Читать книгу Наша любовь - - Страница 4

Яркая-горячая ты сожгла меня.

Умная, красивая, юная моя!

Я в твоих объятиях словно весь

в огне, жаль, что редко видимся,

в остальном всё в кайф!

Ты меня пьянишь собой, словно ты вино, молодое – кислое с родины твоей, где сейчас так солнечно,

А у нас тут дождь…

Рожденная под солнцем ты,

Южных ты кровей,

Ну а я весь питерский,

От мозга до костей.

Я тебя обрадую питерским стихом,

Ты меня побалуешь каберне вином!

И обнимешь крепко ты, чтоб вскипела кровь, будем веселиться мы – пить и танцевать, и ночами лунными будем мы не спать!

Эта дама.

Эта дама приходит, уходит, оставаясь в душе навсегда.

Для неё я игрушка – забавно, ей смотреть, как страдает душа.

Она думает я пострадаю, разлюблю и пойду танцевать,

или новых найду себе пассий, но как сильно ошиблась она!

Я её лишь одну обожаю, ей одной лишь дарю я цветы,

а она так капризно вздыхает, и не хочет меня дурака.

Она, вообщем, конечно согреет, и уступит на миг, и уйдёт,

ну а я свою жизнь изживая, буду грезить о ней, лишь о ней!

Идёт время, она – не серьёзна, я серьёзно её лишь люблю..

и вот тут происходит чудное, я у Бога её попрошу,

и она тогда вздрогнет, проснётся, и поймёт, что она для меня,

потому что нельзя других мучать, не отдавшимся им навсегда!

Неприступная.

Я сжигаю себя как в камине, моё сердце – там море огня.

Люцифер не жжёт души так сильно, как сжигаю себя я живя.

Я люблю эту гордую даму, она смотрит смеясь на меня.

Она думает я сумасшедший, в её сердце холодный расчёт,

она хочет чтоб я ей был другом, потому что

мол я "не такой", как она там когда-то мечтала,

когда строила образ себе.

Безгранично моё обожание, как же мне ей любовь доказать?

Я уехал и на расстоянии, я могу лишь о ней помечтать.

Представляю её дивный образ, возгараюсь огнём и хочу!

Пред собой я её чётко вижу, и хватаюсь я за пустоту,

и она мне в ответ улыбаясь, страстно смотрит и хочет меня!

Нет, конечно, я не сумасшедший, просто я могу видеть её:

видеть эти прекрасные ноги, видеть руки, и видеть глаза,

в них сейчас было много печали, значит нынче грустила она.

Только с ней я забылся и счастлив, наконец-то она поняла,

что мы созданы, как одно Солнце, и теперь будем вместе гореть!

Любимой.

Блаженна, ласкова, прекрасна, была в объятьях ты моих,

Ты возбудила силу чувства, которое во мне кипит!

Теплы-жарки, взаимны ласки, я от тебя, был без ума,

Ты дочь огня и не напрасно себя тебе я вмиг отдал.

Теперь с тобой хочу жить вечно, под светом Солнца и Луны.

Ты – бездна откровений женщин, в тебе от каждой есть из них!

Меня огонь твой разогреет на много долгих дивных лет,

когда в любовном танце будем, крутиться словно карусель.

Я страсть свою солью с твоею, и мы откроем в рай врата.

Я утону в твоём блаженстве-

Мы будем счастливы всегда!

В России много дивных женщин, но ты затмила их собой.

В тебе нашёл я силу духа и море неги и любви.

Так оставайся же такою – звезда на небе навсегда!

В пылу любви.

В пылу любви сгореть однажды можно,

ласкай меня и ты поймёшь, возможно,

что счастье есть, и не в огне, а в чувствах,

которые нам подарил Амур.

те чувства не дают нам спать ночами,

пускай огонь горит,

как само Солнце,

которое не может не светить.

Одно мгновение.

Года сменяют поколения, жизнь улетает круто вверх,

Я так хочу остановить одно мгновение – прикосновение губ твоих.

Живёшь сейчас с другим ты где-то,

Я для тебя теперь никто,

Но то, что с нами так случилось – самой судьбой предрешено!

Татьяна.

Татьяна, милая Татьяна,

Поверь мне больно – я один,

Хожу по комнате, страдаю и о тебе одной мечтаю.

Зачем не хочешь меня знать?

Зачем меня ты хочешь гнать?

Ну не гони меня Татьяна,

Позволь хоть видеть мне тебя,

Ну хочешь я твоим слугою стану,

Рабом, иль рыцарем твоим?

Не отвергай меня Татьяна –

Могу с тоски я умереть!

В разлуке.

Он и она – они в разлуке.

В разлуке можно умереть со скуки.

Не лучше ли им вместе быть,

О ссорах мелких позабыть,

И заново Судьбу творить!

Два изумруда глаз зелёных.

Два изумруда глаз зелёных меня сразили наповал.

