова повернулся и громка закричал: – Что молчим? Плотнее ряды, и не дай бог какая падла в тапки ударит, – потом поднял правую руку вверх и громко заорал: – КОСТРОМА!»

А вся толпа в тридцать глоток вторила в ответ:

– «СТОЛИЦА МИРА!»

Слава расставил руки в стороны, снова сделал глубокий вдох зажмурился и, открыв глаза, остановился. Всё тот же ночной пейзаж, яркая луна и такие светлые, но холодные звёзды. Он снова засмеялся и помотав головой двинулся дальше, но в этот момент его обогнал внедорожник красного цвета, который остановился чуть дальше. Дверь водительского сидения открылась и на встречу ему вышла Инга. Она подошла к нему почти в плотную и постаралась обнять, но он, не вынимая руки из карманов оттолкнул её грудью и подался назад. Инга встала перед ним и разведя руки в стороны, Вячеслав достал наушники и убрал их обратно в карман, а Инга сказала:

– Мальчик мой, я не буду тебя трогать, если ты не хочешь. Прошу только, не уходи так. Не оставляй меня одну без понимания и объяснения, в чём я не права?

– А ты что, сама дура что ли? – усмехнулся Слава, – не способна своими об долбанными мозгами понять?

– Погоди, не заводись пожалуйста. Да. Я не понимаю, и мы с тобой договаривались, что если это будет не так, то ты объяснишь мне, – стараясь найти причину такого поведения её мужчины.

– Ты сука обдолбанная наркоманская, – зло сказал Слава – это что? Не достаточно.

– Погоди, давай разберёмся. Да, иногда, время от времени я могу себе позволить чего-то такого принять, для прочистки мозгов и что бы расслабится. Но это не какие-то тяжёлые наркотики, к которым ты привыкаешь или которые изменяют твоё сознание. Это совершенно безобидная штука. И многие иногда это делают. Но послушай меня. Например, я пью алкоголь при тебе, это же не вызывает у тебя такую реакцию. Тогда в чём разница?

– А разницы не много. Просто алкоголь – это зло, но более-менее разрешённое. Его продают в магазинах, и каждый дегенерат может это пойло для скотов купить, в полнее легально. А то дерьмо, что ты сейчас нюхала, оно завозится сюда всякими упырями, подсаживается огромное количество людей, которые потом превращаются в убийц и подонков, на всё готовых за очередную дозу.

– Послушай, если тебе это важно, я больше не буду употреблять, – начала Инга.

– Ты вообще не слушала меня всё это время? Я с кем последние недели разговаривал? Мне не надо что бы ты ради меня чем-то жертвовала. Хочешь быть наколыгой, будь. Это твой выбор. Но без меня. Для меня теперь ты – враг.

Направился в её сторону грубо оттолкнул и пошёл дальше, но та вцепилась в него развернула к себе и смотря в глаза сказал:

– Не смей даже так думать, понял меня? – холодно сказала она, – я никогда врагом тебе не буду и держать буду за тебя пока силы есть. Я, не какая-то твоя предыдущая курица, которая тебя боялась. Ты мой, а я твоя и я никому тебя не отдам. И ты не можешь быть на столько бараном, чтобы не понимать этого. То, что я сделала, тебе не приятно. Я вижу. Так объясни мне, что я сделала не так и почему тебе так больно от того что ты увидел?

– Мне не больно, – процедил Слава, – мне омерзительно.

– Кому ты врёшь Слава, – не унималась она, – тебе больно. Я слишком хорошо тебя изучила. То, что сейчас было – это ярость. Ярость, которая зашита в тебе на генном уровне. Но, как и всё другое, явно не с проста. У этого должна быть причина. Так расскажи мне её. Я хочу понять.

Слава рассмеялся наконец вынул руки из карманов и схватив её за шею отстранил от себя ответил:

– А зачем? Говорить имеет смысл тогда, когда тебя понимают.

