Читать книгу Это твоя сказка, детка - Группа авторов - Страница 2

Разумиха

Утро встретило меня ощутимой прохладой, я закуталась в одеяло, сунула ноги в теплые тапки и пошла разжигать погасший в камине огонь. Отблески пламени весело заплясали на сухих поленьях и я протянула к ним руки, наслаждаясь теплом. Согревшись, переоделась в джинсы и теплый свитер и пошла варить себе какао. Помешивая ложечкой в ковшике ароматный напиток я вспомнила вчерашний вечер. Если честно, сейчас мне все это казалось нереальным и я склонна была думать, что вероятнее всего просто задремала и мне все привиделось.

Я налила горячий шоколад в большую чашку, бросила несколько зефирок, потом накинула куртку, напялила старые валенки, вышла на веранду и вдохнула полной грудью морозный лесной воздух. Стояла звенящая тишина, огромные лапы елей чуть подрагивали под тяжестью снега, редкие снежинки тихо опускались в мою протянутую ладонь. Я сделала глоток и зажмурилась от блаженства. Слева раздался какой-то шум, я посмотрела на дерево, растущее у самого крыльца, на нижней ветке сидела белка. Какая красотка! Рыжая, с пушистым хвостом, она посмотрела на меня своими черными глазками бусинками, потом отвернулась, пробежала по ветке и спряталась в дупло. Надо было купить орехов, как я не догадалась?

– Потому что мозги у тебя куриные, – раздалось из расщелины, в которой только что скрылся зверек.

Что? Это реально сейчас происходит или у меня опять глюки? А может это и есть та самая Разумиха о которой вчера говорил волк?

– Разумиха – это сова, бестолочь.

Она что, мысли мои читает? Ну это уже слишком, я развернулась, чтобы открыть дверь в дом и задержалась взглядом на каких-то разводах возле ступенек. Я подошла ближе и присмотрелась, на снегу крупно были начерчены цифры 28 – 13. И что это значит?

– Эй, ты, умная, может объяснишь? – крикнула я белке.

Но из дупла больше не раздавалось ни звука. Вытащить бы сейчас оттуда эту нахалку за пушистую шкирку и встряхнуть как следует, чтобы знала, как хамить незнакомым людям.

Я зашла в дом и вскипятила воду, надо сделать влажную уборку к Новому году. Потом подошла к комоду, открыла старый проигрыватель, покопалась в пластинках и выбрала Джо Дассена. Иголочка зашуршала по виниловой поверхности, оживляя любимый баритон. Я взяла тряпку, протерла столешницу и открыла ящики. Чего здесь только не было: старые тетради, карандаши, лампочки, изолента, сломанные очки. Из самой глубины выудила альбом с фотографиями, не удержалась, села на диван и открыла его. На этом снимке я совсем маленькая на руках у мамы, а здесь папа посадил меня на плечи и я смеюсь от счастья. Много ли нужно в детстве, чтобы чувствовать себя счастливым? Я не спеша пролистала страницы, вытирая стекающие по щекам слезинки. Как вы там, мои любимые? Я так по вам скучаю. Потом захлопнула альбом. Все. Сеанс ностальгии окончен. Я верила, что души близких людей обязательно встретятся после конца и эта вера помогала мне жить.

Итак, на очереди этажерка с книгами, я протерла полочки, бережно стряхнула пыль с каждого старого томика и повернулась к каминной полке. Сзади что-то шлепнулось на пол, у меня аж тряпка выпала из рук. Я обернулась и увидела лежащую на половицах зеленую книгу. Как она могла упасть? И откуда она вообще взялась, я такую не помню, на обложке – ведьма, склонившаяся над котлом и непонятные надписи. На каком это языке? Я, конечно, не полиглот, но это точно не английский и не французский. Ну да, бог с ней. Втиснула ее между плотно стоящими Булгаковым и Акуниным и снова вернулась к уборке. Через минуту звук повторился. На этот раз книга лежала на полу открытая на странице… 28? Я взяла ее в руки и вспомнив цифры на снегу, нашла тринадцатую строчку: "Лаванды запах укажет путь и ты не сможешь с него свернуть".

Ерунда какая-то. Лаванда? Зимой? Я вернула книгу на место и продолжила уборку, периодически поглядывая на этажерку, но книга больше не подавала признаков жизни, как-будто она выполнила свою миссию и успокоилась.

Мой взгляд остановился на зеркале, вот этот предмет точно нуждался в тщательном мытье, особенно резная деревянная рама. Я провела тряпкой по запыленному стеклу и взглянула в него, на секунду мне показалось, что мое отражение дрожит и расплывается, как будто это поверхность воды. Что за наваждение? Внезапно я почувствовала, как что-то попало в глаз, отложила тряпку, вытерла руки о передник и приблизила к зеркалу лицо, чтобы лучше рассмотреть инородное тело. Я отодвинула пальцем веко и испуганно вскрикнула, вместо собственного отражения я увидела глаза: большие, холодные, изрезанные густой сеткой кровеносных сосудов, в черных зрачках метались языки зеленого пламени. Я хотела отвернуться, но жуткий взгляд не отпускал меня. Сзади что-то громко захлопало и большое мягкое крыло прикоснулось к зеркальной поверхности, закрывая меня от страшного видения. Я отшатнулась от стекла. Боже! Как же я забыла, ведь Волк предупреждал меня, чтобы я в него не смотрела. Белка права, я действительно бестолочь. Сова спокойно сидела на подоконнике и выжидающе смотрела на меня.

– Вы Разумиха? – спросила я.

Птица молчала. Интересно, она меня понимает? Меня осенила догадка: а что если я просто схожу с ума? Ведь сам человек не замечает, как это происходит, просто начинает однажды разговаривать с животными и считает, что это нормально. Сова продолжала терпеливо пялить на меня свои круглые глазищи. Ладно, если я сумасшедшая, то какая теперь разница.

– Волк просил передать: Ракитинский кордон, сегодня в полночь, – выпалила я.

– Спасибо, – коротко ответила Разумиха, взмахнула крыльями и скрылась.

Да как она вообще сюда попадает? Может через чердачное окно? Я надела куртку , вышла в сени и поднялась по приставной лестнице на чердак. Прошла по дощатому настилу. Маленькое круглое окошко было наглухо заколочено. Я осмотрела крышу, вроде целая, без щелей. Хотя, чему я удивляюсь? Психам еще и не такое мерещится. Я уже направилась к лестнице, когда меня остановил слабый, едва уловимый запах. Лаванда! Остановилась, принюхалась, пытаясь понять где источник этого терпкого, с легкой горчинкой, аромата. Мой чуткий нос привел меня к одиноко стоящему в углу бабушкиному сундуку. Я откинула тяжелую крышку, да, запах точно шел отсюда. Порывшись в старых тряпках, моя рука наткнулась на сушеный букетик лаванды, аккуратно завернуты в… газету? Нет, это что-то другое. Я расправила пожелтевшую бумагу руками. Это была карта. Кто положил ее в сундук, замаскировав под упаковку для пучка травы? Волк, сова, бабушка? Вопросов было больше, чем ответов.