Читать книгу Искра надежды в эпоху отчаяния - Группа авторов - Страница 3

«Сегодня он точно должен прийти», – подумала Дана, стараясь стереть оставшиеся на пальцах желтые пятна.

Еще одна попытка. Еще одна исписанная баллончиками стена, которая будет радовать прохожих своим видом не так уж и долго. Прекрасный вандализм. Дане нравилось добавлять красок в эту ужасную серость будней, скрываясь в тени улиц от любопытных глаз прохожих. Это было не увлечением – страстью, от которой сердце билось чаще. А еще поводом, чтобы снова увидеться с Саймоном и перекинуться хотя бы парой фраз. И сейчас она терпеливо ждала его появления, прерывисто вздыхая и стараясь игнорировать занудные речи, доносящиеся из старых динамиков. Дану всегда удивляло, как радио дожило до этого момента. Обычно звучала вечно повторяющаяся музыка для автомобилистов, но сегодня ее друзья в форме решили поиздеваться: включили какие-то новости.

– …ежегодная научная конференция пройдет в Чикаго… – прозвучал сквозь помехи монотонный мужской голос и внезапно затих.

Дана с облегчением выдохнула, настукивая пальцами ритм мелодии из рекламы, который записался уже на подкорку. Бесящий и такой липучий, что от него нельзя было просто избавиться. Посиделки в камерах для задержанных никогда не были чем-то увлекательным. Наверное, поэтому ее сажали именно в такие, когда была возможность. Дана любила с кем-то поболтать, пока не появится он. Обычно чтобы переброситься с ней парой любезных слов и кинуть в ее сторону снисходительный взгляд своих добрых карих глаз, от которого по телу начинали проноситься вибрации. Маленькая иллюзия того, что все это не простая вежливость к глупой девчонке, а что-то большее, чего на самом деле не было.

Она слышала все эти мимолетные шуточки, которые отпускали в его сторону коллеги, стоило ей появиться на горизонте в наручниках, сковывающих тонкие запястья. Они постоянно называли ее «твоя художница» с долей издевки в голосе и смешливыми взглядами. От всего этого становилось немного стыдно, но Дана ничего не могла с собой поделать: сердце с тоской сжималось в груди от долгой разлуки. Ей всегда хотелось большего, вопреки здравому смыслу. В любом другом месте им вряд ли удастся переброситься хотя бы словечком, просто увидеться, а здесь можно было провести немного времени в компании друг друга. Пускай на глазах других и через уже немного ржавые прутья решетки.

«У него же есть жена… И вряд ли он когда-нибудь посмотрит на меня так, как на нее…» – мысленно укорила себя Дана, заправляя непослушные пряди волос за уши и подтягивая ногу к груди.

Эти мысли постоянно наводили на нее тоску, но она даже не пыталась от них отбиться, не желая слушать доводы рассудка. Зная правду, слишком сложно противостоять ей. Усмехнувшись самой себе, Дана пропустила шуршащие разговоры сидящих поодаль от нее «ночных бабочек», которые обсуждали своих клиентов и то, что они больше всего любят в постели. Одна из девушек недовольно терла покрасневшую руку, наращенными ногтями расцарапывая красные точки на бледной коже. Дана на секунду порадовалась, что их отделяет пара пустых клеток. К несчастью, несмотря на это, подробности их профессиональной деятельности были хорошо слышны.

От них уже начало понемногу мутить, поэтому, запустив руку в карман джинсов, Дана вытащила леденец в яркой обертке. Присыпанная тонким слоем сахарной пудры карамель сразу же отправилась в рот. Кислый вкус обжег рецепторы, вызывая легкую полуулыбку. Поспать все равно не удастся. По правде говоря, она вообще никогда не спала в этих камерах, даже когда приходилось оставаться здесь на ночь. Неудобные скамейки, здешние завсегдатаи и запахи не располагали к комфортному времяпрепровождению.

Дана откинула голову, опуская веки, чтобы хоть немного угомонить растущий внутри трепет ожидания скорой встречи. Обычно он примерно через пару часов после ее поимки заглядывал сюда, чтобы узнать, куда ей снова удалось вляпаться, а после выпустить под залог, который уже внесла мать или старший брат.

Но его не было.

Ни сейчас, ни через час, ни через два. Дана подперла голову рукой, глядя на то, как стрелка настенных часов медленно ползет вперед, отсчитывая секунды до нового часа.

