Читать книгу Лето в октябре - Группа авторов - Страница 2

Тамара Петровна Вихрач задержала взгляд на своём отражении: длинные ресницы, яркая помада, лёгкая тень усталости под глазами – но в целом выглядела она на все сто. Крупные черты лица придавали ей дерзкую привлекательность, а неугомонные рыжие пряди оживляли образ.

Убедившись, что лицо выглядит безупречно, Тамара отступила назад и оглядела себя целиком. Среднего роста, крупновата, полновата, но крепкая – без намека на дряблость: можно позволить себе приталенное темно-зеленое платье с открытым плечом – оно подчеркивало талию и заставляло голубые глаза светиться ярче.

– Хороша, хороша, – в зеркале появилось второе отражение, чем-то напоминающее Тамару, но более уставшее и увядшее.

– Да прямо уж, мам! – в шутку обиделась Тамара.

– Мать не обманешь! – погрозило пальцем второе отражение и вздохнуло. – Найди уж себе кавалера там, на югах, что ли… А то, вишь, кака красота пропадат!

– Всё у меня под контро-олем! – натянуто пропела Тамара.

Мать фыркнула.

– Максимка, шоль, кавалер-то?

Ответа не последовало.

– Ох, доча-доча! Одной тяжко-то, сама ж така была-то… – снова вздохнула мама и пошаркала стоптанными тапочками на кухню.

Блестящий адвокат в прошлом, а теперь простая пенсионерка, уставшая от лицемерия, но безумно любящая внуков и единственную дочь.

Тамара глянула матери вслед, потом ещё раз крутанулась перед зеркалом, охватила руками шевелюру и медленно собрала её в шикарный хвост. Закрепила заколкой.

– Леди Совершенство! – снова возникло второе отражение в зеркале, только на этот раз сильно моложе и с пирсингом в носу.

– Бабушку слушаться, за братом – смотреть, – пропела Тамара обманчиво бесстрастным голосом. – Буду казнить и миловать. Может быть, только казнить…

– «Три богатыря»!

– В точку! – Тамара собрала губы сердечком. – Но кнут и пряник будут. Обещаю. А выбор за вами, детки!

– Главврач Вихрач собрался на бухлач, – поддела дочка.

– На ку-рорт! – многозначительно подняла указательный палец Тамара.

– И шо, совсем без бухлача? – продолжила наступление дочка.

– Бокал вина на закате к лечению приравнивается. А в целом-то не вашего нежного ума светлая печаль, юная леди! – обворожительно улыбнулась в зеркало Тамара. – Волосы подержи – переставлю заколку.

Дочка пожала плечами, но просьбу выполнила.

– Товарищ начальник штаба, – скучным голосом сказала она матери, – я составила расписание: мне – надзирать за Петькой, брату – надзирать за Батоном, коту… ну, кот сам знает, за кем ему надзирать.

– Утверждаю, товарищ Маша, – начальственным голосом ответила Тамара, и обе рассмеялись. – Деньги я тебе на карточку закинула. Веди хозяйство с умом, чтобы хватило.

С годами Тамара научилась носить броню спокойствия перед детьми, но каждый раз чувствовала, как где-то внутри щёлкает невидимый замок: слишком поздние, слишком дорогие.

Времени на себя почти не оставалось: от терапевта до главврача – пятнадцать лет дежурств, собраний, отчётов, изнуряющего бесконечного стресса. Три года у руля больницы Кромска вымотали её окончательно. Отпуск виделся чем-то между глотком кислорода и манной небесной.

Абхазия манила мандариновым сезоном и щадящим ценником. Тамара представляла, как будет пить кофе на тенистой веранде, слушать море и забывать про круглосуточное иго «решения вопросов».

– Карета подана, доченька! – мама отодвинула занавеску и меланхолично смотрела на улицу, слегка пожёвывая пустым ртом.

– Ну всё, не скучайте! – Тамара обняла всех по очереди, легко подхватила весьма нелёгкий чемодан и вихрем вылетела из квартиры.

Такси выскользнуло из двора, и знакомые пятиэтажки поплыли мимо, как древние осколки советской эпохи. Где-то чуть правее сердца у Тамары механизм тревоги щёлкнул в режим ожидания: следующие пару недель она – не главный врач, не бесконечный резервуар решений, а просто пассажир. Впервые за последние годы она позволила себе роскошь тишины и обнаружила в ней едва слышный, но устойчивый зов: «Не торопись возвращаться прежней. Миру, быть может, нужна другая ты – та, что не боится пустоты перед собой».

И именно в этот момент, на выезде из города, где бетонные коробки уже кончились, а тайга ещё и не думала начинаться, её озарило: ни один отпуск не лечит так эффективно, как честная попытка посмотреть на мир вокруг как на иную планету.