Читать книгу Новогодний экспресс - Группа авторов - Страница 2

На следующий день, за двое суток до Нового года, тишина в их доме была наполнена не только привычными звуками, но и нервным ожиданием. Инна трижды перемывала пол в гостиной, хотя он был чистым. Геннадий, обычно безразличный к декору, сам проверил, хорошо ли работает розетка в гостевой комнате и горят ли новогодние огоньки на окнах. Они были готовы. Но они не были готовы к тому, как это произойдет.

Вечером, когда уже стемнело и первые звезды зажглись в холодном черном небе, у калитки остановилось такси. Его желтые фары выхватили из темноты заснеженный сад, старые яблони, покрытые инеем. Дверь машины открылась, и в дом ворвалась новая жизнь.

В дом вошли они. Кирилл и Лера. Они не просто вошли – они вторглись. Из машины вырвалась громкая, ритмичная музыка из портативной колонки, которую Кирилл держал в руке. Он, высокий, спортивный, в модной куртке и джоггерах, легко вытащил два огромных чемодана, словно они были набиты пухом. За ним следовала Лера, легкая, улыбающаяся, в ярком шарфе и уютной шапке, с длинной русой косой до самого низа очаровательной спины. Ее смех, звонкий и заразительный, разнесся по застывшему саду, как первый предвестник далекой весны.

Дверь дома открылась еще до того, как они дошли до крыльца. На пороге стояла Инна, с растерянной улыбкой на лице. За ее спиной, как тень, маячил Геннадий.

– Ну вот и мы! – радостно прокричал Кирилл, поднимая руку в приветствии. – С Новым годом, принимайте гостей!

– Проходите, проходите, не стойте на холоде, – поторопила Инна, чувствуя себя немного глупо и старомодно на фоне их яркой энергии.

Они ворвались в прихожую, и с ними ворвался другой мир. Запах городских парфюмов смешался с запахом сосновых шишек, которые Инна расставила по дому. Громкая музыка заполнила собой тишину, заглушив торжественное тиканье часов. Молодые люди сбросили ботинки, оставили чемоданы посреди коридора и, как ни в чем не бывало, прошли в гостиную.

– Ой, какая у вас красота! – восхищенно сказала Лера, оглядываясь по сторонам. – Так уютно! Прямо как в сказке. Ее слова были искренними, но для Инны и Геннадия их дом никогда не ассоциировался со сказкой. Он был просто их домом. Их крепостью. И теперь эту крепость захватили.

Инна, пытаясь совладать с ситуацией, тут же включила режим "лучшей хозяйки". Она повела их наверх, в гостевую комнату, которую она убирала утром с особой тщательностью. Комната была идеальной: чистая кровать с пуховым одеялом, свежие полотенца в ванной, на тумбочке – ваза с засушенными цветами.

– Вот здесь вы будете жить, – сказала Инна с гордостью. – Если что-то нужно, не стесняйтесь.

– Спасибо огромное! Вы просто золото! – ответила Лера, обнимая ее.

Внизу Геннадий уже вскипятил чайник. Он поставил на стол тарелки с печеньем и конфетами. Хозяин дома пытался создать уют, но чувствовал себя не в своей тарелке. Кирилл спустился вниз и подошел к нему.

– Слушайте, Геннадий, а можно я вам помогу? – спросил он. – Вы тут один мужчина на хозяйстве, а так нас будет двое. Я могу принести дрова, почистить снег.

Геннадий удивленно поднял на него брови. Он ожидал, что молодой человек будет сидеть в телефоне. А этот предлагает поработать.

– Дрова в сарае, – кивнул он, не зная, что еще сказать.

Они сидели за столом, пили ароматный чай. Кирилл и Лера были вежливы, веселы, они рассказывали о своей дороге, о Москве, о своих планах. Но их жизнерадостность немного сбивала с толку пожилую пару. Они говорили слишком громко, смеялись слишком заразительно. Их энергия была такой чужой и такой сильной, что Инна и Геннадий чувствовали себя как будто в стеклянной колбе, за которой бушует чужая, молодая жизнь.

Именно за этим столом Кирилл и Лера начали свою тихую диагностику. Кирилл, как психотерапевт, мгновенно считывал информацию. Он видел, как Геннадий передает Инне сахар, не касаясь ее пальцев. Он видел, как они садятся подальше друг от друга на стулья, хотя на диване было достаточно места. Он видел, как они обращаются друг к другу формально, по имени, даже когда оставались одни. Он видел дистанцию. Невидимую, но прочную стену, которая выросла между ними за годы совместной жизни.

Лера, в свою очередь, замечала другие вещи. Она, как педагог, умела видеть, что творится за маской радушной радости. Она видела усталость в глазах Инны, те самые тонкие морщинки в уголках глаз, которые женщина пытается скрыть за слоем тонального крема. Она видела, как ее улыбка не гармонирует с ее глазами, как она постоянно что-то поправляет на себе или в доме, – это был нервный тик, признак внутреннего беспокойства. Лера видела женщину, которая очень старалась быть счастливой, но не была.

За ужином, когда Инна принесла свой знаменитый оливье, Лера решила нанести первый, пробный удар.

– Инна Геннадьевна, а вы как обычно встречаете Новый год? – спросила она с невинным любопытством. – У вас какие-то традиции? Может, в клуб идете? Говорят, в Москве сейчас столько крутых новогодних вечеринок.

Вопрос повис в воздухе. Инна смутилась, ее щеки залил легкий румянец.

– Ой, что ты, мы уже староваты для клубов, – смущенно засмеялась она. – Мы дома празднуем. Включаем «Иронию судьбы», выпиваем шампанское. Традиция, в общем.

Геннадий нахмурился, ему не понравился этот вопрос, слишком личный. Но Кирилл и Лера сделали вид, что ничего особенного не спросили. Они просто кивнули с пониманием. Но незаметно их взгляды встретились. Это был не просто взгляд. Это был целый диалог, безмолвный и мгновенный. В глазах Кирилла читалось: "Я же говорил. Лед толщиной в метр". В глазах Леры: "Диагноз подтвержден. Пациенты в тяжелом состоянии".

Они допили чай. Молодые извинились, сказав, что устали с дороги, и пошли наверх. А Инна и Геннадий остались одни в гостиной, в своей привычной, ничем не нарушаемой тишине.

– Ну… молодые, – только и смог сказать Геннадий, глядя на потолок.

– Да, – согласилась Инна. – Энергичные.

А наверху, в гостевой комнате, Кирилл обнял Леру.

– Ну что, психолог? – прошептала она. – Твой диагноз?

– Классический случай застаревшей депрессии быта, – ответил он серьезно. – Они любят друг друга, но забыли, как это делается. Они живут как соседи по коммуналке.

– И что будем делать, доктор? – улыбнулась она. Он посмотрел ей в глаза, и в его взгляде блеснул хищный огонек.

– Лед надо ломать, – сказал он. – И для этого нужна шокотерапия.