Читать книгу Право на забвение - Группа авторов - Страница 3

Прошло три часа. Кабинет майора Вилкина.

Вилкин. Вы что тут столпились и обступили Семенова? Бегом на свои рабочие места!

Уланова. Хотели познакомиться, поддержать коллегу. Артем, ты заходи на чай, я в соседнем кабинете.

Вилкин. Так, старший лейтенант, бегом в прокуратуру! Документы отвози. У тебя работы столько, что чаи гонять некогда. Не надо мне новенького портить. Поняла?

Уланова. Так точно, Иван Николаевич.

Уланова выходит из кабинета.

Вилкин. Как там генерал? Что он говорил, пока я отсутствовал?

Артем. Ничего.

Вилкин. А ты скрытный парень, я погляжу. Только перед девочками можешь хвост заносить. Помни, что ты сюда служить пришел, понятно? И старайся отвечать на мои вопросы развернуто. Мне твои односложные фразы не по душе. Если ты здесь ненадолго, то базара нет, отсиди сколько надо и пусть тебя забирают восвояси.

Пауза.

Вилкин. Я понятно излагаю?

Артем. Так точно.

Вилкин. Вот и хорошо. Надеюсь, что мы подружимся. Значит, генерал ничего не рассказывал интересного. Понятно, мне это все знакомо, они любят приехать и народ погонять. Вместо того, чтобы дела закрывать, сидите и смотрите на него. У нас тут знаешь сколько работы? Рук не хватает! А я смотрю, ты уже осваиваешься здесь. Я сразу тебе скажу, что не люблю эти вот романы ваши на рабочем месте.

Артем. Я и не думал.

Вилкин. Все вы так говорите, а потом… Ладно. Расскажи про себя. Значит, отец твой прапорщик, а мать – парикмахер. А ты у нас выпускник Академии. У нас таких как ты каждый год привозят. Как любит говорить шеф нашей конторы, пополняют. Ты ж молодой специалист теперь, а мне теперь нужно скакать перед тобой с бубном и обучать всему. Чтобы ты знал, что и как оформлять. Пять лет сидите в своих Академиях и ничего не соображаете. Мне проще с пэпосом бывшим работать, чем с выпускником.

Пауза.

Вилкин. Я знаешь, чего больше всего не люблю?

Артем. Чего?

Вилкин. Я не люблю, когда мне врут. Дурака из меня делают. Знаю я вас всех, все вы одним миром мазаны, как говорится. Ты думаешь, что я жизни не знаю? Я всё знаю и понимаю. Мне по сто раз рассказывать не надо. Кто поверит, что простого мальчика, из семьи прапорщика, взяли на самый престижный факультет Академии? Следователь – это же белая кость. Так всегда было и не мы это придумали. Знаешь ли ты, сколько я шел к этому? В роте служил не один год, потом спустя несколько лет ротным стал. Дальше дознание – это тебе не райский уголок, там столько пахоты. Да, не работы, а пахоты. Люди живут в отделе, дни недели не помнят, зато знают, сколько дел еще не закрыли. И только после всего этого, только после стольких кругов, я стал следователем. Да, здесь не лучше, чем в дознании, но это моя цель была, мечта. А тут тебе все и сразу. А ты мне говоришь, что папа у тебя прапорщик. И я должен в это поверить? Я себе все это так смутно представляю. Может, конечно, он в другом ведомстве служит, не в полиции? Мало ли у нас секретных мест.

Входит Серегин.

Серегин. Ваня, тебя Арзамас вызывает. Только что у канцелярии его встретил. Говорит, что срочно. Он злой, походу твои хлопчики накосячили. Сейчас окружные нас так засаживают, что продыху нет.

Вилкин. Загоняли они меня. Уже бегу.

Майор Вилкин и полковник Арзамазов.

Вилкин (стучит в дверь). Разрешите войти.

Арзамазов. Да, жду тебя. Как там с делами у нас обстоит? Твои справляются?

Вилкин. Да, гоняю их.

Арзамазов. Мало ты их гоняешь, мне окружные постоянно жалуются. Зачем отпустили в отпуск Вересову, она просрочила все документы и половину дел в суд не передала. И что там за история с адвокатом? Ты скажи ей, что будет у меня на КПП сидеть до тех пор, пока не научиться работать.

Вилкин. Товарищ полковник, ну какое КПП? Она же не комендантская группа, чтобы там сидеть. С делами да, проблемы есть, а у кого их нет. Вы же знаете, что мы без выходных работаем. Плюс усиления, практически на все мероприятия стали выставлять следаков. Раньше же такого у нас не было. Помните?

Арзамазов. Ты мне про раньше не начинай, эти вечера воспоминаний… Их откомандировывают сверху, а я человек подневольный, впрочем, как и все мы.

