Читать книгу Мажорка и чудовище в стране снов - - Страница 2

Выскакиваю из машины, едва сдерживая гнев. Сердце колотится, словно хочет вырваться из груди. Вижу старушку с ведром яблок в руках. Пинаю его, со злости, и теперь оно лежало рядом с ней, фрукты раскатились в разные стороны, но мне ничуть не жаль. Бесит, до трясучки!

Её силуэт кажется призрачным в свете тусклого фонаря. В этот момент всё внутри меня вскипает.

С криком бросаюсь к ней, хватаю за руку, чтобы встряхнуть. Но её глаза… Они как тёмные омуты, затягивающие в себя. В них нет ни страха, ни удивления – только спокойствие и… нечто большее. Зелёные глаза, которые я видел мгновение назад, теперь кажутся чёрными, словно ночь, поглотившая всё вокруг.

– Бабка! Ты чего тут ночью шляешься?! Совсем сбрендила?! – ору, но мой голос звучит глухо, будто эхо в пустой комнате.

Она не отвечает. Просто смотрит на меня, и от этого взгляда по спине пробегает холодок. Кажется, она видит меня насквозь. Видит все мои мысли, все страхи и сомнения. В её взгляде нет ни жалости, ни осуждения – только пустота.

Я отпускаю её руку, чувствуя, как она ускользает из моих пальцев. Старушка медленно наклоняется, чтобы собрать рассыпавшиеся яблоки. Её движения кажутся плавными, почти гипнотическими.

– Не желаешь узнать, как я себя чувствую, дитя? – старушка произнесла это с обманчивым спокойствием, которое контрастировало с её пронзительным взглядом. Она стояла передо мной, опираясь на трость, её руки были сложены на груди, а губы сжаты в тонкую линию.

Я замерла, не зная, как реагировать. Она только что обвинила меня в том, что я чуть не убила её, рассыпав яблоки. Но это же нелепо! Она сама виновата!

– Вон, чуть не убила меня, – продолжала она. – А я простая бабушка, не богатая, как ты. Возможно, ты привыкла к другому обращению, но не забывай, что уважение к старшим – это не просто слова. Не учили тебя в детстве уважать тех, кто старше? Или ты думаешь, что можно только о себе заботиться? А любить надо не только себя…

Её взгляд, казалось, проникал прямо в мою душу. Я почувствовала, как внутри меня поднимается волна раздражения. Как она смеет так со мной разговаривать?

– Имя у тебя красивое, – продолжила она, будто не замечая моей реакции. – Как прекрасный цветок. Внешностью ты тоже не обделена. Но внутри… – она сделала паузу, и её голос стал ещё более холодным. – Внутри ты гнилая. Подумай над моими словами, – сказала она, слегка наклонив голову. – Или всё боком вылезет, рано или поздно. Поверь, я знаю, о чём говорю.

С этими словами она развернулась и медленно пошла прочь, оставив меня стоять в полном недоумении.

Хочу что-то сказать, но слова ,словно застревают в горле, будто невидимая преграда мешает их произнести. Откуда она вообще знает моё имя? Да и фразы, которые она произносит, точь-в-точь повторяют слова того парня из клуба. Хотя мой отец – известный судья, и, возможно, кто-то мог бы узнать меня, но всё же…

На мгновение оборачиваюсь назад. Но когда поворачиваюсь обратно, старушки уже нет. Исчезла, словно растворилась в воздухе. Ничего не понимаю… Мистика какая-то!

Наверное, я слишком много выпила. Трясу головой, пытаясь сбросить наваждение. Но вдруг замечаю на асфальте яблоки. Вздрагиваю, не веря своим глазам. Нет, это не плод моего воображения. Но где же тогда старушка? Её нигде нет…

Становится жутковато. Холодок пробегает по спине, и я чувствую, как волосы на затылке встают дыбом. Что это было?

Сажусь в машину, и еду домой, но уже медленнее. Надо просто выспаться, отдохнуть, и всё забудется. Но вот незадача, моя тачка глохнет посреди трассы.

– Да, что ж такое-то?! – рычу, выходя на улицу. А что я могу сделать? Звоню Антохе, он в машинах разбирается, пусть скажет, что делать.

Гудок, два, три… Думала, уже не ответит, но вот он, сонный голос парня.

– Лиль, ты совсем с ума сошла, в три часа ночи звонишь? – сонно спросил Антон, зевая и прикрывая ладонью рот. Его голос звучал раздражённо, но в нём всё же угадывалась нотка заботы.

Я села на капот своей машины, чувствуя, как внутри закипает обида. В горле застрял горький комок, и я с трудом выдавила:

– Тох, я на трассе заглохла, и мне нужна помощь. Ты же не бросишь меня одну? – хнычу в телефон.

Антон вздохнул, словно не зная, как реагировать. Его голос стал холоднее:

– Вызови эвакуатор, ладно? И не в обиду, но, Лиль, ты уже большая девочка. Пора научиться решать свои проблемы самостоятельно. Всё, пока. Номер сейчас скину, не дуйся.

Он сбросил звонок, даже нормально не попрощавшись. Его слова ранили меня сильнее, чем я могла ожидать. Я почувствовала, как слёзы подступают к глазам, но усилием воли сдержала их.

«Ну, Антон, я тебе припомню», – подумала я, сжимая телефон в руке.

Через несколько секунд пришло сообщение с номером эвакуатора. Я вздохнула и набрала его. К счастью, ответили почти мгновенно.

– Заберите мою тачку и подбросьте меня домой, а ещё захватите шампанского, – ворчу я в телефон, стараясь не повышать голос. – Только хорошего, а не дешёвки какой-нибудь.

– Девушка, мы не занимаемся доставкой выпивки, – отвечает оператор. – Назовите место, и мы приедем за вами.

– Блин, да где, где? Откуда я знаю? Найдите меня по телефону, как вы это обычно делаете. Могу скинуть локацию.

В трубке повисает напряжённая тишина. Я смотрю на свой телефон, экран которого погас и не хочет включаться. Зашибись! И что теперь делать? До дома пешком минут двадцать, и мне совсем не хочется идти пешком. Вокруг ни души, только редкие фонари тускло освещают пустынную улицу. Как же я не люблю такие моменты!

Я снова пытаюсь включить телефон, но он упорно молчит, и со злости, разбиваю его об асфальт.

Снимаю дорогущие туфли, которые до крови натёрли мои бедные пальчики. Тяжёлая сумка, как якорь, тянет меня вниз. Оставляю машину на сигнализацию – кто бы её ни угнал, отцу всё равно придётся купить новую. Этой тачке уже пол года, она давно меня достала.

Наконец-то дома. Вхожу в свою комнату и останавливаюсь перед зеркалом, занимающим половину стены. Оно отражает только меня – уставшую, с растрёпанными волосами. Но краем глаза замечаю движение и замираю. В отражении – бабка! Она смотрит прямо на меня, и кажется, что её голова слегка покачивается. Я чувствую, как по спине пробегает холодок.

Отступаю назад, сердце колотится, как бешеное. Но в зеркале всё так же – только я, моя усталая, но красивая фигура. Может, это просто игра света? Или моё воображение разыгралось? Надо же, вот это глюкануло!

Заваливаюсь на кровать, но сон не идёт. Мысли о бабке крутятся в голове, как навязчивый мотив. Что это было? Или я просто слишком устала…

С этой мыслью проваливаюсь в глубокий сон.