Зажмурив глаза, она старалась сдержать непрошеные слезы, начинающие наполнять тусклые зеленые глаза. Похоже, ему это надоело, и он больше не придет. Дана не могла винить его, вот только легче совсем не становилось. Протерев глаза, которые щипало от соли и усталости, она спустила ногу, откидываясь спиной на шершавую стену. От конфеты осталась едва заметная кислинка, что только добавляло всей этой ситуации вкуса. Отбросив длинные каштановые волосы, собранные в хвост, Дана вздохнула.

Пора заканчивать со всем этим и забыть дорогу в участок, начать новую жизнь без зависимостей, влюбиться в какого-нибудь старшеклассника и больше не отвлекать блюстителей порядка от настоящей работы. Стать добропорядочной гражданкой Штатов, потому что так правильно. И будет лучше для нее. Так всегда говорила мама, с укором глядя на нее сквозь прутья.

Наверное, так будет проще. Вместе с ней исчезнут эти нелепые издевки и шуточки, исходящие от его коллег и ее друзей, которые уже давно перестали соблюдать какие-либо границы. Находясь в одиночестве, так легко потеряться в мыслях, но их плавный поток прервал странный звук. Скрежет металла, приглушенные крики… звуки выстрелов?

Внутри все сразу же задрожало, пальцы стали холодными. Дана выпрямилась, осматриваясь по сторонам. Все замолчали, ожидая, когда хоть что-нибудь произойдет. Одна из девушек, Лола, с непониманием уставилась на подруг, поправляя черные всклоченные волосы, пока Сидни и Мэри с испугом переглядывались. Она даже перестала расчесывать покрывшуюся каплями крови руку. В этих стенах слышались разные звуки, вот только сейчас все было слишком нетипично. Громкий, хриплый то ли крик, то ли стон. В горле мгновенно пересохло. Пальцы сжались на краю шаткой скамейки. Паника подступала к горлу. Неизвестность пугала, и тиканье часов на стене раздражало, играя на натянутых струнах нервов. Дана вжала голову в плечи, начиная тарабанить пальцами по скамейке.

Что там произошло? Кто издавал такие звуки, как будто из фильмов ужасов? А что, если Саймон был там и с ним что-то случилось? Кто выпустит ее отсюда? Что. Черт. Возьми. Происходит?!

Вопросы один за другим появлялись в голове, заставляя сердце биться чаще. Снова послышалось шевеление за облезлыми стенами, и Дана вскрикнула, сразу же зажимая себе рот холодными ладонями. Она осмотрелась, поднимаясь на негнущихся ногах, и сделала несколько шагов в самый дальний угол комнаты, не сводя взгляда с двери, за которой творилась какая-то вакханалия.

Дана внимательно продолжала смотреть в сторону входа, пока там не появилась знакомая фигура. Саймон. Он все-таки пришел! В темных глазах поселилась плохо скрываемая тревога, а чрезмерно быстрая походка, такая нетипичная для него, передавала исходящее напряжение. Дана огромными глазами уставилась на него, не в силах даже пошевелиться. Сейчас в желтоватом свете ламп он выглядел так, словно находился на грани паники.

На глаза навернулись слезы. Она подскочила на месте, наблюдая за тем, как открывается дверь ее маленькой клетки. Не успел Саймон отпустить решетку, как Дана сразу же врезалась в него, сжав в крепких объятиях. Девушка цеплялась за вошедшего, как за спасательный круг во время шторма. Зажмурившись и не отпуская его, она начала мотать головой, когда он попытался отстраниться.

– Саймон! Я так рада, что ты цел! Что происходит? Я слышала какие-то странные звуки сверху и, кажется, выстрелы. Не понимаю, там потасовка какая-то или что?

Вопросы слетали с губ сами собой, наполняя помещение звонким голосом. Чем больше она говорила, тем страшнее становилось. Облаченные в слова события становились реальнее. Дана отшатнулась, стараясь успокоиться, но какой-то непонятный запах доносился со второго этажа.

– Мы уходим отсюда. Быстро! – перекричал Саймон нараставший снаружи гомон.

Он крепко сжал ее ладонь. «Бабочки» стали наперебой задавать вопросы, в панике оглядываясь. Все это превратилось в подобие белого шума. Внимание Даны было приковано только к Саймону. Мужчина бросил в камеру к девушкам ключи, но взгляд его был полон безразличия к их судьбам.

