Читать книгу Фальшивая истинная. Охота за драконьими сокровищами - - Страница 3

Слуга, который меня провожал, оказался мужчиной лет пятидесяти, с маской безупречной вежливости на лице. Он не пялился открыто, но ощущение его пристального, оценивающего внимания висело в воздухе, как запах ладана в храме. Мы шли длинными коридорами, мимо сменяющих друг друга гобеленов, изображающих то битвы, то сцены охоты, то абстрактные узоры. Я старалась запоминать повороты: налево после синего витража с рыцарем, направо у статуи женщины с чашей, похожей на пламя.

Мои новые покои оказались в дальнем крыле замка. Дверь была не такая помпезная, как в приемной, но все равно массивная, дубовая. Слуга отворил ее, пропуская меня вперед, и сообщил:

– Если что-то будет нужно – дерните за шнур у кровати. Придет ваша личная служанка. Позвольте откланяться.

Оставшись одна, я огляделась.

Комната была… шикарной. Несомненно. Но шикарной в том специфическом, служебном ключе, с каким богатые люди обустраивают пространство для прислуги или не самых желанных родственников. Небольшая, с высоким потолком, что делало ее похожей на колодец. Большая кровать с балдахином из тяжелого бордового бархата, длинный шкаф, будуар с зеркалом. Письменный стол у окна. Кресло у камина, в котором уже потрескивали дрова – видимо, растопили заранее. Имелись собственная ванная комната с белоснежной ванной на львиных лапах и отдельный балкончик, выходящий на внутренний двор.

После нашей конуры над лавкой это была практически королевская ложа. Полы не скрипели, окна не продувались, вода текла из крана без перебоев. И все же меня снова покоробило. Для избранницы драконьего рода, даже внезапной и неприятной, явно полагались покои поближе к хозяину – побогаче, постатуснее. А это была золотая клетка для птички попроще.

Видимо, Рейнар решил, что жительнице трущоб и так сойдет. Или намеренно указывал мне мое место, словно недостаточно ясно сделал это в зале. Вот ведь гад! Будь я его настоящей истинной, я бы, пожалуй, вправду развернулась и ушла, презрев все эту показное великолепие. Хорошо, что я фальшивая. Мне не придется проводить с таким типом всю жизнь. Только столько, сколько нужно для дела.

Все складывается не так уж плохо. Для проникновения в замок нужен был предлог, так у Грейсона и родился план с меткой истинности. И вот я в замке. План сработал. Остальное – детали. А я всегда умела ориентироваться по обстоятельствам.

Едва я приоткрыла балкон, впустив в комнату прохладный вечерний воздух, как в комнату постучали. Не дожидаясь ответа, вошел Атмунд Бревик. Он держал в руках пергаментный свиток и выглядел так, будто собирался провести инвентаризацию.

– Покои вас устраивают? – спросил он, и в его тоне не было ни капли искреннего интереса.

– Вполне.

– Прекрасно. Одежда, украшения и дамские вещи – все будет доставлено в ближайший час. Я здесь, чтобы уточнить: что еще вам потребуется?

О! Это шанс.

– Мне нужно съездить домой. Собрать кое-что… личное.

Бревик даже не поморщился. Просто покачал головой.

– Ваш отъезд невозможен.

– Почему?..

Это серьезное отклонение от плана! У меня нет при себе ничего из специального инструментария. Ни отмычек тонкой работы, ни пакетиков с усыпляющими порошками, ни компаса, чувствительного к сильным скоплениям магии, который мог бы указать на сокровищницу. Все это лежало в потайном отделении моего комода в лавке.

– Распоряжение лорда Скайрена. Вы остаетесь в замке. Для вашей же безопасности и… чтобы избежать ненужных пересудов.

Ясно. Придется выкручиваться. В конце концов, главный инструмент – моя собственная магия – всегда при мне. Ее не отнимешь, не спрячешь в шкаф. Но без вспомогательных средств задача усложнялась в разы. Я поостереглась прихватить с собой необходимое сразу, а зря. По приезде-то не обыскали.

– Могу я хотя бы отправить письмо брату? – спросила я, меняя тактику. – Чтобы он знал, что со мной все в порядке.

Бревик на секунду задумался, затем кивнул.

– Конверты, бумага, перо и чернила лежат в столе. Готовое письмо передайте служанке.

Я выдохнула с облегчением. Маленькая, но победа. Не хватало еще, чтобы Дастин, не дождавшись вестей, решил, что меня разоблачили, и рванул в бега или, того хуже, затеял самоубийственную попытку меня спасти.

– Благодарю вас, господин Бревик.

– Атмунд, – поправил он. – Зовите меня по имени.

В его тоне не было ни дружелюбия, ни расположения – лишь профессиональная сдержанность. Но все же это хороший знак. Возможно, маленькая лазейка в будущем. Я решила рискнуть.

