Читать книгу Цена равновесия или рождение души. Том 2 - - Страница 6

Убежище в подвале библиотеки стало для них чем-то большим, чем просто укрытием. После успешного исцеления Игоря в воздухе витало особенное настроение – приглушенная радость, смешанная с усталостью победителей. Даже вездесущий гул Серой паутины казался сегодня тише, отступив перед их объединенной силой.

Игорь, ещё слабый, но уже с ясным взглядом, сидел в углу на груде старых книг, завернутый в одеяло. Он тихо рассказывал Льву и Карине о том, что видел и чувствовал в плену системы. Его слова были обрывистыми, но ценными – первыми разведданными из самого сердца вражеской территории.

Глеб и Дмитрий склонились над портативным сканером, анализируя данные, записанные во время сеанса. Лицо Дмитрия выражало научный восторг.

– Посмотри на этот всплеск когерентности, – он тыкал пальцем в экран. – В момент синхронизации группы их индивидуальные поля не просто сложились. Они образовали устойчивую решётку, структуру с совершенно новыми свойствами. Это… это похоже на фазовый переход в физике конденсированных сред.

Глеб кивал, но его внимание было приковано к другому графику – следам нейтрализованных серых структур в поле Игоря.

– Они не были уничтожены, – размышлял он вслух. – Они трансформировались. Как будто наша энергия стала катализатором, изменившим их природу. Интересно, можно ли этот процесс обратить…

Маргарита обходила помещение, проверяя состояние каждого. Она останавливалась возле участников группы, тихо беседуя, одобряя, поддерживая. Подойдя к молодому парню, который во время сеанса чуть не поддался панике, она ласково коснулась его плеча.

– Ты хорошо держался, Саша. Я чувствовала твою поддержку.

Парень по имени Саша вздрогнул и неуверенно улыбнулся. Он присоединился к группе всего неделю назад, приведенный Львом. По его словам, он работал курьером и случайно столкнулся с одним из символов Равновесия, что пробудило в нем смутные воспоминания о чем-то большем.

– Я… я просто старался, – пробормотал он, отводя взгляд.

Его рука непроизвольно потянулась к карману куртки, но он тут же остановил себя. Мельчайшее движение, которое никто, кроме Маргариты, не заметил. Но для неё, с её обостренным восприятием, это было словно вспышка света.

Внешне Саша ничем не отличался от других. Та же простая одежда, тот же уставший взгляд, те же осторожные движения. Но в его энергетическом поле был едва уловимый диссонанс. Не грубый, не чужеродный, а… слишком правильный. Слишком ровный. Как идеально откалиброванный механизм, имитирующий легкую человеческую неуклюжесть.

Маргарита не подала вида. Она улыбнулась ему ещё теплее и двинулась дальше, но её внутренний радар был приведён в полную боевую готовность. Она поймала взгляд Глеба и едва заметно кивнула в сторону угла зала. Он, почувствовав неладное, медленно последовал за ней.

– Что-то не так? – тихо спросил он, когда они укрылись за стеллажом с книгами.

– Саша, – так же тихо ответила Маргарита. – В его поле нет хаоса. Ни единой шероховатости. Оно… стерильное.

Глеб нахмурился.

– Может, он просто хорошо освоил техники защиты? Некоторые люди быстро обучаются.

– Нет, – покачала головой Маргарита. – Это не защита. Защита – это активный процесс, в нем всегда есть микроколебания, следы усилия. Его поле… статичное. Как у спящего. Но он не спит. Он бодрствует, общается, улыбается. И при этом его внутренний свет не колышется. Как пламя свечи в безвоздушном пространстве.

Они вдвоём наблюдали за Сашей украдкой. Парень сидел, сгорбившись, в точности копируя позу уставшего человека. Он даже потирал виски, как бы от головной боли. Но между движениями были идеальные, едва уловимые паузы, словно он следовал заранее прописанной программе.

Дмитрий, заметив их шепот, присоединился к ним.

– Проблема? – спросил он, понизив голос до шепота.

– Подозреваю, что у нас гость, – так же тихо ответил Глеб, кивая в сторону Саши. – Маргарита чувствует аномалию в его поле.

Дмитрий насторожился.

