Читать книгу Королева скалистого берега. Песнь валькирии - Группа авторов - Страница 5

Это была высокая, плечистая девица, не иначе пришедшая в истфех из профессионального спорта. Доспехи на ней были дорогие и, сразу видно, – надежные, из толстого металла. Мои-то ковались как можно более тонкими, чтоб я со своим телосложением могла в них более-менее шустро двигаться, – а тут видно, что с латами моей противницы мастер не морочился. Сделал на совесть, хоть в реальном средневековом бою участвуй.

При этом интересно, что к своему шлему Хель отнеслась довольно легкомысленно, на мой взгляд. Я, когда делала свой по мотивам итальянского барбюта, позаботилась о том, чтобы максимально обезопасить лицо, защитив его металлом. Моя же противница ограничилась практически точной копией известного шлема викингов из Гьермундбю с полумаской, защищавшего лишь верхнюю часть лица, оставляя нижнюю открытой. Не исключаю, что сделано это было ради хайпа – стараясь полностью соответствовать образу скандинавской богини смерти, Хель выкрасила левую часть лица красной краской, а правую – черной.

Но не спортивная фигура, не латы и не агрессивный образ девицы меня озадачили. Гораздо серьезнее выглядело то, что у нее было в руках. А именно: небольшой круглый щит с окованными металлом острыми краями, что запрещено правилами, и небольшой, но увесистый одноручный топор – примерно такой, как на гербе современной Норвегии. Правда, затупленный. Но любому, кто хоть немного в теме, понятно, что по силе удар меча никогда не сравнится с мощью удара топором с закругленным лезвием, нанесенным практически в одну точку. Похоже, мои тонкие латы такой топор, даже будучи затупленным, прорубит запросто, глубоко уйдя лезвием в тело…

– Валь, уходи на фиг с ринга, – проговорила Дарья, стоявшая рядом с канатами. – Я не хочу потом ходить к тебе в больницу – у меня на апельсины лишних денег нет.

Я усмехнулась.

С одной стороны, Даша была права. Наши руководители клуба как-то уж очень легкомысленно в этот раз отнеслись к безопасности турнира, стараясь прогнуться перед гостями. Но, с другой стороны, а как еще понять, насколько ты готова к реальному бою с более сильным противником? Да вот только так, и никак иначе! Признаться, за несколько лет мне уже немного поднадоело однообразное лупцевание друг друга мечами по латам, ограниченное довольно жесткими правилами на тему «то нельзя, это нельзя».

Сейчас же мне представился реальный случай испытать себя – и я не могла от него отказаться.

– Готовы? – громко спросил центральный судья.

– Да! – звонко выкрикнула я. Хель же лишь оскалилась, ударив своим топором в щит – и, не дожидаясь выкрика судьи «начали!», ринулась в атаку…

Била она мощно!

Я первый удар на сближении еле отвела щитом, который затрещал вполне по-взрослому, а моя левая рука ощутимо заныла. Но зато я за счет длины меча достала бедро Хель. Думаю, попади я так в реальном бою да по голой ноге, просекла бы мясо до кости – мы с одноклубниками несколько раз выезжали за город на природу, где тестировали свои удары отточенным оружием на свиной туше, потому я знаю, как оно ощущается рукой, когда клинок входит в мясо.

Но, разумеется, моя противница практически ничего не почувствовала – тупым мечом по толстой стальной пластине это не существенно. Но обидно, ибо я краем глаза увидела, как боковой судья махнул флажком – мол, удар засчитан.

От ярости Хель заревела и ринулась на меня с удвоенной силой. Но я ж не дура, чтоб под такой танк бросаться. Поднырнула под топор противницы и ударила снова – но на этот раз неудачно. Хель стала осторожнее и ловко отбила мой удар щитом. Ладно, бывает, работаем дальше.

В нашем спорте когда сильный боец работает против ловкого – побеждает обычно второй. По очкам, разумеется. Если, конечно, не нарвется на нокаут, как Макс до меня. Потому я все попытки Хель смять меня мощью и массой пресекала, быстрой пантерой перемещаясь по рингу, в удобные моменты «покусывая» спарринг-партнершу длинными ударами и набирая очки.

Довольно быстро мне стало казаться, что еще немного – и я безоговорочно выиграю, как Хель тут же наказала меня за самонадеянность, изловчившись и краем щита ударив меня по ноге, чуть выше наколенника…

Боль немедленно прострелила ногу…

Вот черт! Ну да, такие удары у нас запрещены, потому я его проворонила из-за отсутствия навыка… И из-за своей самонадеянности, конечно. Нечего праздновать победу до того, как судья ударит в небольшой колокол, завершая поединок…

Но по моим ощущениям, до его финала оставалось меньше минуты, и, несмотря на болезненный удар, отсушивший ногу, по очкам я точно выигрывала. Потому лучшей тактикой для меня оставалось сейчас немного потянуть время – и победа у меня в кармане! Чем я и занялась, начав откровенно уклоняться от жесткой рубки, хотя это было непросто сделать с ногой, потерявшей чувствительность от колена и ниже. Ничего страшного, просто Хель мне бедренный нерв отбила. Неприятно – нога потом долго болеть будет, – но не смертельно. Главное сейчас не нарваться на нокаут…

А моя противница, кстати, подустала, выложившись на мощных атаках. Видно было, что ей очень хотелось прижать меня к канатам и одним ударом завершить бой – но сил на это уже не хватало… Воспользовавшись ее усталостью, я улучила момент и длинным ударом достала ее шею под ухом, защищенным кольчужной бармицей.

Все!

Это безоговорочная победа по очкам, удар в смертельную точку! Теперь только бы не нокаут…

Поняв, что проиграла, Хель взревела от ярости, ринулась на меня, занеся топор над головой, – но тут судья ударил бронзовым билом в колокол. Время вышло, поединок закончен!

Я, собрав последние силы, ловко уклонилась от последнего удара противницы – и довольно улыбнулась. Все, можно расслабиться, я победила! Нам с Хель, согласно этикету турнира, осталось только пожать друг другу руки и…

Додумать мысль я не успела, вдруг осознав, что на меня, неподвижно вставшую посреди ринга, сбоку летит Хель с перекошенным от ярости лицом и топором, занесенным над головой…

Я рванулась в сторону, понимая, что вряд ли успею уклониться из статичного положения тела, уже расслабившегося после боя…

Последнее, что я увидела, было лицо судьи с широко раскрытыми глазами, который поднял обе руки, отважно бросившись между нами…

Но он вряд ли успел спасти меня от неожиданного удара, так как в моей голове вдруг раздался звон гораздо более сильный, чем от судейского колокольчика, по которому ударили бронзовым билом величиной с карандаш.

Этот звук был в сотни раз сильнее!

Мне показалось, что он разорвал на части мой мозг, фрагменты которого мгновенно превратились в звезды… Которые, впрочем, тут же погасли, утонув вместе со мной в кромешной тьме, куда я провалилась стремительно и безвозвратно.