Они вбежали по ступеням на второй этаж, и сзади послышался душераздирающий женский крик. Дана замерла на месте, но Саймон резко дернул ее на себя, призывая бежать дальше. Из глаз полились слезы, которые она не могла остановить. Громко всхлипнув, продолжила бежать и старалась хоть как-то отрешиться от происходящего.

В одиночку Дана смогла бы далеко убежать, но сейчас быстрым шагом следовала за Саймоном, вцепившись в его руку и боясь потеряться. Дыхание сбилось от бега. От странного запаха к горлу подступила тошнота. Они побежали дальше, остановившись лишь на несколько секунд. Впереди – поток, в котором незнакомцы слишком агрессивно нападали друг на друга. Кто-то старался бежать, кто-то падал и испускал последний вздох под подошвами толпы. Но там виднелся тот самый запасной выход, если получится свернуть налево. Ее взгляд метнулся к Саймону. Желваки заиграли на его лице, пальцы до боли сжали ее ладонь. Вдох, выдох. Побежали.

Дана старалась держаться прямо за ним, становясь частью одной большой волны, которая состояла из людей, больше похожих на чудовищ. Запах крови и гнили витал в воздухе, вызывая тошноту от одного только вздоха. В горле першило, глаза слезились. А оглушительный рев и резкие движения выводили из равновесия. Она почувствовала, как кто-то дернул ее за волосы, но практически сразу выпустил перепачканный чем-то зловонным хвост. Ноги заскользили по какой-то жиже. Увернувшись от незнакомой девушки с безумным взглядом, Дана поравнялась с Саймоном и немного опередила его. Все это продлилось не дольше пары минут, которые показались вечностью.

Дана перепрыгнула через очередного несчастного, которого просто сбили с ног в панике, и они скрылись за дверью, ведущей в пустой коридор. Бежать стало немного проще, но от этого уверенности не прибавилось. Легкие жгло, кислота подступала к горлу от ошметков чего-то смрадного, прилепившегося к ее коже.

Нужно было бежать.

Дана рванула вперед, но в этот раз Саймон остановил ее. Его ладонь крепко ухватилась за тонкое запястье, удерживая на месте. Удивленно уставившись на Саймона, она чуть дернула его, но тот не сдвинулся ни на миллиметр. Немного наклонившись вперед, он посмотрел ей в глаза.

– Так, сейчас ты побежишь одна, поняла? Не перебивай… – сразу же произнес он, как только Дана открыла рот, чтобы возразить. Бросив взгляд за его спину, где послышался громкий удар о дверь, она несколько раз быстро кивнула. – Ты побежишь прямо по коридору, потом направо – увидишь дверь. Выйдешь через нее и окажешься на парковке, там будет ждать Рик. Если через три минуты я не появлюсь – вы уезжаете. Поняла меня?

Тяжелый, прерывистый вздох сорвался с губ Саймона. Она судорожно пыталась понять, о ком он говорит. Рик… Ричард Маршалл. Брат Шеннон – ее лучшей подруги. Мысли метались в голове настолько быстро, и нужно было сосредоточиться, чтобы поймать хоть одну. От громких звуков Дана вздрогнула, возвращаясь в реальность. Она бросила взгляд в сторону двери, чтобы убедиться, что рядом никого. Саймон коснулся ее лица, заставляя смотреть только на себя и больше ни на кого. По ее телу пробежали мурашки.

– Ты меня поняла? Если да, то повтори слово в слово.

– Я побегу одна, прямо по коридору, затем налево, к черному ходу. Там, на парковке, меня будет ждать Ричард… Если через три минуты ты не появишься, мы… уезжаем… – Как сложно было говорить последнее слово.

– Дана! Слушай внимательно! Направо! Ты должна повернуть направо! – рявкнул он, тряхнув ее за плечи. – Куда поворачивать?

– Н-направо…

– Умница, – кратко отозвался Саймон, подталкивая ее в сторону выхода.

Дана проглотила ком в горле и подпрыгнула, услышав очередной громкий удар о закрытую дверь. Казалось, еще немного и та превратится в щепки. Страх сковал мышцы, ноги словно приросли к полу. Тепло на щеках пропало, переместившись на плечи. Боль от сжимающих их пальцев отрезвляла, приводя в чувство.