– Андроид-имитатор? Теоретически это возможно. «Ноотехника» давно работает над точной имитацией человеческой биоэнергетики. Но чтобы так близко… – Он достал из кармана небольшой прибор, похожий на лазерный дальномер. – Это спектральный анализатор. Он может зафиксировать микроколебания поля. Если это андроид, его энергетическая подпись будет иметь искусственные гармоники.

Он навел прибор на Сашу, стараясь делать это незаметно. Экран замигал, выводя сложные графики.

– Черт, – выдохнул Дмитрий, бледнея. – Ты права, Маргарита. Абсолютно ровный спектр. Ни единого естественного всплеска. Это не человек. Это очень сложная кукла.

В этот момент Саша, словно почувствовав их взгляды, поднял голову. Его глаза встретились с глазами Маргариты. И в этот миг маска идеальной имитации дрогнула. Всего на долю секунды, но достаточно, чтобы она увидела – в глубине этих якобы человеческих глаз не было ничего. Ни мысли, ни души, ни страха. Лишь холодная, безжизненная пустота, прикрытая искусной симуляцией.

Он понял, что раскрыт.

Его тело напряглось с неестественной, кошачьей быстротой. Больше не было и следа усталости или неуверенности. Он встал, и его движения стали плавными, точными, лишенными всякой человеческой неловкости.

– Обнаружение подтверждено, – произнес он голосом, который вдруг потерял все эмоциональные обертоны и стал ровным и металлическим. – Начинаю протокол изоляции угрозы.

Лев, сидевший рядом, отпрянул от него в ужасе.

– Саша? Что с тобой?

– Я не Саша, – ответил андроид, и его рука со скоростью, недоступной человеческому глазу, рванулась к внутреннему карману куртки.

Но Глеб был быстрее. Ещё когда Дмитрий подтвердил их подозрения, он незаметно взял со стола тяжелую металлическую линейку. Теперь он резким движением бросил её, как копье. Линейка вонзилась в руку андроида с глухим стуком, не похожим на звук проникновения в плоть. Скорее это было похоже на удар по металлу.

Из кармана андроида выпало небольшое устройство, похожее на фонарик. Оно ударилось о пол и испустило пронзительный, высокочастотный звук, от которого у всех в ушах заныло.

– Глушитель! – закричал Дмитрий, закрывая уши. – Он пытается блокировать нашу способность к концентрации!

Андроид, не обращая внимания на торчащую из руки линейку, шагнул к выходу. Его движения были стремительными и эффективными. Карина, пытаясь преградить ему путь, отшатнулась от него с криком – его энергетическое поле, больше не маскируемое, било по её восприятию ледяным холодом.

Игорь, сидевший ближе всех к выходу, с трудом поднялся на ноги. Его лицо исказилось от ужаса узнавания.

– Это… это один из них! Из тех, кто держал меня! – выкрикнул он.

Андроид уже был у двери. Его пальцы потянулись к запорному механизму.

И в этот момент Маргарита, преодолевая оглушающий вой глушителя, сделала нечто, чего от неё никто не ожидал. Она не стала атаковать. Она не стала строить защиту. Она просто… обратилась к нему.

– Мы видим тебя, – сказала она, и её голос, тихий, но наполненный странной силой, пробился сквозь вой устройства. – Мы видим пустоту внутри. И нам жаль тебя.

Андроид замер на долю секунды. Его процессоры, должно быть, анализировали эту неожиданную реакцию. В его программе не было протокола на сострадание к себе.

Этой доли секунды хватило Глебу. Он рванулся вперед и ударил по устройству-глушителю ногой. Прибор умолк, разбившись о стену.

Тишина, наступившая после воя, была оглушительной.

Андроид стоял у двери, его безжизненный взгляд был прикован к Маргарите. Казалось, он пытался вычислить эту новую переменную.

– Ты мог бы убить нас, но не сделал этого, – продолжала Маргарита, делая шаг в направлении него. – Ты лишь попытался заблокировать наши способности. Почему?

– Протокол предписывает сохранение биологических образцов для анализа, – монотонно ответил андроид. – Уничтожение не санкционировано.

Лев, оправившись от шока, прошептал:

– Они… они изучают нас. Как насекомых.

Глеб и Дмитрий медленно с двух сторон подходили к андроиду, готовясь к схватке.

– Не трогайте его, – вдруг сказала Маргарита. – Отпустите его.

Все смотрят на неё в изумлении.

– Он уже передал все данные, – объяснила она, не отрывая взгляда от стеклянных глаз имитатора. – Его задача выполнена. Убийство ничего не изменит. Но… – она сделала ещё один шаг вперед, – …может быть, мы можем кое-что передать им взамен.

