Читать книгу Проклятый театр - Группа авторов - Страница 3

Рассвет застал Артёма сидящим в кресле у окна, с пустой кружкой в окоченевших пальцах. Он не сомкнул глаз, боясь возвращения кошмара. Тот сон был не просто игрой подсознания. Он был слишком ясным, слишком структурированным. Зал теней, Алиса-старуха, и эта сущность из тьмы… Это было предупреждение. Или инструкция.

Он чувствовал себя загнанным зверем. Уйти из проекта значило вернуться в прежнюю жизнь, в серую пустоту «Эльдорадо», но теперь уже с знанием, что настоящая, пусть и ужасающая, реальность существует, а он от неё бежит. Остаться – значило стать пешкой в игре Горчакова, цель которой была туманна и, судя по всему, чудовищна.

В половине девятого он заставил себя встать, принять душ и одеться. Действуя на автомате, он сварил кофе. Горячий, крепкий напиток немного вернул его к жизни. Он посмотрел на рюкзак, где лежала папка с пьесой. Сегодня он боялся к ней прикасаться больше, чем вчера.

Выйдя на улицу, он увидел, что день выдался пасмурным и ветреным. Небо затянуло свинцовыми тучами, и в воздухе висела влажная прохлада, предвещавшая дождь. Погода идеально соответствовала его внутреннему состоянию.

По дороге к особняку он получил сообщение от Алисы. «Ты в порядке? После вчерашнего…»

Он ответил: «В порядке. Ты?»

«Жива. Но напугана. Сегодня поговорим. Будь осторожен.»

Эти слова лишь усилили его тревогу. Если такая смелая и азартная девушка, как Алиса, призналась в страхе, значит, происходящее было действительно серьёзно.

Особняк на Остоженке в пасмурный день выглядел ещё более зловеще. Чёрные стены, мокрые от надвигающегося дождя, казались покрытыми скользкой плесенью. Плющ шевелился на ветру, словно живые щупальца. Артём с силой ударил молотком-химерой по двери, чувствуя, как его сердце сжимается от предчувствия.

Дверь открыла та же женщина-призрак. Её бледное лицо было столь же непроницаемым.

– Маэстро ждёт вас в библиотеке, – произнесла она без предисловий. – Все в сборе.

Библиотека? Артём впервые услышал о таком помещении. Он последовал за женщиной по незнакомому коридору, ведущему в восточное крыло особняка. Воздух здесь был ещё спёртее и насыщеннее запахом старых книг и ладана. Они остановились перед высокой дубовой дверью с резными изображениями сов и змей. Женщина отворила её и пропустила Артёма внутрь.

Библиотека оказалась огромным двухуровневым залом с галереей, опоясывающей помещение по периметру. Полки от пола до потолка были забиты книгами в потёртых кожаных, деревянных и даже металлических переплётах. В центре стоял массивный дубовый стол, заваленный фолиантами, свитками и рукописями. В камине, расположенном в дальнем конце зала, пылал огонь, но, странное дело, он не давал ни тепла, ни уюта. Пламя было каким-то тёмным, багровым, и от него тянуло не древесным дымком, а той же тлетворной сладостью, что витала во всём доме.

Вокруг стола собралась вся труппа. Горчаков стоял во главе, опираясь руками о стол. Его лицо в свете странного огня казалось вырезанным из старого жёлтого воска. Алиса, Виктор, Ольга и Семён стояли по другую сторону. Марка Шестова не было.

– А вот и наш главный проводник, – произнёс Горчаков, не глядя на Артёма. Его взгляд был прикован к огромному, потрёпанному фолианту, лежавшему перед ним. – Мы начинаем погружение в историю. Чтобы понять, кого мы призываем, нужно знать, с чем мы имеем дело.

Артём встал рядом с Алисой. Она молча тронула его руку, и он почувствовал, как дрожат её пальцы.

– Где Марк? – тихо спросил Артём.

– Его нет, – так же тихо ответила Ольга Строганова. Её лицо было маской, но в глазах читалась тревога. – Он не пришёл. Не отвечает на звонки.

– Слабые духом всегда отсеиваются первыми, – безразлично заметил Горчаков, поднимая голову. Его янтарные глаза метали искры в отсветах багрового пламени. – Не будем тратить время на тех, кто не способен выдержать тяжести истины. Сегодня мы обратимся к источнику. К первоисточнику нашей пьесы.

Он похлопал рукой по обложке фолианта. Она была из тёмной, почти чёрной кожи, с тиснёным знаком, похожим на трёхглазое солнце, от которого расходились лучи-щупальца.

– Этот труд, – продолжил Горчаков, – называется «Книга Снов Семи Морей». Он был составлен в XVII веке неким алхимиком и оккультистом, известным лишь под именем Лудовико Фальконе. Именно он является подлинным автором пьесы «Тени забытых предков». Вернее, пьеса – это лишь малая часть, извлечённая из его записей. Кодекс, если угодно. Ключ, составленный из слов.

– И что же в этой книге? – спросил Виктор, его голос звучал устало и раздражённо. – Инструкция по вызову духов?

– Не духов, – поправил Горчаков. – Духи – это шепотки в темноте. Эта книга рассказывает о Сущностях. О древних силах, что существовали до рождения наших миров. Они спят в безднах между реальностями, в глубинах космоса, куда не может проникнуть свет звёзд. И они видят сны. А их сны… они просачиваются в нашу реальность. Искажают её. Становятся её частью.

Он открыл книгу. Страницы были из плотного, пожелтевшего пергамента, испещрённого выцветшими чернилами и странными схемами, напоминавшими астрономические карты, но с неверными, бредовыми созвездиями.