Читать книгу Кузнец и Сказка. Перезагрузка - Группа авторов - Страница 4

– Вольг, а далеко ещё до дома Лиха? – Денис старательно смотрел под ноги, стараясь не поскользнуться в очередной раз.

Тёмный лес был странным местом – на вид совершенно безжизненным. Тьма сгущалась, и лунный свет не в силах был её побороть. Воодушевление после моста прошло довольно быстро: стоило Денису несколько раз пропахать носом сугроб, как настроение резко упало.

Вольг озадаченно крутил берестяную карту – она мягко мерцала в сгущающейся тьме.

– Тут такое дело… – замялся петух и поскрёб красный гребешок на голове перьями крыла. – Карта не масштабируемая. Дом Лиха на окраине Тёмного леса, а мы пока только в подлеске…

– Погоди‑погоди, я не понимаю: нам долго идти? – Денис потёр ладони, сжал их в кулак и подул внутрь, пытаясь согреть замёрзшие пальцы.

– Долго… – Вольг опасливо выглянул из‑за карты. Не то чтобы он боялся Дениса, но масштаб катастрофы осознал только сейчас.

Многого не сказал Рассказчик Денису. Например, что Тёмный лес – это Навь, место обитания разных существ. Не все они добрые – точнее, совсем не добрые. И повезло, что большинство из них зимой спят. Вот только не все. У путников не было ни припасов, ни ночлега, ни даже фонарика.

– И что мы будем делать? Ай! – Денис неловко взмахнул руками и снова полетел носом в снег. – Вольг, я, кажется, что‑то нашёл… – Парень, отплёвываясь от снега, вытаскивал из‑под ног нечто крупное.

Вольг выглянул из‑за плеча онемевшего Кузнеца.

– Э‑э‑это что, череп? – заикаясь, спросил Денис.

– О, Йося! – Петух хлопнул себя крылом по лбу. – А я‑то думал, куда он делся, а он, оказывается… – Вольг заглянул в пустую глазницу огромного вытянутого черепа.

– А кто был этот Йося? Тоже сказочный? – Почему‑то череп перестал пугать Дениса.

– Вообще нет. Это обычный жираф. Его случайно занесло в сказочный мир. И как он тут оказался? – Вольг задумчиво стал озираться по сторонам, что‑то выискивая. – Слушай, а пойдём в гости? – резко развернувшись, спросил петух.

– А мы не спешим? – засомневался Кузнец.

– Спешим. Но если ты убьёшься в потёмках или, не дай бог, помрёшь с голоду, сказке мы не поможем, – резюмировал Вольг.

– Хорошо, пойдём. – Денис поднялся из сугроба, сунув жирафий череп подмышку.

– Карта! Покажи избушку Бабы‑Яги! – скомандовал Вольг.

Лицо Дениса вытянулось: на светящемся берестяном артефакте появилась новая надпись – почти рядом с ними.

– А как ты узнал, что Баба‑Яга живёт неподалёку? – спросил Денис.

– Вот дурак‑человек! Кто Баба‑Яга? – надменно задал вопрос петух.

– Ну, старая карга, костяная нога… Некрасивая женщина на помеле, в общем, – задумчиво проговорил парень.

– Ха‑ха‑ха, ты ей этого только не скажи, а то как Йося станешь. – Вольг щёлкнул перьями по лобной кости черепа жирафа. – Баба‑Яга – страж перехода из Яви в Навь. Мы по мосту Калинову прошли, а она, так сказать, таможня этого места. Людей – да и нелюдей – она, конечно, не очень жалует. И бедный Йося – тому дохлый пример. Но другого варианта я пока не вижу. Лучше мы к ней, чем она к нам, – подытожил петух.

Денис растерянно посмотрел по сторонам, понимая, что в данной ситуации может положиться только на Вольга. Хотелось бежать, сверкая пятками, но ветер уже разметал следы – и даже непонятно было, откуда они пришли.

Петух, держа перед собой карту, пошёл вперёд. Денис последовал за ним. В лесу между деревьев снега было не очень много, но он скрывал корявые сучья и коренья, которые сильно мешали продвижению. Тьма только сгущалась: до утра было ещё далеко, а заснеженные кроны не пропускали лунный свет.

Первым нечто светящееся увидел Денис: две точки зеленоватого флуоресцентного света. Потом ещё и ещё. И чем ближе путешественники подходили к свету, тем отчётливее виделся частокол с черепами, нанизанными на шесты. Из глазниц струился свет.

Когда Денис понял, на что идёт, взвизгнул, развернулся и бросился бежать, но запнулся о что‑то и снова полетел в сугроб.

– Ты чего верещишь? – Вольг заглянул в сугроб.

Денис высунул руку из снега, указывая на частокол:

– Там! Там!

– Что там? Это фонарики такие. Яга – любительница жутковатого антуража. Ну, подумаешь, переборщила чутка. Пойдём, пока не замёрзли. – Вольг протянул крыло, чтобы помочь Денису подняться.

– Я туда не пойду! Она меня сожрёт! – Денис старался зарыться в сугроб поглубже.

– Опять двадцать пять! – Вольг полез за пазуху и достал вилку. Зеленоватый мертвенный свет отразился в тоненьких зубцах.

Вспорхнув, он залетел за спину зарывающемуся в снег Денису.

– А я сказал – пойдёшь! – Взмах крыла – и вилка вновь вонзилась в зад Кузнеца.

Денис с воплем схватился за «клюнутое» место и рывком выскочил из‑под снега.

Вольг встопорщился и заклекотал, угрожающе надвигаясь на парня.