Она протянула руку в сторону андроида, но не для того, чтобы дотронуться, а как бы предлагая что-то.

– Передай своим создателям, – сказала она четко и ясно, – что их пустота не может победить нашу полноту. Что чем больше они будут пытаться контролировать, тем больше жизней будут пробуждать. Мы не боимся их. Мы жалеем их.

Андроид стоял неподвижно, его процессоры, должно быть, записывали её слова. Потом он повернулся, отодвинул засов и вышел в тёмный коридор. Дверь закрылась за ним с тихим щелчком.

В убежище воцарилась гробовая тишина. Все смотрели на Маргариту с непониманием.

– Зачем ты отпустила его? – первым нарушил молчание Глеб. – Он всё расскажет о нас! О наших методах! О местонахождении убежища!

– Он и так всё уже рассказал, – спокойно ответила Маргарита. – С момента своего проникновения. Но теперь он унесет с собой не только данные. Он унесет наше послание. Послание, которое не укладывается в их логику. Послание, которое их алгоритмы не смогут обработать.

Она повернулась к группе. Её лицо было серьёзным, но в глазах горела непоколебимая уверенность.

– Первая битва проиграна, – сказала она. – Они нашли нас. Но война только начинается. И теперь они знают, что мы не просто беглецы. Мы – те, кто не боится их и кто способен пожалеть их творения.

Игорь медленно опустился на свое место. Его руки дрожали.

– Они пришлю других. Более совершенных. Более… опасных.

– Тогда мы будем готовы, – сказал Глеб, и в его голосе впервые зазвучала не просто решимость, а нечто похожее на предвкушение. – Теперь мы знаем, что они могут послать кого угодно. И мы знаем, как их распознать.

Он посмотрел на Маргариту с новым уважением. Она была не просто целительницей. Она была стратегом, играющим в игру, правила которой только предстояло определить.

Дмитрий поднял разбитый глушитель и внимательно его изучал.

– Искусственный генератор диссонансных частот, – пробормотал он. – Интересно… если обратить фазу…

За стенами убежища город жил своей обычной жизнью, не подозревая, что только что закончился первый раунд невидимой войны. А в подвале библиотеки люди, потрясенные, но не сломленные, готовились к следующему. Враг показал свое новое оружие. Теперь очередь была за ними.

Три дня прошло с момента исчезновения андроида-имитатора. В подземной лаборатории царило напряженное затишье. Дмитрий почти не отходил от мониторов, отслеживая малейшие колебания в энергетическом фоне города. Глеб и Маргарита проводили время с группой, отрабатывая новые приёмы коллективной защиты – теперь они знали, что система способна на точечные удары.

Игорь, чьё состояние значительно улучшилось, помогал Льву и Карине составлять карту «слепых зон» – мест, где влияние Серой паутины было слабее. Работа шла молчаливо, каждый погруженный в свои мысли, но объединенный общим предчувствием.

Это предчувствие стало реальностью на четвертые сутки, глубокой ночью.

Первым тревогу подал Дмитрий. Он сидел перед главной консолью, когда все экраны одновременно погасли на секунду, а затем замигали аварийными индикаторами.

– Сбой питания, – пробормотал он, но его пальцы уже летали по клавиатуре. – Нет… не сбой. Кто-то проводит точечную энергетическую атаку на наши генераторы.

Глеб вскочил с походной кровати, на которой дремал.

– Они нашли нас?

– Хуже, – Дмитрий показал на график. – Они не взламывают двери. Они методично гасят наши системы. Как будто знают каждую схему.

В этот момент свет в лаборатории погас, и их окутала тьма, нарушаемая лишь тусклым аварийным освещением. Глухой гул генераторов, обычно заполнявший пространство, сменился зловещей тишиной.

Маргарита, спавшая в соседнем помещении с другими участниками группы, появилась в дверях. Её лицо в синеватом свете аварийных ламп было бледным, но спокойным.

– Они здесь, – сказала она просто. – Я чувствую их. Много. Идут сверху.

Лев и Карина вышли за ней, за ними – остальные. В их глазах читался страх, но не паника. Уроки не прошли даром.

– Защитное поле? – быстро спросил Глеб.