Вилкин. Это все понятно. А в отпуск я не могу ее не отпустить. Сейчас это жестко пресекают окружные кадры и заставляют сотрудника оформлять рапорт на ежегодный отпуск.

Пауза.

Арзамазов. Ладно. Как там пополнение наше? Смотрю на твою физиономию и не вижу радости.

Вилкин. А чему мне радоваться? Что есть, с тем и работаем.

Арзамазов. Ты хотел сказать, кто есть… Ладно, разбирайся сам, на то ты и начальник этой службы. Мне результат нужен.

Вилкин. Стараюсь как могу.

Арзмазов. Ты мальца не трогай только. Чтоб не сбежал от нас раньше положенного срока.

Вилкин. Это вы про Семенова? А он что блатной? Родители по голове настучат.

Арзамазов. Майор, давай потише. По голове настучат. Я тебе могу и сам настучать. Ты же мужик правильный, с багажом опыта и всю нашу кухню знаешь. Ты же не первый год в моем отделе. Знаю я твой характер и твои все заковырки. Понимаешь, там непростая история, сложно все с ним. Мы же не враги друг другу. Парень молодой, хочет служить, кровь кипит в нем. Себя вспомни в его годы. Ты на него не наседай. Как ты с ними общаешься, я знаю. И правильно, строгость нужна, иначе мы вымрем. Но к людям, товарищ майор, не нужно относиться, как к пустому месту.

Вилкин. То есть там блат?

Арзамазов. При чем тут блат? Ты же слышал, что сказал Голубев? На собрании ты был? Семенова надо поддержать.

Вилкин. Меня не было, я уехал на адрес. Не слышал. А что за Семенова уже Голубев впрягается? Вам это не кажется странным, товарищ полковник? Только пришел не пойми кто – и такие ему почести. А ты, майор, засунь свое самолюбие куда подальше и ублажай новоиспеченного лейтенанта. Так мне прикажете рассуждать?

Арзамазов. Ты мне еще тут поори! Плохо, что тебя не было на собрании, ты бы сразу свой пыл поубавил. Почестей никаких ему не надо, и в бутылку не надо лезть, нет там ничего.

Пауза.

Арзамазов. Ты с какого года у нас в отделе?

Вилкин. Пять лет служу.

Арзамазов. Вот, ты только пять лет, а я здесь уже всю жизнь, можно сказать.

Вилкин. Так я перевелся сюда, до этого в другой конторе служил.

Арзамазов. У вас все конторы, конторки. А мы никогда так свое отделение не называли. Я как пришел сюда сержантом после армии, так и остался – и служу.

Пауза.

Арзамазов. Вернемся к делу. Значит, история такая была. Восемь лет назад работал у нас твой родственник, Сашка Николаев.

Вилкин. Да, Сашка – мой троюродный брательник. Он сейчас в автосалоне работает, охранное агентство у него. Бизнес свой.

Арзамазов. Я его, если честно, смутно помню. Он такой тихушник был. Вроде не без царя в голове, но недалекий немного.

Вилкин. Я с ним редко пересекаюсь. Знаю, что он есть, и все на этом.

Арзамазов. Я слышал от мужиков, что он теперь «автосалонных дел мастер» и многих наших ребят из роты к себе переманил. Мол, зарплата хорошая и работа чистенькая. Там же в костюмчике свеженьком мы ходим, а тут на улице стой, блогеры тебя на мобильник снимают. Плохо, что в погоне за прекрасной жизнью мы про свой долг стали забывать. Сотрудникам – им что, денег лишь подавай и как можно больше. На территории только и делают, что население ошкуривают. И объяснения такие: а мы для начальства собираем. А я разве их прошу это делать? Представляешь, выдумали себе лазейку и давят на жалость. Раньше было нелегко по службе, не спорю, но мы не уходили как сейчас по охранным предприятиям. За свою работу держались. Старая гвардия одна только и осталась. А нынешним – только бы свои карманы и набить и ладно.

Пауза.

Арзамазов. Так вот, вернемся к твоему родственничку. Он жизнью своей обязан отцу Артема. Да-да, не удивляйся. То, что он живой и холеный, – это заслуга папани твоего следака. Он, видимо, тебе не рассказывал об этой трагедии. Про такое вспоминать лишний раз и не хочется, это правда. Вот ты с ним встреться, с Сашком, и пусть он тебе поведает о своих скелетах. Тогда ты поймешь, почему этот мальчишка на следователя пошел учиться. И про Голубева тоже все понятно станет. Парня этого мать одна воспитывает. В общем про все это можно долго говорить, устал я разглагольствовать. Значит так, приказываю обеспечить лейтенанта Семенова всем необходимым. Будет на тебя жаловаться, ты меня знаешь. Уволю, не раздумывая. Я решений своих не меняю.

Вилкин. Понял. Так точно обеспечить всем необходимым. Разрешите идти?

Арзамазов. Свободен, майор.