– Согласна, – кивнула Инга, – ты тоже самое про постель говорил. И у тебя были такие же аргументы, ты боялся, что я тебя не пойму, и не приму. И ошибся. Так может и сейчас не стоит рубить с плеча и всё рассказать, – потом она снова взяла его куртку и приблизившись к нему сказала: – и научится, чёрт возьми, мне доверять. Просто поверить и убрать этот свой принцип в самую задницу.

Так они стояли и смотрели друг на друга звериными глазами, после чего Инга неожиданно вцепилась ему в затылок руками и начала отчаянно пытаться приблизить себе, фиксируя голову, чтобы впиться в губы Славы своими. Между ними возникла борьба, но силы были не равны, Вячеслав всё-таки отстранился назад и оттолкнул её. Инга упала на тротуар на ягодицы и сев закрыла лицо руками. Так она и сидела молчала, а Вячеслав стоял рядом смотрел на неё о чём-то думая. Потом он сказал:

– И что конкретно ты хочешь узнать?

Инга убрала руки, вытерла слезы, которые начали катится из её глаз и тихо ответила:

– Причину твоей ярости, – потом она подумала и добавила: – ты ведь вообще ничего не боишься и у этого должна быть причина.

– Хорошо. Поехали. – ответил Вячеслав и, развернувшись, дошёл до машины открыл пассажирскую дверь и сел на сидение. Инга ещё не много так посидела, после чего тоже встала, поправила одежду и тоже пошла в машину.

Официантка, подойдя к ним поинтересовалась.

– Кофе чёрный кому?

– Мне, – коротко ответила Инга.

Та поставила его перед ней, потом повернулась к Вячеславу.

– Ваш чёрный чай с бергамотом и без сахара. Только дайте ему заварится минуты три, – посоветовала она.

Слава кивнул и, когда она удалилась, он посмотрел по сторонам. В этот вечерний час в кофейне было немноголюдно. В зале на десять столов занято было не более половины. За парой из них сидели молодые люди и тихонько беседовали. Чуть дальше компания из трёх парней и девушки оживленно разговаривали и смеялись. Ещё за одним столом влюблённая парочка, которая с наслаждением целовалась, не обращая внимания на происходящее по сторонам. Слава, снова сфокусировал внимание на Инге, которая внимательно смотрела на него, не отрывая своего взгляда. Он вспомнил как она ещё пару часов назад вобрала в себя дорогу белого порошка скривился в отвращении.

– Я надеюсь ты это не обо мне сейчас подумал с таким выражением лица, – спросила она.

– Как раз о тебе. Вспомнил как ты «мозг себе прочищала», – презрительно сказал он, после этого открыл крышку чайника, посмотрел на степень его заваривания, после этого наполнил чашку и кинул две таблетки сахара заменителя.

– Не смотри так на меня пожалуйста, – сказала Инга, – я этого не заслужила.

а Слава в ответ громко рассмеялся.

– Зря ты так, – продолжила она, не сводя с него своего пронзительного взгляда, – но ты это ещё поймёшь. А сейчас, мой мальчик, мы тут с определённой целью. У меня есть вопросы и я хочу получить на них ответы.

– Сформулируй вопросы, – беспристрастно сказал Слава, – и получишь ответ.

Потом он подумал и добавил:

– По крайней мере я постараюсь его дать. Но не факт, что ты поймёшь.

Инга задумалась и, тщательно формируя фразу, спросила:

– Слава, смотри. Я тебе уже не раз говорила, что я чувствую тебя. Что бы ты не думал и не показывал, но в реальности ты очень добрый и нежный мужчина. Я вижу твоё отношение к детям, бывшей супруге, друзьям. Я говорила с Рафиком Гейдаровичем, они мне тоже многое рассказали. Но они видят только ту картину, что есть в их жизни после твоего приезда. Но по мимо всего того, что я сказала, ты всё время как наготове. Всегда ищешь опасности и готов к ней. Любой конфликт и недопонимание воспринимаешь как вызов. И при этом, у меня такое чувство, что ты вообще не способен остановится если дело касается твоих принципов.

