Читать книгу В зеркале биосферы - Группа авторов - Страница 4

Обратите глаза в воздух,

Осыпается снег с яблонь,

В талых водах стоят звёзды

Алых пятен планет – яблок.

Клонит ветер к рукам ближе.

На воде моё солнце – дальше.

Если б звёзды сгорали, как листья,

Я желал тебя встретить раньше.

В берёзовой роще – трава в росе.

В берёзовой роще – море.

На камни падает лунный свет,

А камни падают в море.

Звезда упала – цветок сорви,

Зажги его лунным светом.

В берёзовом море слова любви

Становятся лунным светом.

Луна – дно озера, дно костра.

К златому песку прибиты,

Как гвозди, звёзды в степи у костра,

Слова любви – Афродиты.

Любовь глубинная – смерть – весна.

На соснах ветер зелёный.

На соснах солнце. Ветер со сна

Сиреневый и зелёный.

Вода зелёная, как мрамор.

Гранёный ритм с песчаным дном.

Надоедает жить упрямо

В стеклянном мире кверху дном.

В узлах кристалла ветер дышит,

Или, прозрачнее стекла,

Всего познания превыше,

Волна кривая, как стена.

Где месяц вышит или взвешен,

В воде зелёный хлеб замешан.

Догорает осенний день,

Виснет в воздухе жёлтый лист.

Опускаться и падать лень,

Разобравшись, где верх, где низ.

Не любовь, а в сердце весна,

Только губы скованы льдом.

И стоит перед взглядом сосна,

Перед входом в зелёный дом.

Тонут руки, тонут тела.

И звезда упала, и ртуть.

Между нами стена из стекла,

Если руки вверх протянуть.

Так же просто устроена жизнь,

Как устроен месяц-янтарь.

Хочешь голову честно сложить,

Должен честно прожить январь.

Нереально, как в сказке,

Под синим стеклом

Блики звёзд на воде догорают.

Помнят солнце в степи,

Но своим чередом

Звёзды с неба в глаза опадают.

Полночь солнца.

Так просто и пусто кругом.

Или что в полутьме таится?

Или просто стою

Перед входом в дом,

Только дом этот в сердце птицы.

Белый ритм во мгле.

Синий взгляд на мне.

На сосновом столе веселье.

Говорит сосна,

Говорит сосне:

– С наступлением новоселья!

Стена бросает тень,

На золотую рожь

Ложится чёрный день,

Бросает жёлтый нож.

В зелёном солнце ржи

Сгорают васильки.

Дорога в монастырь

Пройдёт через пески.

Луна. Из-за угла

Автобус выплывает.

Над площадью звезда

В траву и в землю бьёт.

Ночные голоса

До солнца затихают.

Зелёная гроза.

В глазах сирень и лёд.

Как синие костры,

Рассветы как вокзалы.

Украшенные льдом,

Закованные в сны.

На синий свет зари

Со звёзд роса упала,

И месяц синим ртом

Срывает васильки.

Заброшенный до строений

Стеклянных подобно снам,

Берёзовый муравейник

Как город без марсиан.

Вот пень как вход в подземелье.

Как реки, шумят деревья.

След молнии удивленья

В колодце стихотворенья.

Вода зелёного цвета.

Зелёный цвет – её хлеб.

Весна утонула, лето,

И осень падает вслед.

Берёзовый свет,

Стеклянный до дна,

В стаканах вина,

Струится в окно.

На губы, в сугробы

Упала луна.

Песчаного неба

Хрустальное дно.

Встречает утро лампа на столе.

О, Temple of Science,

Первый храм науки!

Ложится снег на утренние звуки,

И тает дельта-функция во сне.

Что бесконечность,

Жалкий частный случай,

Ещё один утраченный восход.

Недопустим предельный переход,

Но что из непрерывности получишь?

Стена из падающих льдинок.

Влюблённый взгляд в хрустальном звоне.

Стену раздвину из снежинок,

И в снежном мраке всё утонет.

Не будет злых, не станет нищих,

А только сердцу постоянство,

Когда растает белый хаос,

Когда любовь зальёт пространство.

Стоит остаться в комнате,

Стоит услышать музыку,

Или с друзьями расстаться,

С девушкой повстречаться.

Стоит взглянуть в глаза,

Выцветшие, как у бога,

Зелёные от дождя,

Безжалостные Ван Гога.

Стоит весной бескрайней

В музыке заблудиться.

Сердце у этого камня

Хочет остановиться.

Последняя капля,

И станет законом

Цветение листьев

В лесу незнакомом.

По нити хрустальной

Опустится с неба

Голубовато-смолистая

Вега.

Пройдут день за днём,

Пожелтеют дороги,

Потухнут аллеи,

Замёрзнут туманы.

И эйдос тревоги.

Надвигается ночь,

Начинается миг.

Эрос свет выключает.

Конгруэнтный

В ночи

Рассыпается крик.

И слова засыпают.

В золотистой степи

Разноцветные катятся кони.

И плывёт тишина

В колокольном вечернем звоне.

Нет, весь не умер динозавр.

Стал чёрным золотом – углём,

Едою будущего – нефтью,

Он в нашей запылённой атмосфере,

В тебе, во мне, в ионосфере,

Где разрушается озон:

Рахманинов, вечерний звон…

Везде, где делают газон,

Там «Очи чёрные»

И «Skweeze Me, Pleeze Me».

Не в стихах. Земли вне берёзовой,

Астер

Логические порядки.

На хрустальной евклидовой плоскости

Вбиты гвозди по самые шляпки.

В алых сумерках первой строки

Умирает атом поэзии.

Это утро фиалковенчанное

Наступило на света лезвие.

Жил в прекрасной, как рай, стране

Одинокий крестьянин бедный.