– Атмунд, – повторила я, пробуя имя на вкус. – Скажите… есть ли у меня шанс… ну, не знаю… поладить с лордом? Может, вы дадите совет?

Он посмотрел на меня так, словно я спросила, как научиться летать, махая руками.

– Я не даю советов, госпожа Кловер. Я исполняю поручения. Всего доброго.

С этими словами Атмунд ушел. Облом. Надеюсь, он не донесет, что я выпытываю информацию о лорде? Хотя, что тут такого? Нормальный вопрос от девушки, жаждущей добиться расположения своего жениха. Ни разу не подозрительный.

Я устроилась за столом. Бумага была плотной, дорогой, перо отточенным, чернила – необыкновенно яркими и насыщенными. Роскошь даже в мелочах. Писать нужно было осмотрительно – послание почти наверняка прочитают перед отправкой.

«Дорогой брат, – вывела я стройным неброским почерком. – Лорд Скайрен принял меня в качестве своей избранницы. Я остаюсь с ним в замке. Со мной все в порядке, не беспокойся. Береги себя и лавку. Твоя сестра, Кловер».

Коротко, сухо, без эмоций. Идеально для постороннего глаза. Но между строк для Дастина должен был читаться совсем другой смысл: «Все по плану. Я внутри. Но меня не выпускают, встретиться не сможем. Метку не обновлю». Это было проблемой. Дастин вложил в татуировку мощный, но не вечный заряд. Магия начнет рассеиваться недели через две, а через месяц любому станет очевидно, что знак – подделка. Но я и не собираюсь задерживаться здесь так долго.

Я не стала запечатывать письмо сургучом, мол, мне нечего скрывать. Просто написала на конверте адрес лавки и имя Дастина Ригза. Только закончила, как снова постучали. Вошли служанки, неся целые ворохи тканей, ящички и шкатулки. Они разложили все это по местам: платья в чехлах, нижнее белье из шелка, теплые халаты, туфли на невысоких каблуках, туалетные принадлежности в хрустальных флаконах. Одна из служанок, помоложе, робко спросила:

– Помочь будущей госпоже помыться и одеться?

– М-м-м… Я сама умею мыться и одеваться. Спасибо.

Девушка опустила глаза, но украдкой продолжила меня разглядывать. Видимо, ей было интересно изучить диковинку из Нижнего города поближе. Я решила этим воспользоваться и свести знакомство.

– Как тебя зовут?

– Элиза, госпожа.

– Скажи, Элиза, лорд… какой он человек? Хоть и дракон…

– Господин Рейнар… – Она смущенно захлопала ресницами. – Его светлость очень добр и справедлив!

Другие служанки согласно закивали, хоть их и не спрашивали. Вот же подлизы. Боятся ответить честно? Доброту их светлости я сегодня лицезрела во всей красе!

Элиза, поймав мой скептический взгляд, поспешила удалиться вместе с напарницами.

Когда дверь за ними закрылась, я первым делом я отправилась в ванную. Вода из крана оказалась была идеально горячей, будто ее подогревали где-то в недрах замка самой магией. Я наполнила ванну до краев, капнула из флакона ароматного масла с запахом лаванды и погрузилась в воду с наслаждением, на которое у меня в обычной жизни никогда не было ни времени, ни средств. Вся накопленная за день усталость, все напряжение – они словно растворялись в этой блаженной теплоте.

Но расслабляться было нельзя. И меня таким не купишь! Вот закончу дело с Грейсоном, получу деньги, и у нас с Дастином появится свой дом на юге. Ванна там будет ничуть не хуже. А может, и лучше. Потому что своя.

Выбравшись из воды и обернувшись в огромное пушистое полотенце, я подошла к груде платьев. Меня ждало суровое испытание… То, что казалось элегантным и простым, на деле оказалось хитросплетением шнуровок, крючков, пуговиц и завязок, расположенных в самых неудобных местах. Я покрутила в руках одно платье цвета морской волны, пытаясь понять, где у него перед, а где зад, и как это все на себя надеть без посторонней помощи. В итоге, методом проб и ошибок, я справилась, выбрав самое незатейливое платье кремового цвета, с минимальным количеством оборок. Оно было из чистого шелка, и ткань струилась по телу, облегая, как вторая кожа.

Туфли пришлись впору. Я высушила волосы перед камином, расчесала их гребнем из слоновой кости. Мои длинные густые волосы, моя гордость, после дорогих шампуня и бальзамов стали невероятно мягкими и послушными. Я убрала их с лица драгоценными заколками из шкатулки – золото с крошечными топазами. Надела серьги-капли, легкое колье и браслет, ориентируясь на собственный вкус. Составлять гармоничные композиции я умела – букеты-то собирала не один год.

Зеркальное отражение смотрело на меня глазами знакомой девушки, но одетой в наряд принцессы из чужой сказки. Платье сидело идеально, украшения подчеркивали бледную кожу шеи и запястий. Я выглядела… хорошо. Даже очень. Но это была все та же я. Во что ни рядись, суть не меняется.