– И что? – перебил её Слава, – так у многих мужчин.

– Нет, ты не прав. Да много во круге сильных и целеустремлённых парней. Но ты просто маньяк. Ты не боишься ничего и готов воевать хоть со всем миром. И я причину этой ярости понять не могу. Ты не отступаешь и мне порой кажется, что ты сам ищешь, – она замолчала и не договорила.

– Чего ищу? – уточнил Слава.

– Смерти. Ты как будто каждый раз вызов ей бросаешь. Раньше я такое видела у мужчин, которые прошли войну, но ты там не был и в армии не служил. Я это точно знаю. Тогда почему ты такой? Возьми хотя бы сейчас ситуацию со Стасом. Ну продаёт парень дурь. Даже если тебе не нравится, ну пройди мимо, скажи мне об этом, я просто уберу его из жизни и проблема решена, но у тебя крышу снесло сразу. Почему? Я хочу знать? Я понимаю, что тут не всё так просто.

Повисла пауза. Слава смотрел на неё не отвечая, а только думал. Думал долго и было видно, что находится в сомнении. Инга молчала и просто ждала. Когда прошло какое-то время, Слава медленно начал:

– Скажи. Ты же была на моей странице в социальной сети?

– Если ты не заметил, мой мальчик, я у тебя в друзьях. И конечно я там была.

– Хорошо. Ты все мои фотографии смотрела? – спросил он, так же, не отрывая от неё взгляд.

– Конечно. Хотя у тебя их и много, я конечно все посмотрела, – снова согласно кивнула она.

Слава достал смартфон и открыв страницу, нажал на фотографии и пролистав ленту в низ, остановился на двух. На первой из них было четыре паренька лет двенадцати. Одного из ни она легко узнала это был он. Они сидели на лестнице у здания на корточках. Двое парней, в том числе и Слава, в спортивных поношенных костюмах и сильно потрёпанных кроссовках. Ещё один паренёк в клетчатой рубашке и джинсах, а четвёртый толстовке с фотографией баскетболиста. Все были немного чумазые и выбриты совершенно наголо. Слава пролистнул её. На следующей фотографии снова он. С парнем в рубашке. Они стояли у стены, по-дружески положив руки друг другу на плечи.

– Как ты можешь понять это я, вот этот длинный, – он показал на парня в спортивном костюме – Коля, а это два Лёхи. Это наша компания друзей.

Он замолчал и улыбнулся, видимо вспомнив что то.

– Я пока не понимаю, – ответила Инга.

– Я думаю ты в курсе, – продолжил Слава, – что родом я не из Костромы, а Екатеринбурга.

– Да, любимый, я знаю, что родился ты там, что родители твои были очень молоды и что в одиннадцатом классе ты уехал к дедушке в Кострому.

– Всё верно. Не мне тебе рассказывать, что это были за годы. Середина девяностых. Жили мы все в обычном общежитии. Я с мамой и папой, которым было не до меня, и они занимались банальным выживанием. Тоже самое было и у всей страны. Ну и у нас с друзьями тоже. У Коли отец беспробудно пил. У Алексея, – он ткнул на парня в балахоне, – вообще отец их бросил и уехал, оставив троих маме. А Лёха, – он показал на парня в рубашке, – их в семье было четверо. Отец, дядя Толя был хороший, но он погиб на стройке в результате несчастного случая. Мама у него и до этого особы не отличалась правильным образом жизни, а после смерти мужа просто ушла в алкогольный угар. Те крохи, что ей платили на детей безбожно, пропивала. В общем вот так мы и жили. Никому до нас не было дела. Как в прочем и до миллиона таких же парней и девчонок как мы.

– Мальчик мой, – постаралась взять его за руку Инга.