– Да понял я! Понял! – крикнул Денис, прикрывая ладонями подраный на пятой точке пуховик.

– И Йосю не забудь! – Вольг, насвистывая, направился к еле заметной калитке в частоколе.

Денис подхватил жирафий череп и, тяжело вздохнув, почесал травмированную ягодицу. Пошёл следом за петухом.

– А я думал, она живёт в избушке на курьих ножках? – сказал Денис, задумчиво разглядывая небольшой деревянный домик.

– На курьих, на курьих! – Вольг задумчиво поднял одну из своих лап, сжал, разжал. – Холодно, мёрзнут сильно зимой, вот и поджала. Иди стучи в дверь. – Он указал лапой на дверь.

– А как же «избушка‑избушка, повернись к лесу задом, ко мне передом»? – Денис разглядывал избушку, поняв, что та действительно сидит в гнезде.

– Ты совсем куку? – Петух покрутил пером у виска. – Совесть есть? Во‑первых, холодно – прояви сострадание к куриным ногам. Во‑вторых, задумайся на минуту: будет ли Яга в добром расположении духа после того, как её пометает, как в центрифуге, по собственному дому? – Петух сложил крылья и недовольно посмотрел на недогадливого парня. – Смотрим на Йосю, вдохновляемся – идём стучать. – Вольг крылом указал на дверь.

Денис тяжело вздохнул, поправил жирафий череп подмышкой и постучал.

За дверью раздались шорохи, шаги, скрежет и бормотание. Открылась небольшая щёлка, в которую кто‑то смотрел.

– Кто таков, зачем пожаловал? – недовольно скрежетал владелец глаза.

– Кузнец я, – пискнул Денис.

– О, как! – Дверь распахнулась, а за ней стояла девушка. – Проходи, Кузнец. А ты не один? – Она задумчиво посмотрела за плечо парня. – Ну, проходите, гости дорогие, коль против меня зла не помышляете, – загадочно подытожила красавица и отступила от прохода, приглашая в избу.

Денис онемел и не мог свести глаз с хозяйки дома, теснее сжимая череп несчастного Йоси.

– Ай! – Влетел с криком, прикрывая ладошкой ягодицу.

– Холодно! Сказали – входи, значит, входи! – Вольг недовольно прошёл следом за Кузнецом, достал из подмышки носовой платок и стал протирать вилку.

– Как любопытно, – изрекла Яга. – Ну коль в дом зашли, так садитесь за стол, гости дорогие. Потчевать буду. – Девушка закружилась у русской печи, гремя горшочками.

Денис растерянно оглядывался по сторонам. Сказочный шаблон из детства рвался: в избушке было уютно. Баночки на полочках, грибочки на верёвке сушатся, печь красивая, расписанная петушками. И так хорошо стало, так уютно.

Яга раскладывала душистую кашу с мясом по глиняным мискам и ложки раздала – что удивительно, и Вольгу тоже.

Денис зачерпнул кашу и отправил ложку в рот. Слёзы сами брызнули из глаз. Это было так вкусно, казалось, ничего вкуснее он в жизни не ел.

Вольг хлопнул крылом себя по лбу, сокрушаясь безкультурью спутника, и уже собирался извиняться перед Ягой, но та, на удивление, смотрела на Кузнеца с одобрением. Она держала чугунок наготове – видимо, на случай, если он попросит добавки. Петух махнул крылом и тоже принялся есть.

Ели, нахваливая. А после Яга расставила кружки и разлила душистого взвару.

– Ну, рассказывай, молодец, теперь: куда путь‑дорогу держишь? – Яга подсела к Денису.

Щёки парня тут же залила краска.

– А я… Это… Ну, мы… Это… – забормотал Денис и ещё больше покраснел.

– Этот дурень хочет сказать, чтоб ты, прекраснейшая, отодвинулась, а то от красы твоей дар речи теряет, а попросту тупеет, – изрёк Вольг и громко отхлебнул из кружки.

Яга улыбнулась и отодвинулась. Денис возмущённо посмотрел на невозмутимого петуха, попивающего взвар.

– Мы сказку идём спасать! – сказал Кузнец.

– Какую? – серьёзно спросила Яга.

Парень посмотрел на Вольга – только сейчас он понял, что и сам знает о предмете спасения довольно абстрактно.

Птиц свернулся клубком, из‑под крыла достал берёзовый свиток и положил на стол.

– О как? Лихо? Это доброе дело, сложное, но правильное. Нельзя сказке без Лиха, и без Кузнеца нельзя… – Она загадочно посмотрела на поперхнувшегося взваром Дениса.

Вольг булькнул что‑то в кружку, но промолчал.

Яга не обладала альтруизмом – как и многословием. Ни одно её слово не было сказано просто так. Вольг понимал: даже приглашение в гости неслучайно. Если бы у них была хоть одна недобрая мысль о хозяйке дома, их черепа уже украшали бы частокол в качестве новых фонариков. И помощи она бы не предложила. Но задавать вопросы красавице было страшно – да попросту опасно.

– Да? – растерянно сказал Денис. – Нам бы отдохнуть, и мы пойдём. Вольг говорит, у нас мало времени и надо спешить… – Он тяжело вздохнул, отпил вкусного напитка, облизнулся. – А можно… Как мы закончим… ну, сказку спасём… Можно я ещё к вам в гости зайду? – Набравшись уверенности, он посмотрел в глаза собеседнице.

Яга поправила посеребрённую косу и улыбнулась.

– А зачем? – Она налила себе взвару из кувшина.