Читать книгу Вишня - Группа авторов - Страница 15

Максимилиан весь день маялся, работа не шла, он ворчал на подчиненных, выслушивая их мысли о его паршивом характере, просматривал личные дела сильных магов Академии для Евгении, и они, конечно же, не подходили на роль учителей: сильно смазливый, холостой, очень атлетичный, предприимчивый, активный – и всё это были не достоинства, а недостатки.

Дознаватель дал задания своим работникам, сам пошел освежиться. Когда он осознал, что в руках у него букет ярких цветов, коробки с игрушками, корзина с фруктами, понял, что он отчаянно пытался весь день гнать от себя мысли о Жене, но все его думы были о ней, все. Устав бороться с собой, создал портал и оказался у дверей эльфийского дома.

Максимилиан тут же заметил гирлянду из детских портков, трусов, полотенец, женской комбинации на ветках деревьев и рассмеялся.

Постучался. Женя открыла дверь. Магу бросились в глаза женские босые ступни, голые щиколотки, икры, объемная мужская рубаха с расстёгнутыми верхними пуговицами, волосы, собранные в высокий хвост как у эльфов, раскрасневшиеся щеки, влажные синие глаза, полуоткрытый рот. Член запульсировал, увеличиваясь, уткнулся в ширинку. Дознаватель нахмурил брови, свел у переносицы, опустил взгляд в пол: «Да, чтоб тебя», – сокрушаясь мысленно на реакцию своего тела.

– Здравствуй, Женя.

– Здравствуйте, проходите.

В комнате опять был бардак. Николас пополз за диван, и там закряхтел, Женя мгновенно подбежала, достала исследователя, он схватился за кулон и потянул.

– Э, нет, Нико, это не игрушка, – девушка из цепкого кулачка освободила вишенку.

Посадила ребенка в кроватку и с умным видом ему сказала:

– Ужин и сон, молодой человек.

Максимилиан разогрел еду. Женя кормила детей, маг убирал дом. Девушка периодически подглядывала за магом из кухни, наблюдая за волшебством. Дознаватель это чувствовал, еле удерживая улыбку. Несколько минут – дом в идеальном порядке.

Умыв детей, мама понесла их укладывать спать. Она напевала песню и смотрела в окно, как Максимилиан снимает с веток белье, хихикая.

«Смешно ему, а вот мне не смешно. Где я должна сушить?»

Маг тихо зашел в дом, снял обувь, положил на диван стопку отутюженного белья и пошел в столовую ждать Женю.

Мальчики уснули. На кухне девушка села на стул, заправив одну ногу под ягодицы, облокотилась на руку и произнесла:

– Я ухайдокалась!

Маг сидел в носках, в рубахе с закатанными рукавами и с пятном от фрукта на рубахе, вопросительно подняв брови.

– Устала значит. У вас пятно, Максимилиан, и спасибо вам огромное.

Максимилиан опустил взгляд, ладонью провел по воздуху у запачканного места, и ткань стала чистой.

Женя покачала головой:

– Так не честно, мммм. Спасибо за вкусняшки и цветы, и игрушки.

Дознаватель приподнялся, придвинул свой стул к стулу девушки.

– Женя, магия – это резерв внутри, внутренняя энергия, и ею можно управлять, направлять силой мысли. Магия – это как кровь, что двигается в теле, магия – лава, что тоже живет в нас, закрой глаза, почувствуй тепло, что двигается по рукам, ногам, телу, тепло это можно сконцентрировать в пальцах, мысль дает задание, ты руководишь и следишь за исполнением. Давай! Попробуй! Почувствуй!

Женя закрыла глаза, вытащила ногу из-под себя, положила руки на коленки, ладошками вверх, настраиваясь на какую-то лаву внутри.

Максимилиан жадно разглядывал её, имея такую возможность. Находясь близко, беззастенчиво всматривался в лицо, руки, ноги, грудь, представлял её без этих одежд. В пальцах его рук магия плавилась, подушечки горели, он сам таял рядом с ней, ему остро захотелось распустить её волосы, залезть в них, расстегнуть её рубаху. Дыхание Максимилиана стало порывистым и глубоким, шнуровка, что держала прическу Жени, развязалась, волосы упали на плечи, пуговица расстегнулась у рубашки, возбуждая воображение мага еще и еще.

Женя открыла глаза, попадая в омут черных глаз дознавателя. Он, не моргая, смотрел на девушку, в черноте его глаз закручивались воронки. Евгения удивленно разглядывала вихри в радужках глаз:

– Оооо! – протянула от необычности и таинства.

И тут мужчина горячими сухими руками захватил её лицо, пальцы пропуская в волосы, поднимая их к макушке, отрывисто дыша, с мычанием обрушился на губы. Женя закрыла глаза, отдаваясь неге, что затопила тело, отключая разум мгновенно, мужской запах проник в легкие, она обвила руками его шею, он со стоном одной рукой обхватил её за талию, утаскивая к себе на колени верхом. Евгения чувствовала промежностью его твердый пенис, чувствовала, как сама мгновенно возбудилась, и в паху теперь было горячо, то ли от соприкосновения тесного с мужчиной, то ли от такого сильного возбуждения. Языки соприкоснулись, замерли на доли секунды, и маг всосал язык в рот, причмокивая, постанывая, вжимая в себя Женю, руками углубляясь в волосы, задыхаясь от блаженства. «Она моя…моя!» – стучало в мыслях дознавателя. Он на инстинктах хаотично водил руками по спине, рукой провел по бедру, опустился к голой коже и обхватил щиколотку, Женя застонала ему в рот, он толкнулся в неё бедрами, поднимая таз, издавая гортанные хрипы. Женя плыла, целуясь сама, как голодная и одержимая сексом женщина.

Кто-то из детей заплакал, Женя очнулась, отпрянула от Максимилиана, высвободилась из рук и пошла в комнату. С гулко бьющимся сердцем и трясущимися руками погладила по животику Николаса, успокаивая его и себя. Нико не замолкал.

Максимилиан так и сидел на стуле, пребывая в каком-то трансе, выдохнул, тряхнул головой, посмотрел на пах, он не заметил, как эякулировал, магией высушил одежду, сжал кулаки, приводя дыхание в норму, поднялся.

– Зубки у него лезут, – сказала Женя.

Голос прозвучал хрипло, она прокашлялась, подняла взгляд на Максимилиана.

– Женя, через день король устраивает традиционный званный ужин, с тобой хочет познакомиться лично, ему интересно, кто стал няней сиротам.

– Я хочу усыновить Бэрни и Николаса. Это возможно?

Максимилиан замер, эта девушка выводила его из привычного размеренного жизненного уклада, она не была похожа на всех других женщин, принимала решения от сердца, провел по щетине, вздыхая:

– Да, возможно.

– Спасибо, я лягу с Нико, он не успокаивается, с магией потом разберёмся.

Максимилиан кивнул:

– Я завтра приду с Лакке, лекарь возьмёт микстуру для Нико.

– Спасибо, до завтра.

Максимилиан обулся у двери, вышел на улицу, поднял голову к небу и закрыл глаза, вдыхая воздух глубоко, понимая, что он влюбился, впервые в жизни. Это чувство не спутаешь, оно засело внутри и руководит теперь.