Каждый день проходил в войне,

Беспощадной войне с Вселенной.

Он работал с утра дотемна,

Юный бог с луной за спиною,

Наполнял зерном закрома,

Улыбаясь, мечтал весною.

Ты прекрасна, как василёк,

Листья в губы целует ветер,

Белоснежный приходит вечер,

Ты из звёзд сплетаешь венок,

Полюби меня, путь далёк.

Лето – осенью, снег – весною,

Проходили дни, как во сне.

Бог войны с луной за спиною

Постарел, как смертные все.

Было лето. Солнце в зените.

Зёрна к золоту приближались.

Вдруг раздался крик: «Помогите!»

И упал серебряный аист.

Потемнели глаза от боли,

И крыло пробито стрелою.

Попрощался крестьянин с полем,

Перенёс красавицу в хату,

Там всё лето лечил травою.

В сентябре улетел куда-то

Белый аист…

Улетел, а весной вернулся,

Покружил над вспаханным полем,

Бросил в землю зерно золотое.

«Это молодость!» – крикнул аист.

Ударил золотой фонтан.

Старик стал юношею прежним,

И девушка в любви безбрежной

В порыве страсти чистой, нежной

Клянётся.

Он к её ногам

Бросает сердце золотое.

Она сокровище святое

В ладони трепетно берёт,

И говорит: «Люблю безмерно!»

Проходит старость, всё пройдёт.

Проходит всё. Любовь бессмертна!

Над полем, залитым росой,

Янтарный светится диск.

За сказкой мальчик босой

К реке спускается вниз.

Мохнатый ночной ковёр

В серебряных змейках звёзд

Озолотился смолой,

Озоном притихших гроз.

………………………………….

В прозрачной морской пустыне,

Где редко услышишь «здравствуй»,

Рыбак повстречал богиню,

Царицу подводного царства.

Как бы рыбак не вымок,

Она ему пригрозила:

«Не трогай моих рыбок,

Утонешь. Пучина – могила».

Юноша поражённый

С красавицы глаз не сводит.

Взгляд её обнажённый

Медленно в сердце входит.

Расколдовала богиню

Юноши красота.

Нежным поцелуем

Она его увлекла

На дно в янтарный замок,

И волны-колокола,

Раскачиваясь, зазвенели,

Сверкнули песчаные косы,

Крыльями вспыхнули в пене

Облака-альбатросы.

Но и в подводном мире

Вечно не длится счастье.

Сказочный замок рассыпался

На янтарные части.

Синий ночной ковёр

В серебряных змейках звёзд

Молнией пропорол

Бог, повелитель гроз.

………………………………….

Над полем, залитым росой,

Янтарный светится диск.

За сказкой мальчик босой

К реке спускается вниз.

Соль – соломенный серп.

Ре – решётка окна.

Ля – нужен хлеб.

Ми – тишина.

Чёрные,

Как в цветных галлюцинациях,

Промежутки

Меж покачивающимися атомами,

Осыпающимися

Сиреневым цветом.

Когда минуты летят, как годы,

Когда весны янтарные воды…

Остановись перед зеркалом.

Хлопни зелёной дверью.

Перечеркни икону солнца

Над розовым полем

Яблоневой веткой.

Над голубым атомом

В вечернем небе

Горит сиреневая ветка.

Звучит умолкнувшая скрипка.

На конверте морского неба

Девушка, заплетающая косу.

Волны набегают на берег.

Разбиваются о камни.

А камни…

Однозвучно стучат колёса.

Мимо окон плывут вокзалы.

Телеграммы несут берёзы

В первобытный край Калевалы.

Вот и берег. Синие рельсы

В море волны-кратеры катят.

Застилает конец рейса

Новогоднего моря скатерть.

Свет исковеркала

Метра волна.

Истина – зеркало,

Тина – трава.

Рябины кисти на

Синем огне.

Истина солнца

Зелёного вне.

В июле Цезарю

Явилась истина.

Ясней короны

Сияет лысина.

Адамлих лет мужской и женский пол

Найпаче всяки тя венчает.

Алкает всяк тя. Федя с рельс сошёл,

Токмо тебе тай уд свой обращает.

О брат! В твоих хлубях жаль прозябает!

Любительность тая, ударь в кимвал!

И бледный пчак сугубое алкал,

Ю красовули днесь вознагражденья…

Прими мя лепоты напёрсток мал —

Тюлипы илектровы упоенья.

Приставник на подъём весьма тяжёл.

Е лень – мать вдохновенья – усыпляет.

Триангул ужа – чтобы не ушёл.

Разлог толочь ухани обратает.

Олтарь спрягся. Но мног не забывает.

Внезапу весть всем другам разослал,

Извол тя мощно всяк усугублял,

Чудясь толь своевольным увереньям…

Удоволи принять наперсток мал —

Тюлипы илектровы упоенья.

В шмелином небе звёзды блещут

В мохнатый невод золотой.

Минута – золотое блюдце

Наполнит сердце пустотой.

Небо свободно от льда.

Травой весна заросла.

Тает в пыли глубина,

Не зажигая дна.

Сердце… В сердце темно.

Вот сосуд из стекла —

В ночь разлита луна,

В снег одета вода.

В прозрачной глубине

Трава уснула.

Из камня смотрит краб

Сквозь стёкла караула.

В мерцающей пыли

Хвостом махнула

Ленивая молния —

Голубая акула.

Косматый подснежник – коралловый риф

В дремучем от волн океане.

Биение сердца – прилив и отлив

Под звёздами ручейками.

Весна… И стало жить веселей,

Словно вошёл кругами

В лунного времени мавзолей

С каменными цветами.

Не наступила бы весна

На ледяную тишину.

В песок впечатана волна,

Как кратеры в луну.