– Погоди, – перебил он её, – не надо жалости. Время такое было. Говорю же, так многие жили. Жили все очень голодно. Денег конечно не было, а тут мы ещё и расти активно стали. Одежу надо было брать. Но, как понимаешь, нашим родителям было не до нас. Пока были помладше, ели в школе, где как малоимущих нас кормили, иногда где-то в огородах что-то доставали. Как-то даже попробовали кражами заниматься, но не смогли, – он грустно посмотрел на Ингу, – вот не смогли, понимаешь? Залезли в какой – то дом. А я смотрю, там всё такое скромное, бедное. Ну куда это годится? Таких же, как и мы обворовывать. В общем не стали. Хотя тогда многие пошли по этой дороге. Но это их дело. Пробовали с парнями грузчиками устраиваться, но кому мы нужны в свои десять лет? Собирали метал, пробовали сдавать, но тоже не получилось. Так перебивались, как могли. А когда исполнилось двенадцать лет стало совсем туго. У Лёхи мама пила, не просыхая, у Коли отец пропил всё что было. У Алексея мама надрывалась на трёх работах. Но тоже ничего не зарабатывала. А мои мне сказали, что если буду им о чём- то говорить, то могу сразу собираться и уходить из дома. И вот тут Лёхе пришла в голову идея, – Слава улыбнулся впервые за время рассказа, – «А давайте, говорит. Парни будем машины мыть». А ты понимаешь Инга, тогда же не было автомоек как сейчас. И вот мы недалеко от нашей общаги решили мыть машины у универмага. Работа конечно, я тебе скажу, девочка моя, была так себе. Стоишь на холоде с ведром. Выбираешь припаркованную машину и начинаешь её мыть. Без спроса, в надежде что придёт хозяин и хоть что-то даст. Такая навязанная услуга. Естественно в первые дни ничего мы не заработали толком. Но решили всё-таки работать. Мы разбились по парам и одну машину мыли двое. В итоге через три дня первые деньги заплатили Коле и Алексею. Они сразу сбегали к тётке на углу, купили пять беляшей (всё на что хватило) и мы их прямо там на лавке и сожрали, – Слава по-доброму рассмеялся, смотря в потолок закрыв глаза, явно вспоминая этот миг, – я не знаю поймёшь ты меня или нет, Инга, но клянусь, это были самые вкусные беляши в моей жизни. Мы заточили каждый по одному, а пятый кусали по очереди. По-братски. В общем мы плотно основались там и каждый день, после школы бежали домой за ведрами и тряпками и выходили на работу. Через какое-то время у нас даже появились клиенты, которые время от времени к нам приезжали. Я не могу сказать, что мы там что-то зарабатывали, но хотя бы не голодали и то ладно. Но как оказалось не всё так просто. Не знаю, как у вас в Хабаровске, а у нас в Екатеринбурге начался просто сущий кошмар. В город пришёл героин. И это было действительно страшно. Дети, с кем мы в месте росли сели на это говно и очень быстро превратились из людей просто в упырей и зомби.

– Я не сталкивалась с этим впрямую, – ответила Инга, – всё-таки жила не в большом городке и у нас этого не было, а кода приехала в Хабаровск, то достаточно быстро попала к Салтаевым, а этим они не баловались.

– Искренне рад за тебя, – сказал Слава, – а вот мы оказались в самом эпицентре этого безумия. Я не покривлю душой, если скажу, что процентов семьдесят парней и половина девушек моего поколения села на эту гадость. И у всех путь был примерно один. В начале они прокалывали всё что было дома, потом начинали воровать, грабить и убивать. Преступность просто захлестнула всё во круге. Этим тварям каждый день требовалась новая доза и ради неё они готовы были на всё. И как не сложно догадаться, четверо парней работающих у магазина, сразу привлекли внимание. Очень быстро нас вычислили и просто забирали деньги. В начале мы не отдавали, дрались, но нас просто каждый раз били. Ведь чаше всего наркоты были на ломке и для них убить ничего не стоило. Поэтому мы даже выработали целую схему. Когда нам давали деньги мы их сразу прятали в специальный тайник. Наркоманы приходили, требуя денег мы говорили, что не заработали. Они нас обыскивали, но ничего не находили. Били конечно часто, но что уж тут поделать? Иногда мы убегали, иногда нас ловили и били ещё сильнее. Но взять то с нас было нечего.

