Читать книгу Хроники кайнозойского моря: В поисках тайн Кубани - Группа авторов - Страница 2

От сарматских равнин экспедиция двинулась на юго-восток, в предгорья Кавказа. Пейзаж изменился кардинально: вместо бескрайних полей – холмы, поросшие дубово-грабовым лесом, скальные выходы и шумные, стремительные реки, пропилившие себе путь в толще древних пород. Их целью был небольшой карьер у станицы Нижегородской, на левом берегу реки Белой. По данным старых геологических отчетов, там вскрывались песчаники и конгломераты среднего миоцена – отложения не моря, а суши. Континентальная фауна.

– Здесь нас ждет совсем другая книга, – говорил Крылов, пока Антон уворачивался на ухабистой грунтовке от особенно коварных выбоин. – Сарматское море начало отступать, обнажая обширные прибрежные равнины, дельты рек, саванны. И эти пространства быстро заселили те, кто ждал своего часа на суше.

– Хищники и жертвы, – улыбнулась Ева с заднего сиденья. – Мне уже не терпится увидеть что-то кроме раковин фораминифер.

Марко, изучавший на планшете геологическую карту, покачал головой: – Сложная тектоника здесь. Кавказ рос, поднимался. Реки размывали древние толщи и намывали новые. Стратиграфия как палимпсест – один текст поверх другого. Нужно будет очень внимательно смотреть на состав пород.

Карьер, заброшенный уже лет десять, предстал перед ними желто-красной раной на зеленом склоне. Ветер гулял по его уступам, обнажая слоистые пласты. Это было идеальное место для поисков.

Лагерь разбили на опушке леса, в сотне метров от карьера. На следующий день с рассветом, вооружившись геологическими молотками, кистями, ситами и мешками для образцов, они начали обследование. Методика здесь была иной. Не целенаправленные раскопки одной находки, а прочесывание склонов, осмотр обнажений, поиск костного материала, вымытого дождями из породы.

Первые находки не заставили себя ждать. Антон, сканирующий нижние уступы, обнаружил несколько крупных, округлых зубов, темно-коричневых от окислов железа. – Профессор! Смотрите!

Крылов, спустившись, взял один из зубов. Он был массивным, с плоской, бугристой жевательной поверхностью. – Коренной зуб носорога. Dicerorhinus или Chilotherium. Типичный обитатель миоценовых саванн и редколесий. Жил он, судя по степени стертости, уже в зрелом возрасте. Это пасущееся животное. – Он огляделся. – Ищи обломки челюсти или другие элементы. Такие зубы редко вымываются поодиночке.

Ева тем временем наткнулась на нечто иное – слой мелкозернистого песчаника, буквально усеянный мелкими, разнообразными косточками. – Марко, посмотри! Это же целое кладбище!

Итальянец подошел, взял в руки горсть породы и начал аккуратно разламывать ее пальцами, просматривая через лупу. – Incredibile… Это флювиальные (речные) отложения. Видишь косую слоистость? Это точка бара. Место, где река замедляла течение и сбрасывала свою взвесь. Сюда же течением приносило трупы мелких животных. – Он осторожно извлек крошечную, изящную челюсть с рядами острых зубов. – Грызун. Возможно, предок хомяка или полевки. А вот это… – он поддел кончиком ножа крошечный череп, – насекомоядное. Землеройка. Это прекрасно! Целый микромаммальный комплекс. По нему мы сможем восстановить локальную экосистему с точностью до кустарника!

Но главная сенсация ждала их на самом верху карьера, где обнажался пласт плотного, темно-бурого конгломерата – сцементированной гальки и валунов. Крылов, поднявшись туда, долго стоял, всматриваясь в камень. И вдруг замер. Из породы, точно миндаль в пироге, торчал конец массивной, трубчатой кости. Но не просто торчал – он был неестественно изогнут и… сломан. – Антон! Ева! Марко! Ко мне!

Команда собралась вокруг. Кость была огромной, явно бедренной. – Слон? – предположила Ева. – Слишком массивная для слона того времени, – пробормотал Крылов, счищая кисточкой песок с места излома. – Смотрите на структуру излома. Она не окатанная, не обкатанная водой. Она… свежая. И смотрите – параллельные царапины. Глубокие борозды. – Зубья? – тихо спросил Антон. – Именно. Зубья хищника. Очень крупного хищника. – Крылов поднял голову, и в его глазах горел азарт первооткрывателя. – Мы нашли не просто останки. Мы нашли место трапезы. Или, возможно, место гибели.

Идея была захватывающей. Они наткнулись не на разрозненные кости, вымытые из породы, а на местонахождение – участок, где сохранилась картина одного момента геологического прошлого.

Работа приобрела новый, детективный смысл. Они начали осторожно, слой за слоем, вскрывать участок вокруг бедренной кости. Использовали не только молотки и зубила, но и более тонкие инструменты, а для снятия напряжения с хрупких образцов – клей и растворенный в ацетоне пенопласт, создающий защитную корку.

Постепенно картина прояснялась. Они обнаружили несколько ребер, фрагменты таза, разрозненные позвонки. Все кости принадлежали одному, гигантскому животному. И на многих из них были следы зубов. По характеру повреждений Крылов пытался реконструировать сцену. – Хищник не был падальщиком, – рассуждал он вслух, пока Марко зарисовывал расположение костей в полевом дневнике. – Укусы нанесены в места с живым, сопротивляющимся мясом – основание шеи, область живота. Видите эти сколы на ребрах? Это от ударов когтями, чтобы вскрыть грудную клетку. А вот здесь, на тазовой кости, – следы от обламывания, чтобы добраться до костного мозга. Это работа профессионального убийцы.