Очарование улыбки, как будто вход в любви врата.

Всё это ты – моя шалунья, я очарован лишь тобой.

Лишь от тебя хочу блаженства, ты – тихий ангел с алтаря.

Душа твоя тонка, изящна, поймёт томленья Nicola.

Хочу с тобою целоваться, в порыве страсти сжать тебя!

Пусть наши души содрогнутся – и горы рухнут пусть в поля.

Одиночество.

Мне одиноко, я мечтаю.

Мечты безумны у меня.

Мне кажется, что я летаю

До звёзд и выше – в никуда.

Мне грезится, что ты со мною,

что вместе мы с тобой летим.

Земля уж в шарик превратилась…

Я счастлив, я ведь не один.

Но, вдруг очнувшись от мечтаний,

Я вспоминаю – я один…

Ещё 100 грамм я наливаю,

Чтобы забыть, что я один.

Неприступная.

Ну зачем мне небосвод без тебя?

Ну зачем мне Солнца лик без тебя?

Ну зачем свобода мне без тебя?

Не нужна свобода мне без тебя!

Не нужна морская даль без тебя,

Заменила б ты мне всё – будь моя!

Муки сердца.

Я забыл, что такое спокойствие –

Мне не спиться теперь по ночам.

Я лежу на кровати, измученный,

Вспоминаю, как встретил тебя,

Вспоминаю глаза твои серые,

Что не в силах забыть никогда,

Я не верил, что может случиться так,

Что однажды, в мирской суете,

Я случайно с тобой повстречаюсь

И вдруг вспомню, что значит любить.

Для тебя я всегда много сделаю,

Всё, что хочешь, ты только скажи,

Ну а жить, без тебя мне не хочется,

Не нужны без тебя даже сны.

Расставание.

Без тебя мне тоска, но я должен уйти,

Взяв твой образ с собой,

Я уйду в никуда, не сказав тебе то, зачем ехал к тебе.

Если я не в себе, иль устал, с пути сбился,

Ожидание встречи согреет меня:

Вспомню губы твои и улыбку – сразу станет на сердце легко.

Тоска.

Я один, я страдаю, я думаю: «Когда ж снова увижу тебя?»

Я боюсь, ты откажешь во встрече мне, и тоска уничтожит меня.

Вспоминаю, как раньше встречались мы,

Как испортил я всё в один раз,

И теперь я жалею об этом так,

Так жалею, что слёзы текут.

Не забуду я очи чёрные, голос тихий, тепло твоих рук.

Иногда я досадою думаю, что не встречу тебя никогда!

Где предел любви?

Ты прекрасна и умна,

То добра ты, а то зла.

Ты страстна и страстен я.

Ты упрямая как я.

Меня будешь обнимать -

Тебя буду целовать,

И от ласок умирать.

От любви твоей я пьян,

Глаз твоих люблю дурман.

Наше счастье – океан,

Полный вод, он так глубок.

У любви есть потолок?

Или скажем где предел?

В жизни много разных дел,

Но важнее ты всех дел!

Яна.

Яна шла улыбаясь задумчиво.

Лёгкий ветер за неё летел.

У неё настроение странное,

Мысли спутались, глазки горят.

Закурила она сигареточку,

(Снова начала Яна курить).

И подумала: что я тут делаю?

Этот город так скучен и сер…

Вот бы ей оказаться в Австралии,

Там, где пальмы и плещет волна!

Девушка-звезда..

Мне бы быть с тобой навсегда.

Ты прекрасна как , та звезда,

что на Пути Млечном горит.

От любви моё сердце сгорит.

Посмотри теперь на меня -

То же буду я как звезда,

для тебя ярким светом гореть,

как бы нам с тобой не сгореть!

Очарованный тобой, буду только я с тобой.

Ты, как горький шоколад -

вмиг растаешь – буду рад я тебя

обнять ласкать, страстно в губы целовать.

Ты красива и стройна – мне другая не нужна!

Я поверженный тобой – буду счастлив лишь с тобой!

Единственная моя.

Если Пушкину сто дам,

И Есенину – сто дам,

Надо было полюбить,

Чтобы Казановой быть,

То я верен лишь одной,

Дон Кихот – вот мой герой.

Дульсинею он любил

И за ней одной ходил.

Ей, как рыцарь он служил,

И цветы лишь ей дарил.

Всякий подвиг – для неё

(У него было копьё,

Мог он биться за неё).

Мог он жить ради неё.

Но Вы скажите – старо,

Поведенье таково.

Что сейчас мол другой век,

Верность – это прошлый век.

Но я Вам скажу вот что -

В моей Яне есть ведь всё,

Что бывает сразу в ста-

Ум, и грация, краса- тела и лица,

Весела её душа, интуицией сильна,

И накрыть ведь может стол,

И поддержит разговор,

Коль захочет покричит,

А захочет помолчит,

Огнём страсти обожжёт,

Приласкает и поймет,

Ну и с волею она,

Не поспоришь, и умна.

