Читать книгу 5 дней до Нового года - Группа авторов - Страница 1

Нос совсем замерз, а кончик покраснел до стадии зрелой клубники. Алисия стояла в очереди за горячим шоколадом, чтобы хоть немного согреться.

– Горячий шоколад, – едва шевелились ее губы. – И погорячее сделайте, пожалуйста.

Уставший паренек в кофейном лотке шустро орудовал пакетами с молоком и бумажными стаканчиками, через минуту поставил заветный стаканчик, а Алисия дрожащими руками взяла желанный напиток.

На морозе от шоколада поднимался узорчатый пар, рисуя узоры перед самым носом, а под ногами звонко хрустел белоснежный снег. Алисия почти согрелась от быстрой ходьбы и горячего напитка. В сумке что-то начало звенеть. Чуть не уронив телефон и почти пролив шоколад на себя, она все же сумела ответить.

– Да, алло.

– Лиска! Ты чего так долго отвечаешь? Я тебе сообщения одно за одним шлю, а ты даже не видишь их, – говорил звонкий голос.

– Некогда мне. Работы, сама понимаешь, много, – оправдывалась Алисия.

– Так ты идешь с нами в пятницу посидеть?

– Иду, иду. Я только вечером и не надолго, – громче говорила Алисия, чтобы ее точно и правильно поняли.

– Заметано. Ты что? Еще не дома что ли?

– Да я тут в библиотеку забежать хотела, почитать взять.

– Ой, опять ты за свое. Смотри, уши не отморозь. Все, пока, у меня Костик пришел.

Голос на том конце резко оборвался, Алисия улыбнулась ему в ответ. У нее не было Коситика или Димы, или Петра или кого-нибудь еще, поэтому ей торопиться было не надо. Один мороз подгонял ее поскорее попасть в библиотеку, которая вот-вот должна закрыться.

– Здравствуйте, Анна Михайловна, – улыбнулась Алисия низенькой бабушке, не первый десяток лет служившей в этой городской библиотеке. – А я за тем новеньким пришла. Едва успела.

– Алисочка, ох, успела, успела. Ой, щеки-то у тебя как у матрешки. Ну, пойдем. Да! Для тебя сегодня будет прямо радость, – размеренным голосом говорила миловидная старушка в красивом бордовом костюме.

Алисия была частым гостем в библиотеке. Она запоем читала книги, была подписана на все книжные сервисы. Но особым удовольствием для нее было чтение живых печатных книг, особенно старых. Еще лучше, чтобы им было сто или даже сто пятьдесят лет. Какой-нибудь старый неизвестный роман или первые печатные книги великих автором, которые тогда никто не покупал. В этих потертых темных станицах было что-то особое, тайное. Порой она долго разглядывала записи на полях, едва сохранившиеся за столько лет, и гадала, кто бы это мог написать. Богатый купец, влюбленная девушка или ученый. Такие книги она выискивала по библиотекам и читала взахлеб, наслаждаясь каждой страничкой, о которой ей выпало счастье дотронуться.

– Привезли, значит, это из сельской библиотеки. Закрылась она, говорят там совсем крыша обвалилась, вот оно все и передали сюда. Там вот классики стоят, мы еще не разобрали, для детей книжки есть, советские по радиотехнике, огородничеству, так, так. А вот это я нашла – это прямо клад. Смотри.

Анна Михайловна достала толстую книгу с совершенно выцветшей обложкой грязно-синего цвета. Было ощущение, что обложку вообще содрали, оставив только внутренний слой картона.

– Я тут пару страничек прочла. Что-то из начала девятнадцатого века, то ли сказка, то ли что – не поняла. Про чудака какого-то. Ну, вроде тебе такое может понравиться.

Алисия, широко раскрыв глаза, не отрываясь смотрела на это потрепанное чудо и держала книгу как сокровище.