– Чего ждешь? Ну?! – Саймон толкнул ее в сторону прохода и быстро повернулся к ней спиной, закрывая собой. – Пошла! Быстро!

Тряхнув головой, Дана заставила себя побежать в противоположную от Саймона сторону, краем глаза заметив в его руках пистолет. Нужно было просто бежать, а это, пожалуй, один из немногих талантов, который у нее был достаточно развит. Она толкнула двери, вывалилась на улицу и сразу же захлопнула их, прижавшись спиной к деревянной поверхности.

Яркое солнце слепило глаза, заставляя их слезиться сильнее. Свежий воздух казался сладким, и Дана издала прерывистый смешок, убирая с лица прилипшие волосы грязными руками. Обычно в такое время суток все прекращается, и выжившие герои уходят в неизвестность по пустынной дороге, но сейчас зудящее чувство внутри подсказывало, что все только начинается.

Громкий скрипучий крик раздался совсем рядом, и Дана отскочила в сторону от незнакомца, чье лицо было будто содрано. Громкое хлюпанье и струящаяся из ран вязкая, блестящая на солнце кровь. Дана попятилась, глядя в один уцелевший глаз. У мужчины не было руки, вместо нее торчала сломанная кость. Вышитая на полицейской форме фамилия спряталась под потеками алой жидкости.

Оглушительный выстрел – и незнакомец свалился к ее ногам. Дана с надеждой посмотрела в сторону Ричарда – он не торопился опускать дрожащие руки, крепко держащие оружие. Полицейская форма Маршалла была перепачкана, морщинки вокруг глаз стали чуть заметнее.

Его лицо всегда было чуть более угловатым и грубым, чем у Саймона, а сейчас черты лица только ожесточились. Темные волосы находились в сильном беспорядке, пронзительный взгляд карих глаз заставлял замереть на месте. Или решающую роль играло то, что он все еще держал ее на прицеле? Цепкий взгляд был прикован к ней. А если выстрелит?..

Дана сразу же подняла руки над головой, стараясь не замечать брызги крови, оставшиеся на бледной коже.

– Все не так безнадежно, как могло показаться… Ты цела? Где Крэйн? – нарушая повисшее молчание, спросил он, посмотрел ей за спину и направил дуло пистолета в землю.

– Я-я да, со мной все в порядке, но Саймон… Он все еще в участке! Выпустил меня и остался там! – срываясь на крик, полный беспомощности, произнесла Дана, оглянулась и почувствовала, как глаза начала закрывать пелена слез. – Мы должны помочь ему!

– Не время для геройства, Шепард, – отозвался Ричард, явно о чем-то задумавшись, перехватил оружие поудобнее, осматривая все пристальным взглядом.

– Если уедешь – поступишь как настоящий мудак. Он же твой друг! – резко отозвалась она, поворачиваясь к Маршаллу лицом, и неожиданно для себя увидела ухмылку на его губах.

– Никто и не собирался уезжать без его очаровательной мордашки. Сядь в машину, держи Лаки и не выходи, – приказал Ричард, махнув рукой в сторону автомобиля, где мелькала морда собаки. – Этот кретин хочет, чтобы его запомнили как героя, но если он сдохнет в первый же день, то в моей памяти отметится как клинический идиот.

Дана на негнущихся ногах прошла в сторону автомобиля. Плюхнувшись на заднее сиденье, она захлопнула дверь и наконец очутилась в тишине. Почувствовала, что начинает задыхаться. Легкие словно сжались до минимальных размеров и теперь не могли вместить в себя даже одного полного вдоха. Руки тряслись, Дана не могла прийти в себя. Осознание этого кошмара начинало пробираться в голову. Сжавшись на сиденье калачиком, она запустила пальцы в волосы, зажмурилась. Легкая боль не отрезвляла. Пес ткнулся носом в ее руку, и Дана взвизгнула, резко подняв голову. Перед глазами на мгновение появилось обезумевшее выражение лица незнакомца, напавшего на нее у выхода из здания. Кровь, хрипы, паника. С новой силой покатились слезы.