Вот нашёл её одну-

К ней лишь страстию горю!

Мечта.

Я тебя полюбил и страдал,

И о ласках твоих я мечтал.

Грезил я, что мы будем вдвоём,

Что от счастья в экстазе замрём,

Ощущая, как кровь в нас кипит.

И вот – в жизни настал этот миг!

Теперь дальше не хочешь идти,

Обретая иные пути.

Ты в ответ полюбила меня,

И мы слились как реки – моря.

Я так счастлив целуя тебя,

Ты раскрыта, лаская меня.

Признание в любви.

О, ты, прекрасная богиня!

Я уж давно тебя люблю

И без тебя жить не могу.

Я долго думал о тебе,

И ты приснилась мне во сне.

Приснилось, будто полюбила – меня душой и телом ты,

Мы были счастливы весной.

Не видел девушки красивей, чем ты – богиня красоты!

Лицо твоё – Луне подобно, глаза – две сказочных звезды.

Белы, как жемчуг, твои зубы, и целовал тебя я в губы.

Идёшь ты – словно пух летит и меркнет всё перед тобою!

Он ей сказал, она в ответ сказала.

Огонь твоих глаз я не в силах забыть!

Скажи: Почему ты не можешь любить?

– Я не люблю тебя,

Ты это знаешь.

Я не люблю себя,

И в облаках ты не витаешь.

И ты не мой, и не твоя я.

Памяти Владимира Высоцкого.

Кто на Запад смотал, кто на дно тихо лёг, кто режиму служил,

Красный флаг целовал, а кто встал во весь рост и вдруг правду сказал

И ушёл в никуда. Он ушёл в никуда, но он правду сказал, не сказал – прокричал,

простонал и струну оборвал, на весь мир прокричал, на весь мир простонал и струну

оборвал, и убили его, чтобы он не мешал и не пел и не спорил с судьбою.

Жизнь – как подвиг прожил, и ушёл в никуда, но остался он жить в своих песнях.

А когда я уйду, встречусь с ним навсегда, обниму и скажу – «друг – мы с тобой же

вдвоём за флажки убежали сюда – в никуда – навсегда»…

С буквы «Е» начинался стих его, продолжаясь сложною рифмою,

что гитарным аккордам подвластна лишь.

Струны рвал он как вены пред смертию (от уколов они все изранены),

Напряженье его ахиллесово, разрывало пространства гармонию,

когда он «про волков» пел надрывно нам, задыхаясь в поту перед публикой,

на концертах его замирали мы, так открыто сказал он о жизни нам,

не боялся он смерти не прошенной, раздавая талант свой пригоршнями,

он шутил и смеялся до слёз. Всё, что сделано им – нам останется,

на века эти песни запомнятся, его голос на диски записанный,

нам поёт, и мы слушаем заново, будто с нами Володя, не умер он,

но решил навсегда вопрос Гамлета:

можно быть и не быть, но остаться здесь – в своих песнях живёт он;

на кладбище только тело его похоронено.

Он при жизни пил водку стаканами, и друзей собирал вокруг толпами,

но прожить мог бы долго, не мучаясь, если бы не предал его друг

(«Если друг оказался вдруг, и недруг и не враг, а так»).

Этот недруг врачом был подосланным,

залечил он его от наркотиков, на которые сам посадил его,

посоветовав их вместо водки он, и затем, выполняя инструкции,

залечил врач Володю на радость «им».

Не могли «они» с ним совладать никак, был Высоцкий фигурой заметною,

на беседы его вызывали всё, предлагали не лезть на рожон.

Но не слушал Володя сатрапов тех,

жил, как пел, «не боялся ни слов, и не пули,

и в привычные рамки не лез».

И тогда по решению органов,

залечил его врач на дому.

Две недели лечил «друг» Высоцкого

и не клал он его в стационар.

И крутило его, и кричал он,

но врач к стулу его привязал, повторяя:

«Мы дома управимся, надо только ещё потерпеть».

А потом, когда вены порвались,

умер бард, прокричав ещё раз.

И приехала после милиция, и писали они в протокол,

что убил врач его не намерено, и, что врач был агент КГБ,

и, что «скорая» поздно приехала и ничем уж помочь не смогла…

На суде получил он условный срок,

но пред Богом ответит подлец.

Хоронили Володю народом всем, и остался он в наших сердцах.

А душа его поднялась на Небо и оттуда он смотрит на нас.

И поможет поэтам, что вновь придут, вдохновение писать получить.

С буквы «Е» начинался стих его, любил спорить и ёрничать он:

«Едешь ли в поезде, в автомобиле, или гуляешь, хлебнувши винца,

при современном машинном обилии, трудно по жизни пройти до конца».

Другая реальность.

Отворилась дверь – кто же я теперь?

Фазы бытия. В чём судьба моя?

В мире много стен, поворотов, и уровней –