– А милиция? Почему вы туда не обращались? – спросила Инга.

– А что бы мы им сказали? Нас бьют наркоманы и отнимают у нас деньги? Так это везде тогда было. Мусорам до всего этого дела не было. Да и на кого жаловаться? Нас же не какие-то конкретно нарики щемили. Каждый второй об долбанный упырь на ломке ходил по городу и искал где ему денег взять. К нам в день десятками приходили. А после того как однажды ППСники проходя мимо, увидели, что мы делаем, взяли нас за шкирку, отвели за универмаг и под благовидным предлогом обыскали и забрали деньги, которые нам только что за работу дали, стало ясно что обращаться к ним и не имеет смысла.

– Жуть какая, – покачала головой Инга.

– Ещё раз, время такое было. Все выживали как могли. Хотя с ментами, конечно, очень обидно было. Даже если они, то вообще правды нет на земле. Ну это лирика. Так мы и жили, играя в кошки-мышки. Через какое-то время ублюдки, те что посообразительнее поняли, что мы деньги прячем и начали просто издалека ждать пока мы не закончим работу и вылавливали нас после. Когда мы деньги забирали из тайника. Так несколько раз мы выручку и потеряли. И поэтому мы решили действовать вот как. Мы вынимаем деньги и, если нас преследуют, деньги забирает кто-то один. Все в четверым разбегаемся в разные стороны. Те, кто без денег уводят преследователей за собой. А потом вечером встречаемся и всё делим. Так и стали действовать. Пока однажды… – Слава замолчал.

Инга молчала и смотрела на него, не влезая и ждала. Время шло он молчал и думал. Инга приблизилась к нему и взяла его руку. Он не среагировал. Он поставила стул рядами посмотрела ему в глаза. Он смотрел вперёд, и они были наполнены слезами.

– Слава, родной мой, – обратилась она к нему и взяла его лицо руками.

У него покатилась слеза он быстро её смахнул, выставил палец вперёд показав, что ему надо время. Потом подождал, сделал глубокий вздохнул, продолжил.

– Был очень удачный день. Мы хорошо поработали, – он посмотрел на неё, – прямо вот наш день. Мыли машины за машинами. Хорошо заработали. Лёха радовался. Что сейчас после работы пойдём в столовую, он купит еду и домой отнесёт. Сестрёнка у него Настя младшая. Всегда так его ждала и такими голодными глазами на него смотрела. В общем мы начали действовать по схеме. Вытащили деньги из тайника и поняли, что попали. Там наркоты нас и заметили. Мы сразу побежали, но они видели, что деньги Лёха взял. На середине пути разбежались. Коля с Алексеем в одну стороны, мы с Лёхой в другую. Тут я уже понял, что ублюдки просекли что деньги у Лёхи. Они чётко за нами бежали. Мы петляли, пытались уйти, но не получалось. Забежали на брошенную стройку, бежим вдоль забора. Друг чуть впереди бежал, а там из земли кусок арматуры и торчал. Он ногой на него на летел. Сильно ногу поранил, кровь. Упал за неё схватился. Я подбежал, поднимаю его и пытаюсь тащить, а он деньги мне суёт и говорит: «Слава, беги», я говорю: «Нет» – а он кричит «Беги, дурак. Спасай деньги. У меня сестрёнка дома голодная. Как я ей в глаза посмотрю?». Я стою как вкопанный смотрю на него, держу их в руках и говорю: «Как я тебя оставлю?». А он орёт «Беги, в первый раз что ли» и толкает меня.

