Читать книгу Пианист из Будапешта. Правдивая история музыканта, пережившего Холокост - Группа авторов - Страница 4

Музыка – это призвание, и 29-летний Стефан де Бастион, или Иштван Бастай Хольцер, как он себя тогда называл, всегда это чувствовал. Официально Стефан работал на своих родителей, занимаясь бухгалтерией и другими административными делами в семейной текстильной фирме. В некотором роде он был профессиональным светским львом, наделенным заразительным обаянием и неутолимой страстью к игре на фортепиано.

Он был старшим из четырех детей, и поэтому ему было особенно неловко вернуться домой к родителям после тяжелого развода. Его брак продлился недолго и был лишен взаимной любви. Этот союз оставил Стефану чувство уязвленного самолюбия и готовность идти на поводу у страстей.

Казалось бы, проживание с семьей стеснит стиль завидного холостяка, но не тут-то было: это был необычный дом. Его семейство владело многоквартирным домом на углу площади Святого Стефана (вот так совпадение!) в центре Будапешта. Квартира его родителей занимала весь третий этаж. Окна выходили прямо на базилику Святого Стефана, неоклассическую церковь, которая отбрасывала великолепный свет, отражающийся от бледного камня, в большое эркерное окно в закругленном фасаде здания. Все семнадцать комнат отличались величественным интерьером с дорогими тканевыми обоями, изысканными драпировками, мебелью искусной работы, написанными маслом картинами и люстрами. В столь роскошном пространстве риск столкнуться с матерью или отцом после позднего возвращения домой был практически исключен. Его сестра Энни только что переехала к своему новому мужу (в прихожей висела свадебная фотография в рамке, на которой она была запечатлена вместе с матерью Катицей и братьями Стефаном и Лорантом на свадьбе), а младший брат Георг уехал учиться в университет. Почти вся квартира находилась в полном распоряжении Стефана.

Его почти всегда можно было найти в одной и той же комнате. В задней части здания располагалась гостиная, в которой семья развлекалась и принимала гостей. Именно там стоял миниатюрный рояль «Блютнер». Сколько Стефан себя помнил, инструмент всегда был частью их семьи, и музицировать было его любимым занятием. В детстве он часами играл, что-то изучал и сочинял. И даже теперь, когда он повзрослел, это осталось частью повседневной жизни – он играл на «Блютнере» в течение часа после обеда с родителями, отрабатывал дневную смену, погрузившись в мечты, а вечер снова посвящал музыке.

Будапешт бурлит, до краев наполненный юношеским энтузиазмом. Один из крупнейших городов Центральной Европы, он превратился в оживленный культурный центр, и за особое великолепие его окрестили «Жемчужиной Дуная». Будапешт – это город, состоящий из двух половин, Буды и Пешта, расположенных на берегу реки Дунай и соединенных несколькими мостами. В то время как западная часть славится более живописным пейзажем, а ее холмы простираются на юг к озерам, в восточной части, на которой оказался Стефан, кипят страсти. Здесь есть все – театр, музыка, выпивка и яркая ночная жизнь. В обеих частях города царит атмосфера благополучия, изобилия и оптимизма.

Стефан чувствует себя в Пеште как дома, среди художников и интеллектуалов, посещающих многочисленные кофейни и светские тусовки; он намерен по максимуму использовать свою вновь обретенную свободу.

* * *

Однажды вечером 1936 года Стефан вместе друзьями отправился в один из самых изысканных ночных клубов Будапешта. Он был одет в шелковую рубашку на пуговицах и черный пиджак, сидел за круглым столом, уставленным пепельницами и полупустыми бокалами. В воздухе витал оживленный гул голосов, но Стефан его словно не замечал.

Его друзья продолжали наполнять бокалы вином, жестикулировали с зажатыми в пальцах мундштуками, обменивались анекдотами и флиртовали, склонив головы друг к другу. Но Стефан был занят другим: его взгляд был прикован к пианисту, который играл в другом конце зала.

Здесь, в «Паризьен Гриль», модная молодежь Будапешта до рассвета могла демонстрировать свои наряды, слушать живую музыку, танцевать, пить и наблюдать за выступлениями кабаре и танцевальных номеров. Этот огромный клуб занимал два этажа. В центре зала мерцал танцпол, освещенный огромными люстрами в стиле ар-деко. По обе стороны от сцены тянулись красивые винтовые лестницы с резными деревянными перилами, соединявшие нижний этаж с верхним балконом. Вдоль лестниц были расставлены круглые столики и стулья, и свободных мест почти не осталось. Сегодня здесь не было танцевальных номеров или кабаре и играл обычный домашний музыкальный коллектив.

Пианист исполнил неприметный вальс, закрыл крышку инструмента и встал, чтобы сделать перерыв. Воспользовавшись моментом, Стефан, как обычно, оставил свой напиток и направился к белому роялю, жестом приглашая друзей следовать за ним. Кивнув персоналу за барной стойкой, он сел, открыл крышку и начал играть. Прекрасные импровизации переплетались с попурри из популярных песен того времени. Несколько друзей образовали вокруг рояля полукруг, а другие посетители бара быстро последовали их примеру.

Стефан был прирожденным музыкантом, который с легкостью мог произвести впечатление на окружающих своей игрой. Редко можно было увидеть, чтобы кто-то играл без нот, но Стефан делал это легко, по памяти, с полной самоотдачей. Это был его особый талант, и он всегда добивался успеха.

– Иштван, это было так красиво… – Георг, один из его знакомых, налил Стефану еще бокал вина, когда тот вернулся за стол после своего импровизированного выступления.

Принимая комплимент, Стефан опустил ладонь на плечо друга и перевел разговор в другое русло.

– Итак, – обратился он к Георгу, – расскажи нам, какие увлекательные приключения ты сегодня пережил?

– О! – с улыбкой воскликнул Георг. – Сегодня я сходил в полицию и забрал паспорт. Наше трио только что наняли для выступления в театре Кюхлин в Базеле. Я, мой пианист и барабанщик в следующем месяце переезжаем в Швейцарию!

Над столом раздался звон бокалов и поток добрых пожеланий.

– Ну, если с этим вашим пианистом что-то не срастется, – произнес Стефан, пытаясь за ухмылкой скрыть уже вспыхнувшую внутри искру, – пришли мне телеграмму.