Питбуль с непониманием оглядывал ее, переминаясь с одной лапы на другую. Дана боялась пошевелиться, даже посмотреть по сторонам. Она лишь качалась, накинув на голову капюшон кофты, чтобы спрятаться, сжаться до молекулы и больше не видеть всего этого. Громкий вскрик сорвался с губ, когда совсем рядом кто-то врезался в дверь автомобиля. Выстрел. Кровавые разводы начали медленно стекать по стеклу под собачье рычание. Всхлипнув, она закрыла лицо руками, стараясь успокоиться. Хоть как-то прийти в себя.

Вдох. Выдох. Дана медленно перевела взгляд назад, стараясь уловить движение знакомой фигуры. Саймон Крэйн должен выбраться оттуда живым. Она с замиранием сердца смотрела на черный ход, откуда снова стали доноситься уже знакомые звуки. Еще немного, и обвешанный оружием Саймон выбежал, толкая огромный мусорный бак. Вздох облегчения вырвался вместе с всхлипом. Кто-то открыл багажник, и с улицы начали доноситься слова.

– Ну ты и говнюк, Крэйн. Решил на меня свою девчонку сплавить? Прости, мужик, но я еще женатый человек, – язвительно отозвался Маршалл, захлопнув багажник, и сразу же поспешил сесть за руль.

– Погнали, Ричи… – Саймон взглянул на часы и тут же обрушил весь свой гнев на Дану и Ричарда. – Какого вы не уехали?! Я же сказал: три минуты. Меня нет – уезжаете. Черт…

Она заметила, как Саймон закрыл глаза, его руки тряслись от перенапряжения. Впервые за все время он выглядел таким потерянным и уставшим. Как бы сильно ни старался скрыть свое состояние – получалось паршиво. Ей хотелось к нему прикоснуться, но она не решалась, только вжала голову в плечи, не в силах произнести ни слова.

– Простите… – Тихий вздох сорвался с его губ. – Спасибо, что дождались.

– Всегда пожалуйста! Мы в любое время готовы спасти твою задницу! – рявкнул Ричард.

Дана молчала. Слезы покатились по щекам, она шмыгнула носом и вцепилась ладонью в переднее сиденье, как только автомобиль тронулся с места. Дана зажмурилась, будто это поможет спрятаться от кошмара. Но стоило только опустить веки, как перед глазами снова начали появляться искривленные первобытной яростью лица людей, капли крови, оторванные конечности. Отогнав эти мысли, она вытерла рукавом рубашки глаза и посмотрела на Ричарда, который предательски долго молчал.

– Как ты, Дана? – голос Саймона донесся до ее слуха.

– Как будто мне снится кошмар: весь мир рушится, и я никак не могу проснуться… – шепотом произнесла она, покрепче ухватившись за сиденье.

Их крутило из стороны в сторону: Маршалл изо всех сил старался объехать брошенные на дороге автомобили. Периодически слышался мерзкий хруст раздавленных под колесами костей: на асфальте валялись трупы. Дана старалась удержаться на месте, цепляясь за ручку двери. Пес возмущенно хрюкал от недовольства, скользя по заднему сиденью. Дана всеми силами старалась не отводить взгляда от плюшевой морды Лаки. Словно сейчас они не бегут в неизвестность, а едут на пикник за город вместе с Ричардом, его сестрой Шеннон и мамой. Где-то там их ждали песни под гитару и поджаренный на костре зефир, а не кровавое месиво, наполненное какофонией предсмертной агонии.

Время стремительно ускользало или, наоборот, тянулось как жевательная резинка. Дана не следила за ним, мечтая только, чтобы тряска прекратилась и звуки стали тише. Еще один поворот, и дорога пошла ровнее. Дана еще некоторое время сидела, крепко держась за ручку побледневшими пальцами и ожидая очередного виража, но ничего не происходило. Медленно выпустив ручку, она откинулась на спинку сиденья, переводя дыхание. В салоне царила давящая тишина, нарушаемая только небольшим сквозняком из приоткрытых окон. Истерика сошла на нет.

Пора переключиться.

– Рик, этот осел ничего не хочет мне рассказывать, – пробормотала Дана. Ее голос по-прежнему подрагивал, а мысли путались.

– Да, я-то надеялся на благодарность… Что взять с подрастающего поколения?.. – с наигранным раздражением произнес Саймон, невольно скривившись.

