Читать книгу Симбиоз - Группа авторов - Страница 2

Раньше этот бардак назывался «служба внутренней безопасности». Но после того, как в серверную пробрался первый лишайник купромофил, его переименовали в «отдел внезапных биологических происшествий». Пока начальство совещалось, писало циркуляры, и решало, кого из непричастных наградить, а кого из невиновных наказать, он сожрал все системы охлаждения. И намертво прилип к процессорам биополимерной плёнкой. Хрен отдерёшь.

Пока яйцеголовые в спешном порядке придумывали ему названия на латыни и разрабатывали новый гербицид (старые ему были, что слону дробина), кто-то из тестировщиков ради прикола запустил один из серваков. Ну чисто посмотреть, что из этого выйдет. Хуже то всё равно уже некуда. И неожиданно обнаружил, что сервак не только не сдох, но и вполне себе стартанул. Уж не знаю, как в его дурную голову пришла идея запустить стресс тест. Может, от безысходности. А может, просто поугарать. Ходили слухи, что его любимым развлечением в детстве было сдуть пару чипов монтажным феном прямо с работающей платы. Снять аварийный дамп системного крэша, а потом не вырубая плату, запаять эти чипы обратно.

Тут-то и выяснилось самое интересное – температура процессоров при полной нагрузке в длительном прогоне упала на 15 градусов. А производительность выросла на 6%.

В общем, тестировщик лишился квартальной премии. Старшего сисадмина чем-то там наградили. А в народе этот лишайник прозвали Cuprithermus Venereus. Хотя, как по мне, Cuprivorax Infernus, придуманный яйцеголовыми, звучит даже получше. Внушительнее как-то.

А теперь, извините, у меня срочный вызов.

– Уйми ты уже этих анархистов из «Зелёного ковчега»! – заорал комм голосом шефа.

– Антон Петрович, – я сокрушённо покачал головой, – «Зелёный ковчег» уже два года назад как самораспустился. Некому больше обниматься с шагающими экскаваторами. Некому пристёгиваться наручниками к грузовым контейнерам, срывая их запуск в стратосферу. Некому кричать о необратимом ущербе экологии. С тех пор, как клубеньковые бактерии научились накапливать фторкарборид, у нас тут сплошные биотехнологии. И сельские пасторали.

– Тогда, что это, по твоему, такое?!! – заорал шеф.

Комм мигнул, разворачивая присланную шефом голограмму.

А что, вполне себе художественно. Я бы, даже сказал, эстетично.

Это стопудово не результат эрозии или выветривания. И даже не биокристалл, которых в последнее время развелось столько, что яцеголовые уже запутались в классификациях.

Обычная трёхметровая скульптура на скалистом берегу одной из местных речушек.

Недалеко от первого защитного купола первых поселенцев.

Пилот метеодирижабля Алексей Матвеев собственной персоной. Тот самый, который самовольно запустил в Супергольфстрим первых стратосферных фотосинтетиков, чтоб ему пусто было. А нам теперь разгребай.

Нет, жаловаться конечно грех, давление на поверхности упало раз в тридцать. Среднегодовая температура, опять же, как в Сочи. Кислорода стало столько, что от коррозии некуда деваться. Но вся эта гиперэволюция явно повернула куда-то не туда.

Одни только Ловцы чего стоят. Мало того, что дрейфуют на высотах от 150 километров. Мало того, что жрут солнечную радиацию и снижают её уровень вдвое! И даже вроде что-то там фотосинтезируют… Так они ещё протоны из солнечного ветра превращают в атомарный водород! Потом связывают его с кислородом. Наполняются водяным паром. Делаются от этого тяжёлыми, опускаются в атмосферу и проливаются дождём. После чего адью и обратно в стратосферу. А у нас каждый год повышение уровня воды. Лужи становятся прудами, пруды – озёрами, озёра – морями. Моря – даже и говорить не хочу. Слышали когда нибудь про Lenain Planitia? Так вот, от равнины там осталась ровно половина.

Шишки из совета директоров «Венера-Коппер» на сложных щщах пытаются сделать вид, что у них был план и они его придерживались. Но если план у кого и был, так это у Кристины Робинсон. Астробиолога, которая всё это и замутила. Но скорее всего, весь план она скурила, не поделившись с советом директоров. За что её и турнули из корпорации…

– Барсук, ты меня там вообще слушаешь? – снова заорал шеф.

Простите, немного отвлёкся. Кстати, забыл представиться. Виктор Барсуков, можно просто Барсук. Кризис менеджер того самого отдела «внезапных биологических происшествий». И нет, у меня не восемь лап, как у венериаского барсука – крабоеда. Просто с прозвищем не повезло.

На груди у скульптурного Алексея Матвеева логотип «Венера Коппер». Прорисован идеально. Вряд ли Лёха при жизни носил толстовку с таким логотипом. Но скульптору, конечно, виднее. Он художник, он так видит. А ниже что-то вроде таблички с крупным шрифтом.

А вот с этого и надо было начинать! Хьюстон, кажется у нас проблемы… Впрочем, где Хьюстон, а где мы?

Я присмотрелся, увеличивая изображение.

«Лицензионное соглашение нарушено. Ваше лицензия на эксплуатацию биосферы аннулирована. Явитесь на переговоры!» Дата, подпись.

– Антон Петрович, что выросло, то выросло, – вздохнул я. – Кажется мы наблюдаем зарождение разумной жизни на Венере. Не исключено, что органической. Или, вероятнее всего кремний-органической. Или, возможно даже, металл-кремний-органической. Каллиграфия и юридическое образование идут в комплекте. Если это, конечно, не розыгрыш креативщиков из маркетингового отдела.