Читать книгу Убийство в осенних тонах - - Страница 2

ГЛАВА 2.

Нет дедлайна – нет напряжения. За утро Маргарита повторила себе эту фразу раз тридцать. Нет напряжения – нет причин хотя бы немного не покопаться в истории про неведомого егеря. Мысль о ней свербила в мозге и вызвало любопытство, нестерпимое, как чесотка. К середине дня Маргарита уже окончательно поняла – это тот случай, когда проще уступить, чем объяснить почему нет. Да, она приехала сюда перезагрузиться и отдохнуть, но поиск разгадки может и не таить в себе опасности. Скорее всего, она быстро найдет просто объяснение и сможет выбросить историю из головы.

Приняв решение, Маргарита задумалась. С чего бы она начала, будь это редакционное задание? Вариант один – хозяйка квартиры. Только она может знать, что это за книга и откуда взялась. “Если захотите почитать – у меня все здесь” – заявила она ей в день заселения. Взгляд Маргариты невольно скользнул по книжному шкафу. Там выстроились “парадные” собрания сочинений восьмидесятых годов, все книги стояли ровными плотными рядами, ни одного зазора, ни единой книжки или журнала сверху. Значит, найденная книга точно не отсюда. Не дав себе времени на сомнения, Маргарита схватила телефон, решительно нашла контакт “Вера Семеновна хозяйка” и сообщила, что хочет встретиться и обсудить продление аренды.

Вера Семёновна жила всего в 20 минутах ходьбы, в четырехэтажной сталинке на Октябрьском проспекте, одной из главных улиц Пскова. На улице стоял тёплый и солнечный день и Маргарита решила проделать этот путь пешком и лишний раз насладиться осенним городом и прощальным теплом. Солнечные лучи мягко освещали фасады зданий. Маргарита с наслаждением рассматривала то старинные фасады домов, то ярко горящие на фоне синего неба осенние листья. Прохожие неспешно прогуливались, наслаждаясь, как и она, последними тёплыми днями. Листья тихо опадали на тротуар, создавая атмосферу уюта и спокойствия.

Дверь Вера Семеновна открыла сама. Это была сухонькая женщина лет семидесяти с лишним, в вязаной кофте, застёгнутой до самого горла. Этот максимально закрытый наряд совсем не вязался с добродушностью и чрезмерно суетливой манерой общения хозяйки. Выцветшие с возрастом глаза смотрели на Маргариту дружелюбно и с любопытством. Многословно поздоровавшись, она сразу потащила гостью на кухню.

– Сейчас будем чай пить, – заявила она почти ультимативно. – У меня листовой, с травами. Липа, ромашка. Сама собирала. У меня дача в области, ехать далековато, зато экология хорошая. Этот участок еще покойный муж получал, ему, как генералу, хорошее место было положено. Я туда обычно еще в мае уезжаю…

Маргарита рассеянно кивала, пытаясь придумать как перейти к теме своего визита, и украдкой смотрела по сторонам. Необычно большая кухня выглядела так, словно в ней время остановилось ещё в 1970-х. Узорчатые занавески, чайник со свистком, застекленный буфет с наполированным, но уже слегка пожелтевшим от времени сервизом. На подоконнике – герань и керамическая уточка. Стол накрыт белоснежной скатертью, на ней аккуратно расставлены фарфоровые чашки. Все идеально чистое и поставлено почти по линейке.

– Какой у вас невероятный порядок! – неожиданно даже для самой себя сказала Маргарита, то ли чтобы польстить хозяйке, то ли чтобы наконец прервать поток его красноречия. Старушка расплылась в довольной улыбке.

– Это еще что, я молодая была – каждый день полы мыла и всю мебель протирала. Муж порядок любил, каждую пылинку видел. Вот и сейчас стараюсь, хотя силы не те, да и не для кого…

Вера Семеновна грустно сгорбилась.

– Кстати, я тут нашла у вас книгу, “Южный крест” Слепухина – небрежно добавила Маргарита и многозначительно добавила, – под ванной…

– Книгу? А, так это, наверное, та девочка оставила – старушка мгновенно заглотила наживку и, сама не ведая, начала выкладывать Маргарите вожделенную информацию, – Она постоянно в ванной читала. Представляешь? Лежит и читает, пока вода стынет. Я ей не раз говорила – мокро же, испортишь. А она только смеялась, мол, полжизни удобства во дворе были, теперь хоть оторваться. Да и книги, говорит, не ваши, где хочу там и читаю.