Она выпрямилась и подалась вперед, просовывая голову между двумя мужчинами. Дана переводила взгляд с Маршалла на Крэйна и обратно. Ричард сжимал руль с такой силой, что вены на его руках вздулись от напряжения и начали выпирать обтянутыми кожей линиями. Саймон выглядел не намного лучше: на неестественно бледной коже остались засохшие брызги крови. Он набирал номер, который был известен, похоже, только ему одному.

Шепард напрягла слух и услышала знакомый голос на автоответчике и имя. Конечно. Супруга. Виктория. Возможно, она уже где-то среди тех, кому посчастливилось добраться до безопасного места. Эта женщина просто оставила телефон в спешке и сейчас ждала своего возлюбленного, на грани конца света понимая, что для нее действительно важно. От этих мыслей Дане стало еще хуже, но она искренне надеялась, что все это можно списать на оживших мертвецов, существование которых разум, защищая себя, все еще не признавал.

– Может, ты хоть скажешь, что происходит с людьми? Такого не было даже в День независимости!

– Да, принцесса, на праздник это совсем не похоже, – непривычно серьезно отозвался Ричард, включая радио.

«…всем жителям города необходимо проследовать в пункты эвакуации. Если у вас нет такой возможности, найдите безопасное место. Не контактируйте с теми, кто проявляет излишнюю агрессию. Это может быть опасно для вас и ваших близких. При малейшем подозрении на ухудшение состояния немедленно сообщите об этом по прибытии в пункт эвакуации. Не поддавайтесь панике. Для получения дополнительной информации…»

Прерывистый смех сорвался с ее губ. Все это слишком сильно напоминало один из ее любимых фильмов, которыми Дана раньше засматривалась по ночам. Заражение каким-нибудь страшным вирусом, паника, выстрелы. Осознание происходящего, которое пришло слишком поздно, чтобы предпринять хоть что-то. Дана моргнула пару раз и поежилась, стирая с губ кривую улыбку. Голос из динамиков продолжал повторять одно и то же по кругу, пока его не заглушили помехи. Очередной резкий поворот, скольжение по сиденью и удар о дверцу. Тупая боль привела ее в чувство, возвращая способность говорить.

– Вы знали, что это произойдет?.. – выдавила она из себя, остекленевшим взглядом смотря перед собой. – Вы же полицейские, разве вам не говорили?..

– Нет, мы не знали, – Саймон первым подал голос, поворачиваясь к ней лицом. Он явно старался показать, что все будет хорошо, но это слишком сильно отдавало фальшью. – Мы выберемся, не переживай. Я даю слово.

– Разве из этого можно выбраться? – одними губами произнесла Дана, сжимая ледяными от страха пальцами кожаный поводок. – Постойте… А Шеннон? Шеннон была в больнице. Ее забрали? А мои родители? Брат… Они же были на работе, а Дерек вообще собирался ехать в центр… Они знают, куда ехать, или… Надо позвонить… Мне нужно им позвонить! Телефон. У меня его отобрали. Дайте телефон!

К горлу подступил очередной приступ паники. Дана начала метаться по салону, на всякий случай ощупывая карманы в поисках мобильника. Но там не было ничего полезного, только всякий мусор, который полицейские решили не изымать. Взгляд быстро метнулся к Ричарду, который напрягся еще сильнее. Он должен был что-нибудь знать о своей младшей сестре. Повисшая между ними тишина становилась все тяжелее. В животе завязался узел. Они оставили ее в приемном отделении, когда та внезапно заболела после очередного похода. Дана не связывалась с подругой пару дней. Та сама не отвечала на СМС, но Рик говорил, что с ней все в порядке и скоро Шен пойдет на поправку. Вот только сейчас его мрачное выражение лица не внушало ни капли надежды на хороший исход. Глаза защипало от слез беспомощности, разрастающейся глубоко внутри. Дана резким движением протерла глаза и забилась в угол между дверью и креслом.

– Она в порядке. Клэр за ней присмотрит, – выдавил наконец Маршалл, разжимая пальцы одной руки. – Давайте просто доберемся до этого треклятого пункта эвакуации. Сейчас не самое лучшее время для светских бесед.

– Светских бесед? Светских бесед?! Сегодня с утра все было прекрасно, а сейчас творится непонятно что! Мы еле убежали из полицейского участка, который должен был быть безопасным, люди начали массово сходить с ума и кидаться друг на друга, а вы двое даже не потрудились сказать, что здесь вообще происходит! Я ничего не забыла? Ах да! Моя подруга, родители и брат сейчас непонятно где и непонятно с кем! И после всего этого мне следует успокоиться?! Я не хочу успокаиваться! Я хочу понять, что происходит!