– Анна Михайловна, милая. Вы же знаете, я не уйду, пока не прочитаю. Дайте, пожалуйста, на дом. Прошу, умоляю. Как? Как я спать смогу?

– Ох, подставляешь ты меня, ох. Ладно бы тут почитала. А она ж у меня еще не поставлена на баланс, как я отдам. Да и такие книги на до вообще нельзя.

– Вы же знаете, вы знаете, как я аккуратно! Анна Михайловна, ну сжальтесь, я быстро читаю. Пока вы эти учитываете, – Алисия показала на гору книг, занявших пять столов, – я уже ее прочитаю и принесу.

Анна Михайловна ничего не сказала, только посмотрела в щенячьи глаза этой милой маленькой женщины и махнула рукой.

– Спасибо! Спасибо! Вы самая-самая, самая добрая, самая чудесная. – Алисия чуть не вешалась на шею старушке.

– Ну, все, все. Только верни. И приходи чай пить тридцатого числа, мы закроемся рано, с девочками чай попьем.

– Приду, обязательно приду! – отвечала Алисия прижала к груди свое сокровище.

По дороге домой она почти не мерзла, потому что почти летела со всех ног поскорее забраться в уютный плед и читать-читать, пока глаза сами не закроются от усталости. И не важно, что завтра на работу – такие старые книги, а этой было на первый взгляд около двухсот лет, встречались Алисии крайне редко. Она положила на тарелку бутерброды из хлеба и заветренного сыра, налила огромную кружку горячего чай, завернулась в мохнатый плед, бережно открыла первую страничку и забыла обо всем настоящем мире вокруг.

––

По коридору холодного замка размеренным точным шагом шел молодой, статный и строгий граф Фон Штерн младший. Дойдя до высокой двухстворчатой двери, он остановился, резко дернул за обе ручки и сделал шаг вперед.

– Я здесь, Ваша Светлость? Пришел, как вы и распорядились, – молодой граф слегка склонил голову, но продержал ее даже дольше положенного.

– Лоренц, дорогой, зачем же так? – отвечал ему наполовину седой, но еще очень хорошо выглядящий граф Фон Штерн. Он сидел за большим письменным столом, на котором стопками лежали бумаги, валялось десяток перьев и кучки смятых черновиков.

– Зачем? Ведь, ты сам знаешь, я не желаю тебе зла, Лоренц. Я хочу, чтобы ты был счастлив и только. Дорогой, до нового года осталось совсем немного, я не хочу портить нашими перепалками такое время. Твоя мать не перенесет наших споры, ты же знаешь, она чуть не лишается чувств каждый раз, как слышит нас с тобой, – граф встал и подошел к сыну, и взял его за предплечья. – Давай на время просто побудем вместе семьей.

– Ваша Светлость, менее всего я хочу страданий моей матушки. Она единственная, кто по-настоящему хочет мне счастья, и потому не настаивает на женитьбе на той, которая мне не по сердцу. А также на жизни, которая мне не по душе.

– Лоренц! Ах, опять. Опять твои сомнительные причины.

– Отец! Не сомнительные. Сколько раз я объяснял, что мне претит этот брак. Я не хочу на ней жениться, – молодой граф смотрел в глаза отцу.

– Но ее семья у самого короля в ближайшем окружении. Да сотни молодых людей мечтают о такой партии. И при том она не дурна собой, воспитана. Что может быть лучше. – граф стал расхаживать по комнате, вскидывая руки вверх.

– Пусть другие и женятся, но не я.

– Но двор, Лоренц. Быть при дворе, – граф тряс руками перед сыном.

– Зачем мне двор? Я ненавижу эти аристократические бесполезные церемонии. Отец, я хочу сделать что-то сам, придумать, творить, делать что-то полезное, ощутить, что я не прозябаю эту жизнь в бесконечных пирушках, охотах, балах и интрижках. Я хочу в конце жизни сказать, что я сделал, показать плоды трудов моих. Построить деревню, придумать инженерный механизм, который принесет пользу, привезти товары из далеких стран, или усилить магию, которой мы владеем. Ну, хоть что-то сделать сам!

