Читать книгу Кандидат в неудачники - - Страница 1

Если бы у моей жизни был девиз, он бы звучал так: «Хотел как лучше, а получился как всегда». Впрочем, для ученика Академии Магических Искусств Аргоса фраза «как всегда» обычно не подразумевала побег из лекционного зала под завязку набитого студентами, с криком «Все пропало!» и с дымящимся задом.

Виноват был я. Как обычно. Леон Вирдиан, специалист по превращению зрелых амбиций в пепел унижения.

Мой крошечный запас маны давно уже стал местной легендой. К сожалению, легендой позорной. Пока одногруппники оттачивали огненные стрелы и водяные хлысты, я был королем академического «Манного голода». Моя мана заканчивалась так быстро, что я мог согреть чашку чая разве что жаркую погоду, да и то лишь одну ее сторону. Сегодняшняя лекция по «Прикладной пиромантике» была моим личным адом. Администрация, в своей бесконечной мудрости, решила, что практика – лучший учитель. Таким образом, я стоял перед своим личным магическим фокусом – медным чайником – и с диким напряжением на лице пытался вдохнуть в него хотя бы тление.

«Сконцентрируйся, Вирдиан! – доносился голос профессора Игнуса с кафедры. – Огонь – это не просто энергия! Это жизнь, страсть, ярость, сконцентрированная в точке!»

Я и концентрировался. До седьмого пота. Я представлял себе и страсть, и ярость, и горячий суп, который мне бы сейчас очень пригодился. От чайника исходил едва заметный пар. Этого хватило бы, чтобы не дать комару заснуть, но не чтобы согреть воду.

Рядом фыркнула Элис Искарелли. Ее чайник уже весело булькал, из носика вырывался ровный столбик пара. Она отбросила прядь идеальных каштановых волос и бросила на меня взгляд, в котором смешались жалость и брезгливость. И в этот момент мой мозг, предатель, решил, что лучший способ произвести на нее впечатление – это сделать что-то грандиозное.

Я закрыл глаза, сжал кулаки и выжал из своей маны всё. Каждую каплю. Я не просто хотел вскипятить воду. Я хотел, чтобы чайник засиял, как маяк! Чтобы Элис ахнула!

Что-то щелкнуло. Но не в чайнике. В воздухе вокруг меня. Звук был похож на треск ломающихся стеклянных бусин. Моя мана, жалкая искорка, вместо того чтобы устремиться к чайнику, сорвалась с поводка и рванула куда-то в сторону.

Раздался оглушительный «БА-БАХ!»

Я открыл глаза. Мой чайник стоял нетронутым, с едва теплой водой. Зато магический фокус моего соседа слева, здоровенного парня по имени Брут, представлявший собой небольшую кузнечную наковальню для создания углей, теперь представлял собой… куст. Не метафору. Самый настоящий, пышный куст сирени, который с треском пророс сквозь каменный пол и теперь благоухал на всю аудиторию.

В зале повисла гробовая тишина, нарушаемая лишь тихим бульканьем чайников и моим прерывистым дыханием.

– Вирдиаан! – прорычал Брут, сжимая кулаки размером с мою голову. Его лицо побагровело.

Профессор Игнус медленно подошел к кусту, потрогал листок, потер переносицу.

– Объяснись, – тихо сказал он. В его тишине было куда больше угрозы, чем в крике Брута.

– Я… я просто хотел вскипятить воду, – пробормотал я, чувствуя, как горит лицо.

– Ты, – профессор обвел взглядом аудиторию, полную сдерживаемого смеха, – на практическом занятии по «пиромантии» случайно сотворил спонтанную «друидию». Без мантрического круга. Без жестов. Я даже не почувствовал всплеска маны. Как?

«Отличный вопрос, профессор. Я и сам хотел бы знать».

– Возможно, это был порыв ветра? – выдавил я.

Игнус посмотрел на меня так, будто я только что предложил тушить огонь бензином.

– В отработку. До конца недели, – отрезал он. – И прибери за собой. Вернее, за своим… кустом.

Отработка означала чистку отхожих мест волшебными щетками. Вручную. Потому что на магию у меня, как известно, не хватало.

Когда звонок, наконец, освободил меня от пыток, я поспешил к выходу, стараясь ни на кого не смотреть. Из соседнего зала, где шла практика боевой магии, доносились взрывы и возгласы. Оттуда же вышла она. Тара.

Ее звали Тара «Шторм», и это было самым точным описанием. Полудемонесса на голову меня выше, с коротко стриженными черными волосами и насмешливыми глазами цвета расплавленного золота. Ее кожу покрывала паутина едва заметных шрамов, а из-за спины виднелась рукоять огромного меча.

