Читать книгу Нейроволна I. Научные основы телесной нейропсихотерапии - Группа авторов - Страница 4

Одним из ключевых вопросов современной психологии остаётся механизм, посредством которого психоэмоциональный опыт – особенно связанный со стрессом и травмой – сохраняется и воспроизводится спустя годы после события. Всё больше данных указывает на то, что этот опыт не ограничивается областью сознательной памяти. Он закрепляется на уровне телесной и нейронной регуляции, формируя устойчивые паттерны реагирования¹[1].

Этот феномен объясняет, почему даже при отсутствии объективной угрозы человек может продолжать испытывать тревогу, телесное напряжение или эмоциональное онемение. Реакция запускается автоматически, без участия воли, как если бы организм по-прежнему находился в условиях опасности. Таким образом, прошлый опыт продолжает «жить» в настоящем не в виде воспоминаний, а в виде телесных состояний и реакций.

Современные нейробиологические и психофизиологические модели сходятся в том, что именно тело становится основным носителем длительной адаптации к стрессу и травме. Понимание этого механизма является фундаментальным для построения методов, направленных не только на осознание опыта, но и на его глубокую переработку.

2.1. Понятие телесной фиксации опыта

Под телесной фиксацией психоэмоционального опыта в рамках данной книги понимается совокупность устойчивых изменений в работе нервной системы, мышечного тонуса, дыхательных паттернов и вегетативных реакций, возникающих в ответ на значимые эмоциональные события. Эти изменения формируются как адаптационный ответ организма на угрозу, перегрузку или отсутствие поддержки.

Важно подчеркнуть, что речь идёт не о разовых реакциях, а о долговременной перестройке регуляторных механизмов. Организм «обучается» определённому способу реагирования и воспроизводит его в ситуациях, которые лишь отдалённо напоминают исходное событие. Такой процесс можно рассматривать как форму биологической памяти, отличную от декларативного воспоминания.

С точки зрения нейропсихологии, в условиях сильного стресса активируются подкорковые структуры мозга, прежде всего миндалевидное тело и связанные с ним лимбические контуры²[1]. Эти структуры отвечают за быструю оценку опасности и запуск автоматических реакций выживания – борьбы, бегства или замирания. В такой ситуации когнитивная переработка опыта оказывается вторичной.

Активность корковых отделов, отвечающих за анализ, смысл и временную перспективу, снижается, тогда как тело действует быстро и рефлекторно. Именно поэтому травматический опыт часто фрагментирован и плохо поддаётся вербализации.

Важно подчеркнуть: тело не «запоминает» событие в буквальном смысле. Оно сохраняет режим функционирования, который когда-то оказался необходимым для выживания. Именно этот режим – повышенный мышечный тонус, поверхностное дыхание, снижение чувствительности или, напротив, гиперактивация – может сохраняться и после того, как внешняя угроза исчезла.

Таким образом, телесная фиксация представляет собой не ошибку системы, а след адаптивного ответа, утратившего актуальность.

2.2. Роль автономной нервной системы

Автономная нервная система играет центральную роль в фиксации психоэмоционального опыта. Её симпатическое и парасимпатическое отделения обеспечивают быструю настройку организма на изменение внешних условий. При хроническом стрессе эта система утрачивает гибкость, формируя устойчивые паттерны возбуждения или торможения³[1].

В норме автономная регуляция характеризуется способностью быстро переключаться между состояниями активации и восстановления. Однако при длительном воздействии угрозы или эмоциональной перегрузки эта динамика нарушается. Организм либо остаётся в состоянии постоянной мобилизации, либо склоняется к реакциям замирания и сниженной активности.

Исследования показывают, что у людей с травматическим опытом часто наблюдаются нарушения вегетативной регуляции: повышенная тревожность, сложности с расслаблением, проблемы со сном и дыханием⁴[1]. Эти состояния поддерживаются не сознательным выбором, а автоматической активностью нервной системы.