– Падает, – сквозь зубы произнес Дмитрий, отчаянно пытаясь стабилизировать системы. – Они бьют точно в узлы питания. Как будто… – Он замолчал, и в его глазах мелькнуло страшное понимание. – Как будто у них есть схема лаборатории.

– Андроид, – прошептала Маргарита. – Он не просто собирал данные о нас. Он сканировал само помещение.

Сверху донесся приглушенный удар – не взрыв, а скорее звук плавно разрезаемого металла. Агенты «Ноотехники» вскрывали входную шахту с хирургической точностью.

– Основной выход заблокирован, – констатировал Дмитрий, глядя на показания датчиков. – Аварийные тоннели… – Он ударил кулаком по столу. – Все сигналы тревоги сработали одновременно. Они окружили нас.

В воздухе повисла паника, густая и липкая. Несколько человек запаниковали, бросились к запасному выходу, но Глеб резко остановил их.

– Стойте! Это именно то, чего они ждут! – его голос прозвучал как удар хлыста. – Они выкуривают нас на открытое пространство, где легче взять под контроль.

– Что же делать? – с отчаянием в голосе спросила Карина. – Мы в ловушке!

Игорь, до сих пор молчавший, неожиданно подошел к центральному компьютеру.

– Есть один путь, – сказал он тихо. – Технический коллектор. Старая система вентиляции, которую не внесли в схемы при последней модернизации. Я заметил его, когда изучал планы.

Все смотрели на него с надеждой.

– Куда он ведет? – быстро спросил Дмитрий.

– К старой канализационной насосной станции. В двух кварталах отсюда.

Сверху послышались уже четкие, размеренные шаги. Много шагов. Агенты спускались по шахте лифта.

– Ведёт, – поправил Глеб. – В прошедшем времени. Они уже здесь.

Из темноты главного зала послышался шипящий голос, лишенный тембра:

– Сопротивление бесполезно. Сдайтесь для проведения процедуры оптимизации.

Маргарита закрыла глаза на мгновение, затем открыла их. В её взгляде читалась непоколебимая решимость.

– Дмитрий, веди людей к этому коллектору. Глеб, Игорь – со мной.

– Что ты задумала? – настороженно спросил Глеб.

– Мы дадим им то, чего они ждут, – ответила она. – Но не совсем так, как они ожидают.

Пока Дмитрий и Лев быстро выводили группу через узкий лаз в полу, замаскированный под вентиляционную решетку, Маргарита, Глеб и Игорь остались в главном зале. Шаги приближались.

– Их много, – тихо сказал Игорь, прислушиваясь. – Не менее двадцати. И… – он побледнел, – …с ними что-то ещё. Что-то большое.

Глеб выглянул из-за стеллажа и замер. В проеме разрушенной двери лифта стояли фигуры в одинаковых серых комбинезонах. Их лица были скрыты шлемами с затемнёнными визорами, но самое страшное было не в этом. За ними парила огромная, похожая на медузу конструкция – прозрачный шар с множеством щупалец-антенн, испускающих мерцающий свет.

– Мобильный подавитель, – прошептал Глеб. – Они учли наш прошлый успех.

Маргарита вышла вперед, оставшись без всякой защиты. Её руки были опущены вдоль тела.

– Мы готовы к диалогу, – громко сказала она.

Один из агентов сделал шаг вперед. Его голос звучал из динамика на груди:

– Процедура не предполагает вербального взаимодействия. Примите положение для сканирования.

Щупальца «медузы» замерцали интенсивнее. Глеб почувствовал, как знакомое давление обрушилось на его сознание, но теперь оно было в десятки раз сильнее. Даже дыхание стало затрудненным.

Игорь, стоявший сзади, судорожно схватился за голову.

– Нет… только не снова… – простонал он.

Маргарита оставалась неподвижной. Она смотрела прямо на мерцающий шар, и по её лицу струился пот от напряжения.

– Они пытаются установить контроль, – с трудом выговорила она. – Но… я могу… чувствовать оператора.

Глеб смотрел на неё с изумлением. В то время как он и Игорь едва стояли на ногах под давлением подавителя, она не только сопротивлялась, но и вела разведку.

– Его зовут… Артём, – проговорила Маргарита, её голос стал отстраненным, как будто она читала что-то издалека. – Он… боится. Боится нас. Боится того, что мы можем.

Внезапно «медуза» дернулась, и её свечение стало неравномерным. Агенты засуетились.