– Эй, Чайник! – окликнула она меня, скалясь в ухмылке. – Слышал, ты тут сады разбиваешь вместо того, чтобы учиться. Нужен ландшафтный дизайнер?

– Очень смешно, – проворчал я, пытаясь пройти мимо.

– Серьезно, – она легко поставила мне подножку, и я едва удержался на ногах. – Как ты это сделал? У Брута теперь в аудитории отличное место для свиданий.

– Я не делал ничего! – взорвался я. – Это само получилось! Моя мана всегда так – делает не то, что нужно, а то, что первое придет в голову!

Тара склонила голову набок, изучая меня с внезапным любопытством.

– Странно. Обычно у «бездарей» мана просто слабая. А твоя… какая-то непослушная. Как демон-пересмешник.

В этот миг из-за угла показалась Элис в окружении своей свиты. Увидев нас, она презрительно сморщила носик. Мое сердце упало куда-то в ботинки. Идеальный момент: я, красный как рак, только что чуть не упавший, и Тара, которая явно получала удовольствие от моего унижения.

– Знаешь, Чайник, – громко сказала Тара, хлопнув меня по плечу так, что я кашлянул. – Говорят, в Запретном архиве есть книга «Тысяча и один способ разжечь огонь без магии». Может, тебе стоит туда сходить? Раз уж с магией не сложилось.

Она ушла, оставив меня на растерзание насмешкам Элис. Я стоял, сжимая кулаки, и чувствовал, как по щекам ползут багровые пятна стыда.

Запретный архив. Само это словосочетание вызывало трепет. Туда студентам доступ был закрыт. Но слова Тары засели в мозгу, как заноза. «Без магии». Это был шанс. Последний, отчаянный шанс доказать всем, и в первую очередь себе, что я не просто пустое место.

Вечером, когда коридоры академии опустели, а единственными звуками были шорох метел призрачных уборщиков, я прокрался к тяжелым дубовым дверям с табличкой «Архив. Вход воспрещен».

Сердце колотилось где-то в горле. Это было безумием. Но что мне терять? Моя репутация и так лежала ниже плинтуса.

Дверь была заперта. Я потянул ручку, и вдруг… щелчок. Замок с тихим шипением отскочил. Я замер. Это была не моя мана. Это было похоже на то, будто замок… сам решил впустить меня.

Войдя внутрь, я оказался в царстве пыли и тишины. Стеллажи уходили ввысь, в темноту, теряясь из виду. Воздух был густым и сладковатым от запаха старого пергамента.

Я не знал, что ищу. Я просто шел вперед, подгоняемый отчаянием. И тогда в конце прохода я увидел его. Не книгу. Не свиток. Небольшой подиум, на котором лежал… предмет. Он был похож на идеально гладкий черный камень, величиной с яблоко. Но внутри него клубились, переливаясь, миллионы разноцветных искр. Он был немым. Он не излучал никакой магии. Но он «притягивал» взгляд. Он был тишиной перед бурей.

Я не помнил, как подошел и протянул руку. Это было сильнее меня. Мои пальцы коснулись прохладной, идеально гладкой поверхности.

И вселенная взорвалась.

Вместо тишины архива – оглушительный грохот несуществующего грома. Вместо темноты – ослепительная, слепящая вспышка, в которой танцевали все цвета радуги и те, что не имели названия. Я не чувствовал своего тела. Я был точкой сознания, затянутой в водоворот чистой, необузданной, абсолютно хаотичной энергии. Она врывалась в меня, не спрашивая разрешения, выжигая старые, жалкие пути моей маны и прокладывая новые – дикие, непредсказуемые, бесконечные.

А потом… тишина.

Я лежал на полу, в пыли, и смотрел в темный потолок. В ушах звенело. Тело ломило, как после долгой болезни. Но что-то изменилось. Я «чувствовал». Чувствовал, как по венам бежит не знакомая тощая струйка, а бурная, полноводная река. Она была странной. В ней не было дисциплины огня или нежности воды. Она была… всем и ничем одновременно. Она была Хаосом.

Я поднял руку и, не думая, просто «пожелал», чтобы на ладони появился свет.

Над моей ладонью с тихим хлопком возникла… маленькая, радужная, поющая канарейка из чистого света. Она прокаркала нестройный аккорд, чихнула искрами и бесследно растворилась.

Я медленно сел, не веря своим глазам. Во рту пересохло. Где-то вдали послышались торопливые шаги – кто-то явно услышал грохот.

У меня была сила. Огромная, невообразимая сила.

И я не имел ни малейшего понятия, как ею управлять.

«Великолепно, – подумал я, в панике оглядывая разрушенный вокруг себя угол архива. – Теперь я не просто «Чайник». Теперь я «Чайник», который устроил магический погром в Запретном архиве».

Похоже, мои проблемы только начались.