Чистоплотная Вера Семёновна брезгливо поморщилась.

– Марина её звали. Жила в квартире до тебя, съехала ещё в мае. Представляешь, ни слова не сказала, даже не предупредила заранее, просто раз, и всё. Исчезла. Я на даче была, не сразу и заметила. А потом числа 20 вернулась и только записку нашла на кухне, мол, ключи оставила в ящике. А вещи-то не все забрала. Только то, что в шкафу было, а я потом по разным ящикам еще чуть не чемодан одежки насобирала. Думала, объявится еще, но куда там. И сама не появилась, и телефон больше не отвечал. Жалко, в целом хорошая жиличка была, тихая, хоть и не очень аккуратная.

Чайник засвистел. Вера Семёновна достала маленькую фарфоровую сахарницу с золотым кантом и витиевато украшенной ложечкой.

– Так ты про аренду? – спросила она, аккуратно наливая чай.

– Да. Хотела уточнить, возможно ли продлить. Мне тут нравится, и квартира хорошая.

– Конечно, продлим. Это не проблема. Документы у меня в порядке. Муж всегда всё хранил чётко, по папочкам. Я и сама привыкла, – с гордостью сказала старушка. – Сейчас принесу, – добавила она и пошла в соседнюю комнату.

Маргарита задумчиво посмотрела в окно. В густо заставленном машинами дворике было пусто,только какой-то пес выгуливал на подводке хозяина, явно мучающегося от похмелья. Несчастный собачник с трудом справлялся с дурнотой и прикладывал бутылку воды к виску. Глядя на него, Маргарита тоже невольно ощутила, что на нее наваливается головная боль. Известие о пропаже прежней жилички вызвало смешанные чувства. С одной стороны – молодая, ничем не связанная, девушка и правда могла просто уехать. С другой – книга со странной надписью. По отдельности эти два факта ни о чем не говорили, но вместе вызывали тревогу. Хорошо бы пробить эту Марину по соцсетям, но одного имени мало, а вызывать любопытство Веры Семеновны лишними вопросами не хотелось.

– А вот и документы, – старушка вошла на кухню с потрепанной советской папкой в руках, – копия твоего паспорта у меня есть, сейчас остальное проверим и скажу внуку, он все составит и новый договор подпишем….

      Как это часто бывало в ее недавнем журналистском прошлом, спасительная мысль пришла к Маргарите мгновенно. Если дотошная бабуля попросила копию ее паспорта,то и паспортные данные Марины у нее должны быть. И наверняка хранятся в этой же самой папке.

– Ой, – Маргарита поморщилась и поднесла руку ко лбу – что-то голова… и так резко… давление, наверное, скакнуло….

– Да что же это, – сразу засуетилась Вера Семеновна, – такая молодая и давление! Это тебе валидол надо, сейчас-сейчас.

Старушка подскочила и унеслась в комнату с завидной для ее возраста легкостью. Еще в прошлый визит Маргарита заприметила аптечку на почетном месте в гостинной и теперь быстро прикинула, что даже в большой квартире на забег до лекарств и обратно уйдет секунд сорок. Не теряя времени, она мгновенно наклонилась к папке, оставленной на столе. Страницы шуршали. Бумаги, квитанции, копии договоров… Вот! Копия паспорта. Ладынина Марина Владимировна, 1996 год рождения, выдан в ДНР.

Маргарита вытащила телефон, щёлкнула пару кадров и быстро вернула всё на место. Когда Вера Семёновна вернулась с таблетками, она уже сидела, сдавив виски руками и прикрыв глаза. Для поддержания легенды пришлось пихать под язык ненавистный валидол, от чего мгновенно затошнило. Отказавшись от настойчивых приглашений прилечь, Маргарита пообещала вернуться за договором на днях, наспех распрощалась с хозяйкой и ушла.

Вернувшись в центр, она устроилась в небольшой кофейне с видом на пешеходную улицу. Сейчас, в будний день, заведение было почти пустым: у окна читал пожилой мужчина с чашкой чая в руке, за стойкой бариста задумчиво протирал стаканы. Пахло ванилью, миндалем и молотым кофе.