– Шепард! – гаркнул Ричард, заставляя ее сжаться и замолчать. – Немедленно прекрати истерику! Линии перегружены! Ты сейчас ни до кого не дозвонишься! Просто сиди и помалкивай, хорошо? Разберемся со всем на месте.

Ошарашенно кивнув, Дана отвела взгляд в сторону окна, на котором остались узоры засохшей крови, и не решилась больше проронить ни слова. Автомобиль, до этого метавшийся по улицам, наконец остановился перед оградой. Высокий металлический забор с колючей проволокой поднимался к насмешливому голубому небу. Пара военных у ворот стояла с оружием наперевес, словно ожидая чего-то. Сощурив глаза, Дана заметила, как оба напряглись и сосредоточили все свое внимание на остановившемся недалеко от них автомобиле.

Сердце пропустило удар. Что-то ей подсказывало, что вряд ли это будет правильным решением. Но с другой стороны, куда им бежать, если не под защиту армии? Саймон и Ричард вышли первыми, смотря по сторонам и впуская в салон запах жженой резины, плоти и пластика. Незнакомец в военной форме поднял оружие, оглядывая их с ног до головы так, словно в его глаза был встроен рентген.

Дана выскользнула за незнакомцем, крепко вцепившись в поводок собаки, чтобы не упустить. Лаки стоял у ее негнущихся ног, при каждом движении царапая горячий асфальт когтями. Дана оставалась на месте, пока Ричард медленно доставал из кармана формы значок и какой-то листок. Саймон сделал то же самое, краем глаза наблюдая за ней. Один из военных стал сверять документы со списками, прикрепленными к планшетке. Желудок скрутило, к горлу снова подступила тошнота. У нее нет ни того ни другого. Если это билеты на безопасную территорию, то…

– У девушки есть пропуск? – поинтересовался военный с фамилией Уилсон, подняв на нее тяжелый взгляд.

– Слушай, приятель, мы все оказались в одинаково дерьмовой ситуации. Может, решим этот вопрос там, где безопасно? – подал голос Ричард, пряча документы в нагрудный карман.

– Без пропуска не положено.

– Какой к черту «не положено»? Ей шестнадцать, она одна. Что прикажете делать? – Саймон смял листок в подрагивающей ладони. – Разве не вы должны укрывать безоружных гражданских?

– Мы должны укрывать тех, кто находится в списке и у кого есть пропуск. Вы оба можете пройти, девушка – нет. К тому же осталось только два места, так что вам, парни, повезло, – ухмыльнулся второй, сжимая покрепче оружие. – Прости, красотка, тебя могут принять на другом пункте помощи, если ты туда доберешься.

– Слушай, ты…

Мгновение, и на них уже смотрели черные дула автоматов. Дана сделала шаг назад, как будто это маленькое изменение расстояния смогло бы спасти ее от пули.

– Крэйн, остынь. – Ричард шагнул вперед, удерживая руку друга. – Сейчас со всем разберемся.

– Наши пропуска предполагают проход в зону эвакуации. Нас трое. Вы сами прислали нам эти адреса, а теперь говорите катиться к черту в эту мясорубку?! – громкий голос Крэйна ввел Дану в ступор.

– Будете с нами так разговаривать, и никто дальше не пройдет! – рявкнул один из солдат, резко поднимая автомат.

– Что?! Они думают, если в руках пушка, то им все дозволено?! Надо вытаскивать всех, кого можно, а они сейчас думают о каких-то пропусках!

– Еще одно слово, и я открою огонь на поражение! – крикнул тот же служивый, снимая оружие с предохранителя.

Два места. И оба не для нее. В ушах зазвучал белый шум, заглушающий все остальное. Она не знала, что делать. Дана вздрогнула, обхватывая себя руками и переминаясь с ноги на ногу. Что она могла ответить, когда даже не понимала, о чем идет речь? Никто и не заикался о возможности произошедшего, не говоря уже о пропусках. Поджав губы, она оглянулась в сторону города, из которого они выбрались каким-то чудом. Все это до сих пор походило на ночной кошмар, которому нет конца.