У Славы снова покатилась слеза он, он сжал кулаки, вытер глаза и продолжил с каким-то отчаянием.

– Я, сука и побежал. Потом остановился, развернулся смотрю на него, а он сел держится за ногу и смотрит вперёд, потом опять повернулся и как заорёт «СЛАВА БЕГИ!». И я побежал. Я бежал так как никогда не бегал. Перелез какой – то забор бегу, не останавливаюсь. Оказался у общаги. Там уже парни ждут. Спрашивают где Лёха. Я всё рассказал. Мы деньги спрятали и кинулись назад. Аккуратно обратно перелезли забор. Я всё по сторонам смотрел, искал его. Надеялся, что он на встречу нам идёт. А его всё нет. Мы ближе и ближе к месту. И тут Коля толкает меня и говорит. «Вон он». Он там лежал, – сказал Слава и снова сделал тяжёлый вздох, – там же. На том же месте. Один. На боку лежит мы бегом к нему. Колян первый подбежал наклоняется и как заорёт. Встал и головой машет. Алексей тоже уже рядом давай пытаться его поднять. А я встал и стою. Пошевелится не могу. Коля плачет, кричит, Алексей его за ворот трясёт «Брат очнись. Вставай». А я стою и подойти не могу. Потом кое-как собрался, подошёл, а Лёха лежит глаза открытые и с боку голова пробита, и он весь в синяках и крови. Я встал на колени и обнял его так и просидел пока милиция не приехала. Крики Коляна услышали мужики работяги, они ментов и вызвали. Я не знаю поймёшь ты меня или нет, но я сейчас всё бы отдал, чтобы в тот день вернутся и там с ним остаться.

– Тогда тебя бы там тоже убили, – шепнула ему Инга.

– Да. Да, чёрт возьми, и это было бы честно, – процедил он, – а я его оставил. Бросил, одного. Понимаешь, одного. И это я сделал. Сам. Развернулся и убежал. И нет мне оправдания и нет мне покоя, после этого.

– Мальчик мой, послушай, но ты не виноват. Ты делал то, что он тебя просил.

– Инга, – вдруг похолодел Слава, – не включай психотерапевта. Это ничего не изменит.

– Хорошо, прости, – сказала она, гладя его руку, – а что дальше было?

– Приехала милиция, допросы. Свидетели и прочие стандартные процедуры. Выродков достаточно быстро нашли. Все законченные нарколыги, потерявшие человеческий облик. Естественно всем нет восемнадцати. Четверым шестнадцать, одному семнадцать, ещё двоим пятнадцать. Когда за нами гнались у них была дичайшая ломка, видимо не найдя у Лёхи денег они в угаре его и забили насмерть. Всех посадили, мы на суд ходили. Двое до приговора не дожили, один в тюрьме от ломки голову себе разбил о стену на смерть, один умер от гепатита там же в СИЗО. Остальные тоже были не в лучшем состоянии. Их крутили на то, где они наркоту брали. Но барыги естественно отмазались. Их только в суд как свидетелей вызывали. Там тоже всё стандартно. Цыганский посёлок. Торгаши тоже они. Всё схвачено на самом высоком уровне. Такие же скоты как твой Стасик. Надменные, хамоватые, и на нас как на говно смотрели. В суд приезжали на дорогих машинах в золотых цацках. Ничего, сволочи не боялись. В зале суда над нами смеялись, угрожали. С судьёй и прокурорами разговаривали как со старыми друзьями. И вообще показывали кто там есть реальный хозяин. Девушка молодая следком была. Как раз из идейных. Таких тогда было очень мало. Только она пыталась как-то подтянуть барыг к делу, но в итоге и она по шапке получила и оставила их. Эти твари часто ещё со своими подстилками приезжали. Такие же как ты, – презрительно сказал Слава, – красивые и совершенно пустые. Лишённые всякого понимания что такое хорошо и что значит честь и справедливость.