Маргарита заказала чай с мятой и с детства любимые сырники с изюмом, поставила ноутбук на стол, зашла в "ВКонтакте" и ввела в поиск данные. После установки всех фильтров осталась всего одна кандидатка и Маргарита торопливо щелкнула на ее аккаунт. С аватарки улыбалась миру девушка с темными волосами, немного раскосыми глазами и мечтательной улыбкой.

Итак, последний пост – 14 мая. На фото местная набережная, вечер, закатное солнце. Марина одета в светлую ветровку, в руке – бумажный стаканчик с кофе. Подпись под фото: "Здесь хорошо. Хотела бы остаться."

Маргарита задержала взгляд на этих словах. Интуиция болезненно кольнула и женщина поспешила пролистать страницу дальше. Посты были не слишком частыми, но искренними. В марте – фото с переездом: пара чемоданов, подпись: "Неожиданно новая глава. Пожелайте мне удачи”. В апреле – книги, еще книги, лавочки, чашки с кофе, старые улочки, старинные окна. Очевидно, Марина любила гулять одна и замечать детали.

Маргарита нажала на «Друзья». Всего 63 подписчика. Настоящие страницы, ни ботов, ни рекламных аккаунтов. Некоторые в онлайне. Надкусив сырник, она погрузилась в работу, в которой ей всегда не было равных – общение с источниками. Уже буквально через час переписок с людьми из списка друзей, из их разрозненных данных, обрывков фраз и намеков сложилось то, что ее бывший редактор называла стартовой историей. Марина выросла в ДНР, плчти вся семья погибла во время военных действий, в Псков переехала внезапно, после переезда на связь выходила редко, в основном через соцсети. Последним с ней в начале мая общался бывший начальник, звал вернуться обратно, но Марина ответила, что сначала ей надо решить семейные проблемы. Интересно, что она имела в виду? Надо бы выяснить. В любом случае, это было 6 мая. 9 мая Марина писала в группу бывших одноклассников поздравление с праздником, но ни с кем не общалась. 14 мая – последний пост. А примерно 20 мая Вера Семеновна вернулась с дачи и обнаружила прощальную записку. С тех пор о девушке ничего не известно.

Маргарита вынула из сумки блокнот и выписала все данные столбиком. Начало есть, но пробелов слишком много. Размышляя, она машинально набрасывала на полях блокнота карикатуру старика с книжкой. Марина жила в Пскове почти всю весну, она должна была где-то работать, куда-то ходить, с кем-то общаться. Взгляд Маргариты метнулся на экран ноутбука. Пропавшая девушка любила фотографировать, но почти все фото сделаны на улице, скорее всего, на посиделки в заведениях денег особо не было. Может, есть определенный маршрут?

На подробное изучение и пробивание фото ушло еще около часа. Куски уличных указателей, вывески, знаковые здания, поиск по фото – Маргарита выискивала любую зацепку. В итоге ей удалось отметить на карте все точки, где были сделаны снимки. Примерно половина из них сгрудились в районе одного квартала. Может, место работы? Дома она была официанткой, а в выбранном квадрате полно ресторанов. Походить по ним, показать фото из соцсети и все, хоть кто-то да вспомнит.

Нужный квартал оказался совсем рядом, буквально в 10 минутах ходьбы. Дойдя до него, Маргарита привычным жестом потянулась к сумке и только тогда осознала, что оставила пресс-карту на съемной квартире. Это произошло впервые за много лет. Женщина усмехнулась – видимо, перезагрузка все-таки работает. Завибрировал телефон, на экране вспыхнуло сообщение от Макса:

«Мы пошли Гремячью рисовать, ты с нами?»

Сердце радостно ухнуло, но она не дала себе согласится сразу. Да, Макс симпатичный и веселый, но стоит ли ей тратить время на роман, который ни к чему не приведет? Это еще надо обдумать.

«Занята. Есть кое-какие дела. Давай вечером?»

«Ок. Жду :)»

Спрятав телефон, Маргарита оглянулась, решая, с какого заведения начать обход. В глаза бросилась вывеска “Уютный уголок”. Внизу приписка “Букинистика и антиквариат”. Картинки замелькали в голове, выстраиваясь в логическую цепочку. Пропавшая девушка, любившая читать, но судя по всему не имевшая возможность покупать книжные новинки. Ее переезд в один конец с двумя чемоданами, в которые вряд ли влезли еще и книги. Старое издание в доме, где его до этого не было. Букинистический магазин давал ответы на все эти вопросы. А значит, его точно стоило посетить прямо сейчас.