Читать книгу Сияние выбрало нас - - Страница 2

Двумя неделями раньше.

Веселый детский смех разливался по площади и органично вплетался в остальные звуки ярмарки: в музыку, разноголосье людей, выкрики зазывал, вой ветра. Я остановилась у киоска, от которого пахло корицей, апельсином, и было ощутимо теплее, огромный чан работал как печка.

– Горячего чая, красоточка? – Дама в годах подмигнула мне, и с верхних век под глаза опало несколько крупных блесток, делая ее грустной, будто в слезах. – Больно ты бледная, точно надо согреться.

Я пригляделась к прохожим: румяные щёки, новогодняя мишура вместо бус, синтетические халаты Дед Морозов и Снегурочек, а под ними объёмные пуховики, махровые шубки, цветные шапки и хвосты шарфов. Открытие оглушило меня. На улице лютый минус. Я одета легко, брожу по ярмарке второй час и совсем не чувствовала холода.

– Держи, дочка, подарок от меня! – Дама протягивала из-за прилавка стакан с чаем, над кружкой поднимался пар.

Промямлив благодарность, я оплела пальцами бумажный стакан и отошла в сторону. Села на лавочку в темном углу и тяжело вздохнула. Возбуждение ощущалось в воздухе. Люди толкались у каруселей и небольших сцен. Поймать праздничное настроение и прикоснуться к доброй сказке – вот для чего пришли все на ярмарку. А я?

От чая перестало идти тепло. Я опустила взгляд на стакан и выругалась. Вместо согревающей жидкости увидела темную ледышку. Я пришла сюда в надежде на чудо, что случившаяся со мной беда, – это случайность, недоразумение; что я развеюсь, поймаю праздничный дух, успокоюсь и пойму, как быть дальше. В итоге получила ещё больше вопросов. Подняв глаза к небу, я разглядывала яркие звезды, сожалея, что не умею читать по ним будущего. Одно светило отчетливо подмигнуло и стало стремительно приближаться. Я несколько раз быстро моргнула, и наваждение прошло. На всякий случай поплотнее закуталась в шарф, вдруг у меня таки обморожение, которые я не чувствую, выкинула стакан с ледышкой в мусорку и решительно поднялась.

Пора домой, все-равно с праздничным настроением не задалось.

– Предсказание от Звёздного Оракула! – Чётко выделилась фраза из общего многоголосия площади. По коже побежали мурашки, не от холода, а от того, как быстро мир подкинул мне ответ. Я двинулась на звук, держась за него, как за ниточку, что выведет из темного леса, где я потерялась. Когда обнаружила небольшой киоск с крендельками под названием «Звездный оракул», то не смогла сдержать разочарованного вздоха. Крендельком мою ситуацию точно не решить.

За стойкой щебетала румяная девица в ярком фартуке и широкополой шляпе в звездах.

– К каждому крендельку даем предсказание! – улыбнулась дева и одной рукой размашистым жестом раскинула перед собой серебряные открытки, тоже в звездах, а второй рукой сноровисто достала из подставки крупный крендель.

Если подумать, узелок из теста в лед точно не превратится. Почему бы не взять? Я обреченно потянулась за угощением.

– Выбирайте, какая карточка вам подмигнет. – Моя рука с крендельком застыла на полпути к карману пальто. Увидев мое замешательство, девушка пояснила, – к какой карточке тянет, то предсказание ваше.

Серебряные открытки лежали аркой и никак не помогали выбрать. Я засунула крендель в карман, закрыла глаза и поставила ладонь над карточками. Попросила вслух:

– Оракул, дай ответ, что мне поможет? – И стала водить рукой над столом. От одного места ощутимо шел жар. Я накрыла его ладонью, будто ловила насекомое. Открыла глаза. Рука лежала на серебряной карточке, одной из пары десятков таких же. Я подняла ее и перевернула.

«Зодиак на удачу» витиеватым шрифтом было выведено сверху. Снизу переливался серебром знак, а в центре карточки стоял нарисованный викинг. В мехах, кожаных штанах, с рыжими волосами. Взгляд сосредоточенно уперт вдаль, а на руке его горел огонь. Я пригляделась, не показалось ли. Нет. Огонь шел не из факела или свечи, а из голой ладони.

– Странно. – Шляпа покосилась на бок, когда девушка перевесилась через прилавок и вгляделась в изображение на моей карточке.

– Странно то, что весы, – она ткнула в серебряный символ, расположенный снизу открытки. – вообще-то знак воздуха, а на картинке мужчина держит огонь.

