Читать книгу Бывшие. Отпусти меня, босс! - - Страница 3

У кофейного аппарата застыла, а перед глазами замелькали картинки той ужасной поездки.

***

На это злополучное путешествие (будь оно неладно!) меня уговорила Ксюха, подруга моя закадычная. Выиграла она путевку на двоих в какой-то пятизвездочный отель на Волге, и давай меня пилить. Я отбрыкивалась как могла, пока она не начала расстреливать меня из тяжелой артиллерии.

– Рит, ну если ты не поедешь, то ты мне больше не подруга, – заявила она, обиженно засопев носом.

– Да не могу я, Ксюх! Не хочу… работа, понимаешь? Босс – настоящий деспот, в любую минуту может позвонить.

– Да знаю я твоего Быкова! До тошноты наслышана о его… этом… ваньке-встаньке! Под каждую юбку заглядывает! Да чтоб его черти ухватили!

Ксюха, с искаженным от ярости лицом, швырнула чашку на стол так, что брызги чая обдали меня, и пулей вылетела из комнаты, оглушительно хлопнув дверью.

Что тут скажешь…

Подруга – это святое. Обиделась – значит, нужно бросить все и лететь с ней. Да и, признаться честно, в глубине души я сама изнывала от бешеной рабочей карусели: работа-дом-разборки с любовницами босса…

Хоть глоток свежего воздуха, хоть малейшая передышка были очень нужны.

А Быков… ну что Быков? Телефон всегда под рукой, никуда он не денется, подождет.

И вот мы уже мчимся по трассе навстречу этому самому отелю. Ксюшка, как птичка, без умолку щебечет о своих грезах об идеальном отдыхе: спа, бассейн, закатные коктейли…

А я слушаю вполуха, стараясь уловить в ее голосе хоть каплю искренней радости, и смотрю в окно, где мимо проплывают родные пейзажи. И ведь правда, природа у нас – исцеление для души, не поспоришь.

Номер был огромным, двухкомнатные хоромы, где эхо гуляло по углам. Днем – вереница процедур, бегство от себя, а вечером… вечером подружка, вихрь энергии и бесстрашия, потащила меня на местную дискотеку.

– Твои тряпки… это просто… зашквар, – безапелляционно заявила она, и я почувствовала, как внутри поднимается волна возмущения.

– Нормальная одежда, – пробормотала я, пряча губы в обиженной складке. – Дорогая, классическая и добротная.

– Добротная! – ахнула Ксюха. – Ты рассуждаешь как бабка. На дискач в деловом костюме – тот еще трешак!

– Да какая разница!

– Огромная! И очки… – она выхватила их с моего носа, бросила на кровать, словно ненужную вещь. – Они тебя уродуют.

– Да ты с ума сошла! Я без них как слепой котенок, ничего не вижу.

– Классно же! Пусть хоть кто-нибудь покажется тебе красавцем.

– Зачем мне кто-нибудь?

– А у тебя никого нет, – Ксюха, не церемонясь, выдернула шпильки из моего тугого пучка. Тяжелая волна волос обрушилась на плечи. – Сколько ты еще собираешься хранить эту… невинность?

– Да ты… ты… – Я задохнулась от возмущения. – Ты хоть понимаешь, что несешь?

– Прекрасно понимаю. Бабе тридцать лет, а она ни разу не трахалась.

– Да ты после этого… ты…

– Ну что я? Что? – Ксюха надвинулась на меня, словно танк. – Я замужем была. Два раза. Развелась… тоже два раза…

– Ага. И от обоих мужей по ребенку. Две маленькие души, привязанные к тебе навеки.

Ксюха смутилась, плюхнулась на кровать, словно ее подкосили, схватила чулки на кружевной резинке и замерла, смотря сквозь них на свет, словно пытаясь рассмотреть в этой тонкой ткани ответы на свои вопросы.

– Рит, что за пафосность? Да, есть издержки. Но я любила обоих мужей до безумия! До потери пульса! А когда любишь, то хочешь, чтобы от этой любви остались плоды…

– Снова выйдешь замуж и родишь третьего? – спросила я, и в моем голосе звучала не то ирония, не то отчаяние.

От удара грома мы обе вздрогнули. И сразу ливень забарабанил по окнам. Как нельзя кстати! Мрачному настроению мрачное музыкальное сопровождение.

Ксюха подошла к окну, откинула штору. Струи воды потоком бежали по стеклу, нагоняя тоску.

– Эх, вот бы сейчас пошел дождь из мужиков! – вздохнула подружка, задернула штору, повернулась ко мне. – И рожу! Мне дети – не помеха, а счастье.

– То-то ты сбежала от счастья на выходные в отель, – поддела я подружку.

Подружка покрутила чулок в руках, растянула, потом ехидно посмотрела на меня.

– А ну, подруга, садись-ка!

Я не шелохнулась, словно приросла к месту. Она толкнула меня на кровать и, не давая опомниться, схватила за ногу.

– Спятила? Что ты делаешь? – опешила я.

– Будем и твое счастье ковать! – рявкнула Ксюха.

Она начала натягивать на меня чулок. Я попыталась вырваться, но она пронзила меня таким колючим взглядом, что я невольно сжалась и замерла, ощущая себя беспомощной куклой в ее руках. Через минуту кружевная резинка, словно оковы, плотно обтягивала мои бедра.

– Я никуда в них не пойду, – прошептала я, чувствуя себя оголенной не только физически, но и душевно.

– Хватит жить синим чулком! – прикрикнула подруга, и в голосе ее зазвучали стальные нотки. – Погоди, я из тебя такую красотку сейчас сделаю!

Ксюшка схватила расческу и фен и стала колдовать над моими волосами. Потом принялась за лицо. Я сдалась. Воевать с подругой, из которой так и прет активная жизненная позиция, бесполезно.

Полюбовавшись на дело своих рук, подружка подвела меня к зеркалу. Я взглянула и опешила: из отражения смотрела совсем незнакомая девушка. Правда, я видела лишь ее мутный силуэт, может, потому себя и не узнала.

Зато ужаснуло короткое черное платье. Да, оно отлично сидело на фигуре, подчеркивало тонкую талию и стройные ноги.

Но…

В этом проклятом «но» и была проблема. От малейшего движения платье ползло вверх, открывая резинку чулок. Подозреваю, что и голая кожа покажется, если я сяду неловко.

– Я в этом никуда не пойду!

Я попыталась снять платье, но Ксюха боролась за него активно и яростно. Так курица-квочка защищает цыпленка от коршуна, которым в данный момент была я.

– Не-не-не! – верещала она. – Все будет пучком, не дергайся раньше времени.

– Хочешь меня опозорить?

– Нисколько! Дорогая, мы выходим на тропу… любви…