– Пожалуйста не надо так, – снова возразила Инга.

– Что не нравится? – приблизившись к ней сказал Вячеслав, – а правда всегда не приглядная. Эти тёлки так же, как и их хозяева видели себя королями мира. Они даже приезжали к нам в общежитие. К маме Лёхи. Денег ей сунули, что бы она не выступала, а та только и рада. Мы как раз на лестнице сидели, видели, как они к ней заходили. Она потом неделю бухала не просыхая. Нас ещё дразнить начали, сволочи. Коля не стерпел, в драку кинулся, нас естественно побили. В общем сила была на их стороне. Явно считали, что им всё позволено и ни чего им не будет.

Повисла пауза, а потом Инга сказала:

– Я знаю, Слава, ты очень остро это переживаешь. А что потом было ты не знаешь?

Слава снова посмотрел на неё, на этот раз совершенно холодным и скорее даже охотничьим взглядом.

– Конкретно с этими, знаю, – он провёл правой рукой по своей короткой бороде, так же как делал это во время драк, – сгорели эти твари в своём сраном сарае, где наркоту хранили.

– Это как? – переспросила Инга.

– Нашлись добрые люди. Они очередную партию героина хранили в своём посёлке в сарае деревянном, который у дома стоял. Вот они, когда туда пошли, добрые люди дверь подпёрли с наружу и спалили это поганое логово вместе с ними.

Инга не отрываясь смотрела на Славу и спросила:

– Это вы были?

Слава молчал и продолжал смотреть и так же беспристрастно ответил:

– Я же сказал, нашлись хорошие люди. Хорошие понимаешь? То есть явно не мы.

Она молчала. Просто думала и смотрела в его совершенно холодные глаза, которые даже не моргали. Потом Инга отстранилась и сказала:

– Мальчик мой, ты знаешь, я, когда Рафика Гейдаровича слушала, я всё понять не могла, почему, когда на Руслана напали ты не убежал. Даже видя, что они с ножами. А теперь мне всё понятно.

– Мы с Русей, когда там оказались в лесу с ними глаза в глаза, я как будто к Лёхе вернулся в тот день. И Руслан кричит мне тоже «Беги. Беги дурак, это не твоя война». А я как-будто там на стройке стою и деньги эти поганые в руках держу. И знаешь, понимай как хочешь, но я тогда в лесу не один Руслана тащил. Со мной Лёха был. Я знаю, – Слава снова вытер слезу, – он там на небе в этот момент на меня смотрел и сил мне давал.

Инга крепко сжала Славину ладонь и молча смотрела на него.

– Я понимаю, – сказала она.

– Нет, не понимаешь, – покачал он головой, – а сегодня ты, моя девочка, встала в один ряд с ними. С ними со всеми. Не кто-то, а именно ТЫ!

Он встал, и она тут же оказалась рядом.

– Нет, мальчик мой, я никогда не буду с ними. Ты мне всё рассказал. Всё объяснил, и я никогда не буду, с другой стороны. Сядь пожалуйста, – Слава подумал и сел, – Послушай меня и не воспринимай это как оправдания. То, что принимала я, это не героин и не та гадость что вкалывают в себя.

– Да какая разница? – взревел Слава, привлекая внимание всех, но она тут же отреагировала.

– Дослушай пожалуйста, – примирительно начала она, – я клянусь тебе, Что это не повторится и если бы я знала, как для тебя это важно, то этого и не было бы. Просто знай, порошок что был у меня дома не меняет сознание и не ведёт к привыканию. Просто знай это. Но теперь всё в прошлом. Я клянусь тебе что это не повторится, – Слава молчал и смотрел на неё, – И ещё, мальчик мой, я умоляю. Если есть ещё что-то что для тебя важно, скажи мне, что бы не получилось, как сегодня.