Читать книгу Экзамен на любовь - Группа авторов - Страница 10

Я смотрел, как в глазах Эйлин затухает надежда, а сама она отступает от меня. Заметил, как дрожат ее руки, а грудь высоко вздымается при каждом вдохе. Рубашка без рукава натянулась на груди, обрисовав две аппетитных окружности. Сегодняшняя тренировка далась ей нелегко. Но завтра будет еще хуже. Самая сильная боль в мышцах всегда возникает на второй день, но Эйлин, скорее всего, об этом даже не думала.

– Ну так что? Нужна тебе моя помощь?

Судя по потухшему взору, она окончательно осознала, что надеяться ей больше не на кого. Опустила голову и тихо ответила.

– Да.

– Да, Скайлер. – Поправил я ее. Не хватало, чтобы она решила, что может и дальше нарушать субординацию.

– Да, Скайлер. – Повторила она еще тише. Кажется, у нее не осталось сил даже на эмоции.

– Тогда продолжаем.

– Могу я немного отдохнуть?

Эйлин выглядела как провинившаяся ученица. Стояла, комкая пальцами край рубашки, и не поднимала глаз.

– Три минуты.

Она тут же опустилась прямо на землю. Я прикинул, на что ее может хватить сегодня. В идеале загнать бы ее в водоем – плавание отлично тренирует мышцы, а прохладная вода поможет немного отвлечься от боли. Но на территории академии не было ни озера, ни хотя бы глубокого ручья. А каждый раз спускаться до гавани – впустую тратить время. Значит, придется обойтись более щадящими упражнениями. Иначе завтра она просто не поднимется с постели.

Когда я объявил, что отдых закончен, Эйлин подняла на меня взгляд, полной страдания. Я даже подумал, что сейчас она попросит о поблажке, но она плотно сомкнула губы и с трудом поднялась.

– Работать с реакцией сейчас бесполезно, так что займемся растяжкой.

Некстати вспомнились слова Эдмонда про Эйлин. Невольно я бросил взгляд на двери корпуса, но, кроме нас, сейчас на улице никого не было.

С наклонами и растяжкой шеи Лин справилась самостоятельно. Но когда дело дошло груди и рук, ее будто парализовало. Я показал движения, но ее конечности словно одеревенели. Она упрямо пыхтела, пытаясь отвести локоть назад, прижав ладонь к затылку, но либо разворачивала корпус, либо опасно выворачивала запястье.

Пришлось подойти сзади и положить пальцы ей на руку. Эйлин вздрогнула и замерла. Я скользнул по ее предплечью, ощущая гладкость шелковистой кожи, второй рукой прижал ее ладонь и чуть надавил на локоть. Из плотно сжатых губ вырвался короткий стон. Пришлось ненадолго уменьшить давление.

Эйлин дышала через раз, но терпела. Хороший признак. Значит, больше не будет сопротивляться и процесс ее восстановления не затянется дольше, чем мне того хотелось бы.

– Другую руку.

Она молча повиновалась, а я придвинулся ближе для удобства, и носа коснулся тонкий аромат жасмина, исходящий от влажных волос. Он пробился сквозь запах пыли на полигоне и дотянулся до моей памяти, которая тут же бросила мне в глаза воспоминания пятилетней давности: Эйлин, насквозь промокшая от дождя, вбегает в здание школы и распускает ленту, туго стягивающую ее золотые локоны. Те рассыпаются по плечам, окутывая меня жасминовым облаком.

– Ай! – Она тонко вскрикнула, и я понял, что снова надавил слишком сильно.

– Прости. – Пробормотал тихо и стряхнул с себя неуместные воспоминания. Все это в прошлом. Мы оба сейчас другие. И оба не испытываем друг к другу теплых чувств. – Терпи.

Она на секунду напряглась всем телом, но тут же расслабилась и снова замерла.

– Обе руки назад.

Она вытянула руки за спину, и я прижал ее запястья друг к другу. Надавил между лопаток.

– Выпрямись.

У нее снова не получалось. Кажется, в Эденберге пренебрегают даже базовой физической подготовкой студентов, если не брать в расчет боевой факультет. Нехорошо. Надо бы объяснить руководящему составу, что состояние тела напрямую связано с магическим потенциалом. Хотя, если учесть, что в попечительском совете до сих пор числится мать Эйлин, вряд ли мое предложение будет хоть как-то учтено.

Эйлин тщетно пыталась стоять ровно. Пришлось перехватить запястья одной рукой, а вторую положить ей на поясницу. Стало гораздо лучше.

– Дыши спокойно.

Ее кожа отдавала жаром мне в ладонь даже сквозь мокрую рубашку. Я чуть потянул ее руки на себя и надавил на поясницу. Эйлин резко выдохнула и прогнулась. Я усмехнулся про себя. Об этом говорил Талверн? Или о наклонах вперед, когда можно прижаться пахом к аппетитным ягодицам студентки, якобы помогая ей делать простейшее упражнение? Видел я, как он подобным образом “помогал” одной из третьекурсниц. Та потом распрямилась вся пунцовая, но не посмела и слова ему сказать.

– Мы закончили. – Я убрал от Эйлин руки, продолжая чувствовать в ладони пульсирующее тепло ее тела. – На ужин стакан теплого молока и горсть орехов.

Она кивнула и пошла в сторону своего корпуса. До сих пор двигалась словно деревянная кукла. Я пару секунд смотрел ей вслед, а потом решил, что без магической подпитки завтра она точно будет не активнее бревна.

В два шага догнал ее и обхватил за талию и шею, прижимая к себе так, чтобы ее спина была максимально сильно прижата к моей груди. Расположил ладони на солнечном сплетении и груди и позволил магии проникнуть под ее кожу.

– Что ты делаешь? – Пискнула Лин, а я уткнулся лбом в ее затылок и закрыл глаза.

– Не дергайся.

Было приятно ощущать хрупкую девичью фигуру в своих руках. Аромат жасмина снова ворвался в мои ноздри, мешая сосредоточиться. Из-за этого я чуть переборщил с магией, и сердце Лин заколотилось как бешеное под моей рукой.

– Скай, хватит! – Она вцепилась пальцами в мою руку, пытаясь отодрать от себя. Я тут же остановил поток магии. Эйлин мгновенно вывернулась из моей хватки и бросилась прочь. А я смотрел ей вслед и не понимал, почему мое сердце внезапно ускорило темп.