Тем временем за окном окончательно стемнело. Посетила прозаичная мысль: а меня вообще собираются кормить? Обед я пропустила, на завтрак перехватила пару бутербродов… Желудок начинал требовательно урчать.

Я вышла из комнаты. В коридоре, прямо напротив моей двери, караулила Элиза. Интересно, зачем?..

– Госпожа желает ужинать? – поклонилась она.

– Да. Где у вас обычно ужинают? – поинтересовалась я, надеясь на разведданные.

– Можно в ваших покоях, можно в малой столовой. Как прикажете?

– В столовой.

Сидеть в четырех стенах – не лучший способ изучить местность.

Меня повели обратно по знакомому коридору, но свернули мы в другом месте, спустившись по узкой винтовой лестнице. По пути я старалась запомнить все: здесь дверь, похожая на кладовую, там решетчатое окно с видом на внутренний сад. Меня поселили в гостевом крыле, причем, судя по «скромности» обстановки и удаленности, – для не самых желанных и уважаемых визитеров.

Малая столовая оказалась совсем не малой. Это был просторный зал с длинным дубовым столом, способным разместить целый банкет. На стенах висели портреты суровых мужчин и женщин – явно предки Рейнара. Огромный камин занимал всю дальнюю стену, но его пламя было не единственным источником света, имелись несколько свечей в тяжелых канделябрах на столе.

Меня усадили во главе стола – странное и неудобное место, словно подчеркивающее мое одиночество. Явился дворецкий с вопросом:

– Чем госпожа изволит ужинать?

Вопрос поставил в тупик. В голову лезли названия блюд, которые мы готовили себе с Дастином: тушеная капуста с колбасой, похлебка с мясом, жареная картошка. Я смутно осознавала, что здесь такое вряд ли подадут. Но рисоваться, придумывая изысканные яства, которых я никогда не пробовала, было глупо.

– Что-нибудь… мясное, – неуверенно произнесла я. – И хлеб. И чай.

В глазах дворецкого отразилось затаенное веселье. Он кивнул и ретировался. Я осталась сидеть, чувствуя себя полной дурой. Но что поделать? Я и есть дура, раз влезла в эту авантюру. Любопытно, а чем тут питается сам дракон? Девственницами? Рыцарями? Отбившимися от стада овечками? Догадки были настолько абсурдными, что я хихикнула в кулак. М-да. Главное, самой не стать блюдом в его меню.

– Скажите, – окликнула я Элизу, скромно стоявшую у двери. – А лорд… он придет ужинать?

– Его светлость ужинает позже, в своих покоях или главной столовой, – степенно ответила она.

Значит, сегодня мне не грозит снова выдерживать его присутствие. Замечательно!

Вскоре слуги начали приносить еду. И приносить, и приносить. Тарелки с ломтиками запеченного мяса в ягодном соусе, пышный пирог с грибами, салаты из незнакомых мне листьев с орехами и черносливом, нарезанный кубиками сыр, овощи, тушеные в сливках, несколько видов хлеба и изысканные десерты в виде цветов. Стол быстро заполнился. Еды было явно не на одного человека. Какая расточительность… Все недоеденное, наверное, потом выбросят. У нас в Нижнем городе за такой пиршественный стол убили бы.

Я попробовала всего понемногу. Было невероятно вкусно, но от этой вкусности становилось горько во рту. Страшно представить, сколько все это стоит… Десять лет назад мы с Дастином не смогли собрать денег на лекарство для его родителей – людей, которые приютили меня, чужую девочку, и относились как к родной. Они умерли от той самой хвори. А здесь, в Верхнем городе, наверное, даже не знали, что внизу люди умирают из-за недоступности каких-то трав и снадобий. Или знали, но им было все равно. Дастину тогда было шестнадцать, мне – девять. Он мог сдать меня в приют, но не сдал. Теперь моя очередь о нем заботиться.

Неожиданно дверь в столовую распахнулась.

Вошел Рейнар Скайрен.

Без плаща, в темно-зеленом камзоле, который подчеркивал ширину плеч. Волосы были слегка растрепаны, на лице застыло привычное выражение скучающего превосходства.

Я чуть не подавилась кусочком сыра. Что он тут забыл, если ужинает позже и в другом месте?

Рейнар неспешно прошел к столу, остановился напротив меня и одарил меня тем же оценивающим взглядом, что и днем. Но на этот раз в его глазах промелькнуло что-то новое. Не одобрение, нет. Скорее… признание факта. Будто он увидел, что грязную монетку почистили, и она засверкала, но от этого не перестала быть жалкой медяшкой.

– Выглядишь куда более сносно, – наконец сказал Рейнар.

Его голос в полумраке зала звучал глубже и бархатистей. Внутри у меня все сжалось в тугой яростный комок. О боги, дайте мне терпения вынести этого надменного ящера и не запороть дело!