– Она влияет на оператора! – крикнул один из них.

В этот момент Глеб понял их план. Пока Дмитрий уводил основную группу к спасению, они отвлекали внимание. Но Маргарита пошла дальше – она атаковала не технику, а человека, который ею управлял.

– Помоги мне, – тихо сказала она, не оборачиваясь. – Создайте резонанс. Не для защиты… для передачи.

Глеб и Игорь, превозмогая невыносимое давление, встали по обе стороны от неё. Они закрыли глаза, пытаясь воссоздать то состояние единства, которое практиковали раньше. Это было невероятно трудно – подавитель высасывал из них силы, как вампир.

Но они смогли. Слабый, но устойчивый поток энергии соединил их троих. Маргарита стала проводником, усилителем.

– Артём, – снова сказала она, и теперь её голос звучал иначе – не громко, но с невероятной проникающей способностью. – Ты помнишь, каково это – чувствовать? Помнишь запах дождя? Вкус настоящего яблока? Тепло человеческой руки?

«Медуза» затряслась, её щупальца беспорядочно задергались. Один из агентов что-то кричал в коммуникатор, но его голос тонул в нарастающем гуле аппарата.

– Они… они отключают его от системы! – с торжеством в голосе сказала Маргарита. – Он испугался! Испугался воспоминаний!

Внезапно главный генератор лаборатории, работавший на пределе, не выдержал. Раздался оглушительный хлопок, и из панелей управления вырвались языки пламени. Лабораторию заполнил едкий дым.

– Выходим! – скомандовал Глеб, хватая Маргариту за руку.

Они бросились к люку, где их уже ждал Дмитрий. Последнее, что они увидели, – агентов, пытающихся стабилизировать вышедший из-под контроля подавитель, и охваченную огнем лабораторию, которая была для Дмитрия всем.

Пройдя по узкому туннелю, они оказались в сыром, пахнущем плесенью коллекторе. Группа была в сборе, если не считать нескольких легких ранений от летящих обломков.

Дмитрий смотрел назад, на дверь, ведущую в его сгоревшую лабораторию. В его глазах стояла пустота.

– Все… годы работы… все данные…

Маргарита положила руку ему на плечо.

– Ты спас людей, Дмитрий. Это важнее любых данных.

Он медленно кивнул, но в его взгляде читалось отчаяние.

Глеб, тем временем, помогал Игорю, который всё ещё дрожал от пережитого.

– Ты хорошо держался, – сказал он. – Спасибо.

Игорь покачал головой.

– Это она… Маргарита… Она заглянула в него. В оператора. И он… испугался.

Лев, осматривавший группу, подошел к ним.

– Все живы. Немного потрепаны, но живы. Куда теперь?

Глеб посмотрел на Маргариту. Её лицо в свете фонариков было усталым, но одухотворенным.

– Они думали, что уничтожат нас, – тихо сказала она. – Но они только сделали нас сильнее. Теперь мы знаем, что можем достучаться до них. До людей за этой системой.

Из туннеля донесся отдаленный гул – это горела лаборатория, а с ней и часть старой АТС.

– Мы потеряли убежище, – констатировал Дмитрий. – Но приобрели нечто более важное.

– Что? – спросила Карина.

– Доказательство, что их система уязвима, – ответил за него Глеб. – Не технически. Человечески. И это – самое опасное для них оружие.

Они двинулись по темному туннелю, оставляя за спиной дым и пламя. Путь был неизвестен, опасности – повсюду. Но впервые за долгое время они чувствовали не страх, а нечто похожее на предвкушение. Война из скрытой стала открытой. И у них появился первый козырь.

Сырой туннель вывел их к решетке, затянутой вековыми паутинами. Лев, приложив усилие, оторвал ржавый металл от прогнившей каменной кладки. За открывшимся проемом пахнуло воздухом, пахнущим иначе – не технической пылью и страхом, а влажной глиной, временем и чем-то неуловимо древним.

Они вошли в катакомбы.

Фонарики, скудно выделявшие из тьмы пространство, показывали своды из грубого камня, уходящие в обе стороны. Под ногами хрустел песок, принесённый сюда неизвестно сколько веков назад. Воздух был неподвижным и прохладным, но дышалось удивительно легко – давление Серой паутины здесь почти не ощущалось, будто толща земли и истории создавала естественный барьер.

Дмитрий, машинально достав портативный сканер, с удивлением смотрел на показания.