Я медленно кивнула. Видимо, пора привыкать, что вместо разгадок я нахожу все больше вопросов. Шляпа попыталась упасть, девушка ее перехватила, и, вернувшись в образ, попыталась сгладить момент:

– Однако оракулу виднее, что или кто, – она подмигнула, – принесет вам удачу.

– Спасибо оракулу! – Усилием воли я растянула губы в улыбке, помахала открыткой, как крылом, сунула ее в карман к кренделю, и пошла домой.

Квартира встретила колючим холодом и густой темнотой. Стены сжимались, выдавливая воздух из помещения. Тишина угнетала, навалилась обреченностью, от которой хоть немного, но удалось отвлечься на ярмарке. К горлу подступило рыдание.

Я резко включила свет и стены отскочили на место, будто не пытались задушить.

– Я сама себя наказываю так, как вам не удастся! – погрозив кулаком во все стороны, я скинула пальто и обошла квартиру. Пусто, одиноко. Невыносимо тихо.

Включив звуки природы, я плюхнулась на кровать. Мысли крутились в недавнем прошлом. Я старалась не думать о тяжелом, проскальзывать мимо страшных воспоминаний. Важно научиться жить дальше. Только как?

Я закрыла глаза и вспомнила бабулю, кладезь мудрости и мой личный приют спокойствия. «Все ответы всегда есть рядом с нами» – повторяла она. Особенно когда рассказывала про свою сестру, которую я никогда не видела, потому что она как раз ушла искать ответы куда-то далеко, да так и не вернулась. Бабуля злилась на нее, не смотря на открытки, что сестра исправно отправляла каждый год, выводя под названием городка, где жила, аккуратным подчерком буквы, такой сейчас нигде не встретишь.

В голове зазвенело. Не может быть!

Я вскочила, достала из пальто предсказание. Бросилась к стеллажу, раскопала под книгами старую коробку, открыла и наугад вытащила открытку.

Не смотря на мелкие буквы, круглый подчерк был понятен. «Приветствую, моя кряхтунья. Стужа приходит ко мне во сне и не отпускает далеко отсюда.» Дальше читать не стала, я примерно помнила текст всех тридцати шести открыток, мы с бабулей часто перечитывали их вместе. Я прилепилась взглядом к типографской надписи сверху открытки: Бельрей. Название городка на крайнем севере, где застряла наша родственница.

Я положила открытки, старую из коробки и сегодняшнее предсказание, рядом с друг другом. Без сомнения, шрифт верхней надписи был таким же витиеватым, как и шрифт на карточке Звездного оракула. Одинаковый шрифт!

Затаив дыхание, я разглядывала каждую букву. Совпадение не вызывало сомнений. Совпадение! Действительно, отчего я так взволновалась из-за совпадения шрифта, бывает.

Приунывши, я перевернула коробку над кроватью и открытки пролились водопадом на одеяло, рассыпавшись по всей кровати. Я разгребла себе место, облокотилась на стену, подложив подушку под локоть, и начала разглядывать название города на каждой карточке.

Тридцать шесть открыток. Тридцать шесть лет великая тетушка отправляла свои послания и неизменно «Бельрей» отпечатан в одном и том же месте, одним и тем же шрифтом. Я перевернула открытки картинкой наверх и разложила перед собой. Где-то нарисован деревенский дом, он повторялся, но был показал с разных ракурсов. Где-то стояли деревья, графично раскинув узловатые ветви. Я обвела взглядом старые пейзажи. Абсолютно на всех открытках присутствовали заснеженные горы. Даже через черно-белый рисунок чувствовалась мощь этих мест и холод.

Ритм линий на изображениях успокоил меня, я будто сама летела над горизонтом к вершинам, где лежит самый белый и чистый снег. А потом взгляд упал на сегодняшнюю карточку. Яркие волосы мужчины на контрасте с бесцветными посланиями великой тетушки оглушали своей бескомпромиссной пылкостью. Меха, ниспадающие по плечам викинга, блестели и были мягкими настолько, что художник запустил пальцы ветра, чтобы погладить их. За плечами волшебного персонажа высились заснеженные горы. И горизонт их, как кардиограмма одного человека, совпадал с извилистым горизонтом на открытках сестры бабушки.

Морская мелодия с шумом волн, играющая на фоне, сменилась гулом ветра. Подъем взглядом на вершины и спуск с них укачал меня. Переживания и долгая прогулка физически истощили. Я провела пальцем по меху викинга, но кроме шероховатой бумаги ничего не почувствовала. Тогда тронула его медные волосы, подумала, что если бы я рисовала этого мужчину, то запустила пальцы ветра в его волосы, а не одежду. И глаза мои закрылись.

Во сне крутилась метель поземкой, кружилась я в центре двора, а вокруг мелькали деревянные избы, голые ветки осины и горы, горы, горы.