Ворота отворились, и из них вышла женщина в военной форме. Светлые волосы были собраны в растрепанный хвост, на лбу проступили морщинки. В ее руках не было оружия. Она пришла сюда не для того, чтобы отбиваться. Взгляд карих глаз прошелся по собравшимся. Серьезность мгновенно сошла с ее лица, стоило ей взглянуть на новоприбывших. На бледных губах появилась улыбка. Она крепко обняла супруга. Дана заметила в уголках ее глаз слезинки, которые та старалась спрятать всеми силами, а Рик… Он, кажется, испытал неимоверное облегчение, снова сжимая в своих объятиях жену. Тоска защемила сердце. Дана старалась не смотреть в сторону стоящего рядом Саймона.

Маленькая надежда затрепетала под ребрами. Быть может, Клэр сможет провести их? Получится найти еще одно место, это ведь не так много?..

– Что здесь происходит? – подала голос Клэр, отстранившись от Ричарда. – Опустите оружие.

– У девушки нет пропуска, – в очередной раз произнес Уилсон, но уже более спокойным голосом. – Мы не можем ее впустить.

– Она – дочь Джоанны Шепард. Должна быть в списках, – сказала Клэр, подходя ближе и опуская взгляд на планшетник. – Посмотрите: Дана Лу́на Шепард. Ее родители уже прибыли и ждут.

Дана облегченно выдохнула, складываясь пополам. Присев на корточки, она судорожно задышала. С родителями все в порядке, они уже на базе… Они ждут ее. Это, пожалуй, была одна из самых лучших новостей за сегодня. Вот только… Подскочив, Дана сделала пару шагов вперед, совсем позабыв про безопасность. Саймон схватил ее за предплечье, не давая пройти дальше. Она даже не обернулась, глядя на Клэр.

– А Дерек? – с надеждой в голосе спросила Дана, сжимая пальцы в кулаки. – Он уже там?

– Прости, милая, у меня такой информации нет. Но родители совершенно точно там. Возможно, твой брат добрался до центрального пункта. Он есть в списках, так что его обязательно впустят, – как можно спокойнее произнесла Клэр, бросая взгляд на мужчин с автоматами.

Дана уже была готова запрыгнуть на Клэр с объятиями. Еще немного, и ее имя найдут в списках, и больше никто не будет пытаться оставить их за пределами безопасной зоны. Закусив до боли щеку, она несколько раз кивнула, отсчитывая до безумия длинные секунды. Уилсон хмыкнул, найдя в списке нужное имя. Криво улыбнувшись, Дана сделала шаг назад.

– При всем уважении, миссис Маршалл, дела это не меняет. У нас осталось два места – больше не поднимем, – отозвался второй, постукивая пальцами по стволу оружия. – Так или иначе, кому-то точно придется остаться. И я этим «кем-то» не буду… Из-за таких «хвостов» и не хватает места всем, кто должен был попасть сюда. Осталось только два…

– Девушка пойдет с вами, это не обсуждается, – медленно произнес Саймон, поворачиваясь к Дане.

Шепард мотнула головой, опуская взгляд на Лаки, который в ответ смотрел на нее огромными щенячьими глазами, пока в ее мыслях метался обрывок фразы: «Только два…» Ветер лишь слегка коснулся ее щек. Тело снова начал бить озноб. Услышав приближающиеся шаги, Дана отшатнулась, поднимая взгляд. Саймон. И она совсем не хотела его слушать, заметив выражение темных глаз. Слезинка соскользнула вниз по ее щеке и разбилась об асфальт.

– Я же обещал, что выберемся…

Грустная улыбка. Он вглядывался в ее глаза. Прерывисто вздохнув, Дана отрицательно мотнула головой. Саймон старался всеми силами выглядеть непринужденно, будто на кону сейчас была совсем не жизнь, а пара центов; глядел так, будто был уверен: она обязательно его поймет.

– Мы… Но ты не выбрался, – тихо произнесла Дана, смотря на него огромными от страха глазами. – Не смей этого делать, слышишь? Даже не думай об этом.

– Дана, успокойся. – Его негромкий голос долетел с дуновением ветра.

– Хватит меня успокаивать! – всплеснув руками, срывающимся голосом проговорила Дана. – Почему все ведут себя так, как будто это в порядке вещей – оставлять людей без помощи?! Какое право они вообще имеют ставить перед выбором: кого спасать, а кого?!.