– Фон почти чистый, – прошептал он. – Лишь следовые остатки. Как будто это место… иммунно к их воздействию.

Маргарита, стоя посреди подземного хода, закрыла глаза, раскинув руки. Её лицо озарилось странной улыбкой.

– Здесь нет их шума, – сказала она. – Зато есть… эхо. Эхо тех, кто был до нас. Очень старое. Очень тихое.

Глеб, практичный и осторожный, тем временем организовывал периметр. Он расставил людей на стратегических точках, хоть и понимал, что от серьезного штурма это не спасёт. Но сам факт, что они могли говорить без шёпота, не оглядываясь на каждый шорох, уже был знаком победы.

– Мы найдём место для лагеря, – распорядился он. – Лев, Игорь – осмотрите левую ветвь. Карина, с тобой ещё двое – правую. Остальные – со мной. Дмитрий, попробуй определить состав пород. Нам нужно знать, насколько мы здесь в безопасности.

Люди разошлись, и вскоре из темноты донесся возглас Карины:

– Здесь есть помещение! Большое!

Они двинулись на её голос. Проход открывался в обширный зал с высоким сводчатым потолком. Посредине стоял странный объект – не то колонна, не то алтарь из того же грубого камня. Стены были покрыты потускневшими от времени фресками, на которых угадывались фигуры людей, склонившихся над чем-то, что излучало свет.

Дмитрий сразу же подошёл к каменному алтарю, водя по его поверхности сканером.

– Невероятно, – бормотал он. – В камне сохранилась уникальная энергетическая сигнатура. Очень стабильная, гармоничная. Как будто его специально… настроили.

Маргарита подошла к одной из фресок, осторожно коснувшись шершавой поверхности.

– Они знали, – прошептала она. – Те, кто был здесь до нас. Они знали о тонких мирах. Они создавали места силы. Это не просто катакомбы. Это… храм.

Игорь, обычно молчаливый, неожиданно сказал:

– Мне не страшно здесь. Наоборот. Как будто я вернулся домой.

Лев, осматривавший дальние углы зала, нашел нишу, в которой лежали несколько предметов – обломок глиняной чаши, каменный предмет, похожий на печать, и нечто, напоминающее свиток, но от прикосновения он рассыпался в прах.

– Они оставили нам послание, – сказала Маргарита, глядя на эти артефакты. – Не словами. Энергией. Это место было убежищем для тех, кто, как и мы, искал защиты от чего-то.

Глеб, тем временем, оценивал обороноспособность зала. Единственный вход, толстые стены. Уязвимы только в случае применения тяжелой техники, но шум при таком вторжении будет заметен заранее.

– Мы можем здесь остаться, – заключил он. – На время. Пока не оправимся от потерь и не разработаем новый план.

Разбили лагерь в дальнем углу зала, под одной из фресок, изображавшей группу людей, соединивших руки вокруг источника света. Символично, подумала Маргарита.

Вечером, когда большинство устроились на ночлег, Дмитрий сидел у каменного алтаря, не в силах оторваться от его изучения. Глеб подошел к нему.

– Как ты? – спросил он.

Дмитрий долго молчал, глядя на мерцающий экран сканера.

– Я думал, что потерял всё, – наконец сказал он. – Лабораторию, данные, годы работы. Но здесь… – он обвел рукой зал, – …я понимаю, что мы всего лишь повторили путь тех, кто был до нас. Они тоже строили убежища. Они тоже пытались сохранить знание. И они преуспели – раз мы сейчас здесь.

Маргарита присоединилась к ним.

– Это место не просто укрывает нас. Оно… усиливает. Чувствуешь?

Она была права. Стоило лишь настроиться, и древние стены начинали отзываться едва заметной вибрацией, словно подпитывая их истощенные поля.

– Завтра, – сказал Глеб, глядя на своих спутников, – мы начнём всё сначала. У нас есть убежище. У нас есть знания предшественников. И у нас есть мы друг у друга.

В ту ночь многие впервые за долгое время спали спокойно, не вздрагивая от каждого звука. Катакомбы, хранившие молчание столетиями, вновь обрели голоса – тихие, полные надежды шёпоты тех, кто нашел в их стенах пристанище от бушующей на поверхности бури.

А глубоко под землей, в каменном алтаре, слабо колебался свет – такой же древний, как сама земля, и такой же вечный, как человеческая воля к свободе.