– Ах, Лоренц, какие отвратительные вещи ты говоришь! Неужели тебя прельщает быть торговцем товарами? Или фермером как обедневший барон? И тебе не достаточно в магии зажигать светлячков ночью, чтобы обольщать крестьянок? Сынок, ты граф – твоя жизнь не может быть как у крестьянина или торговца или колдуньи. Ты выше всего этого.

– Отец, вы не слышите меня в который раз. Я хочу быть свободен в своем выборе. И, если титул графа ограничивает меня в этом, то… то я не знаю. – молодой граф остановился.

– Нет, нет, Лоренц, не произноси это, – граф посмотрел на сына строго.

– Что мне остается тогда? Да, отец, если титул не дает права быть свободным, то я откажусь от него.

– Нет, нет. Как ты можешь говорить о таком! – граф ходил из стороны в сторону, пыхтя себе под нос, его шея и щеки покраснели от напряжения. – Нет, нет. Я этого не допущу. Чтобы единственный наследник, единственный сын отказался от имени отца.

– Тогда примите мой выбор, – спокойно ответил Лоренц.

– Нет! Это позор для имени. Позор, граф. Вы хотите опорочить мое имя.

– Не переживайте, если я откажусь – позора не будет.

Молодой граф развернулся на месте, вышел из комнаты и снова зашагал по коридору.

– Не бывать этому! – слышались чуть крики графа, голос которого уже начал хрипеть. – Не бывать, слышите, вы граф Фон Штерн, вы родились им и останетесь!

Лоренц почти бежал по коридору, на ходу расстегивая ворот рубашки: воздуха так не хватало в этом очередном напряженном бое с отцом.

В который раз их разговоры доходили до криков. Молодой граф Лоренц ФонШтерн, потомственный аристократ с длинной родословной, уходящей корнями в глубокие тысячелетия их древнего рода, богатого на обширные территории, более всего на свете не хотел своего наследства. Не самого наследства, а той мучительной для него несвободы, которая следовало рядом с подобным именем. Он был, как сама жизнь, как та бегающая магия, которой он владел, непоседлив и любопытен. Он хотел сделать нечто великое или хотя бы заметное, он хотел узнавать новое и постигать неизведанное. Скучная аристократическая жизнь душила его порывы.

– Уйду, уйду отсюда с одним узелком, куском хлеба и топором. – бубнил он себе под нос. – при дворе, на виду у всех, среди всех этих мерзких и скучных толстяков в пышных одеждах.

Граф подошёл к картине, висевшей в главном холле их замка. Это была огромная семейная картина. Отец, матушка с маленькой Сициллой на коленях, юный Лоренц рядом, держа сестру за крохотную ручку.

– Отец, я не делаю тебе зла, и не хочу подводить тебя. – говорил Лоренц, глядя на отца, который на Карине был гораздо крупнее его. – Но жить с той, что не по сердцу и в месте, которое тебе не по душе – это как гореть заживо.

Лоренц постоял около картины, затем прошел через зал и попал в просторную библиотеку, сплошь заставленную высокими до потолка стеллажами, едва державшими тонны книг. Ещё с малых лет на самой верхушке одного из шкафа, в небольшой нише он устроил удобное местечко, в котором его самого было почти не видно, а он мог слышать все вокруг.

Подставив лестницу, он быстро вскарабкался наверх, придерживая свечу в лампе. Здесь в укромном месте его ждала небольшая стопка из трёх книг, которые он давно отложил почитать. И вот теперь, видимо настал момент. Когда хочется забыть, что происходит вокруг и прожить другую жизнь с выбранными героями. На этот раз ему досталась книга про другой мир, в котором все иначе и нет магии.