Читать книгу Эпоха заката империи: Корона из костей и пепла - Группа авторов - Страница 2

*21 июня 1216 года*

– ААААААААА!

Я рывком распахнула глаза – и замерла, не веря тому, что вижу.

Огонь исчез. Боль исчезла. Я лихорадочно осмотрела руки, поднося их к лицу, вертя ладонями перед собой. Ничего. Ни единого шрама от бесчисленных боев. Ни ожогов. Ни слезшей, обугленной плоти, которую черное пламя Короля Демонов превратило в кровавое месиво. Лишь крошечные, едва заметные следы – легкие ожоги от собственной магии огня, которые я получала на тренировках.

А сами руки… Они будто помолодели. Кожа гладкая, упругая, без мозолей от рукояти меча, без грубых наростов на костяшках.

Сорвавшись с кровати бросилась к туалетному столику, припадая к зеркалу.

"Господи…"

Кожа чистая, почти бледная, с россыпью веснушек на носу и щеках. Ни единой морщины. Ни шрама от когтей химеры, что полоснула по лбу в битве за императорский дворец. Ни рваной отметины на подбородке от гарпии. Ничего.

Я судорожно ощупывала лицо руками, не веря глазам. Пальцы искали привычные рельефы, неровности, следы войны – но находили лишь гладкую, девичью кожу. Будто тех трех лет ада не было вовсе.

Волосы… Мои волосы. Огненно-рыжие, густые, с медными и золотистыми переливами, рассыпались по плечам. Длинные – чуть ниже лопаток. Я обрезала их коротко на второй год войны, когда гончая Бездны чуть не задушила меня, намотав пряди на когти. После этого носила стрижку по-мужски: коротко, практично, удобно под шлемом.

А сейчас они снова длинные. Растрепанные после сна, непослушные, торчат во все стороны – точно такие, какими были тогда.

Лицо юное. Скулы четкие, но мягкие. Подбородок упрямый, но без той жесткости, что выточила война. Нос прямой, чуть длинноват.

Глаза – янтарно-золотистые, как у отца. Но в них горел иной огонь. Не тлеющие угли опыта, пережженные болью и потерями. А яркое, беспокойное пламя молодости.

Я медленно выдохнула, вглядываясь в свое отражение.

Резко обернувшись, принялась осматривать комнату – и сердце подпрыгнуло.

Моя спальня. В замке герцогства Эккард. Такая, какой была… давно. Очень давно.

Огромное помещение – метров пятнадцать на двенадцать, залитое утренним светом. Массивная кровать с балдахином из белого шелка, расшитого красными розами. Я всегда настаивала на светлом оформлении этой комнаты, в отличие от мрачных темных тонов остального замка. Отец уступил – единственный раз, когда он прислушался к моим желаниям.

Огромное окно во всю стену, с видом на сад. Туалетный столик, заваленный флаконами духов, шкатулками с украшениями, гребнями – весь этот дамский арсенал, который презирала. Книжные полки вдоль стены, мольберт у окна (я увлекалась живописью – тогда, в прошлой жизни, когда было время на такую роскошь, как хобби).

Гобелен на восточной стене – я кинулась к нему и да, за ним скрытая ниша, где прятала дневники и запрещенные книги по боевой магии, которые тайком таскала из библиотеки отца.

И балкон. Маленький балкон с видом на Сад Пламенной Розы.

Все на месте. Все цело. Не разрушено. Не сожжено. Не залито кровью.

– Неужели этот ублюдок поместил меня в какую-то иллюзию? – пробормотала я.

Тьфу.

Машинально сплюнула – и тут же осознала, что это не земля боевого лагеря, а роскошный шелковый ковер посреди моей комнаты. Персидский. Ручной работы. Стоит как три боевых коня.

– Вот же ты, Веста, чудила, – бурчала я, стягивая покрывало с кровати. – Совсем одичала, блять.

Упала на колени, яростно вытирая плевок тканью. Руки тряслись. В голове бушевал хаос – мысли налетали, сталкивались, разлетались осколками.

Иллюзия? Предсмертная галлюцинация? Или…

Или хуже. Гораздо хуже.

– Госпожа Вестия, вы в порядке?

Я замерла.

Этот голос.

До боли знакомый. До тошноты ненавистный. Голос человека, который просто обожал стучать на меня отцу, превращая и без того несладкую жизнь в настоящий ад.

Но сейчас – именно сейчас – я была безумно рада его слышать.

Дверь тихо приотворилась, и в комнату скользнула Агата Шварц.

Женщина сорока лет, сухощавая, будто вобрала в себя всю строгость мироздания. Темные волосы стянуты в тугой пучок, ни единого выбившегося волоска. Карие глаза – холодные, осуждающие, полные вечного неодобрения. Поджатые губы – казалось, она родилась с этим выражением лица. Серое платье, белый воротничок, связка ключей на поясе.

Идеальная слуга технически. Эмоционально – ледышка. Отец назначил ее моей старшей камеристкой специально – следить, докладывать о каждой "странности". Агата считала меня позором рода. Я ее ненавидела. Взаимная антипатия в чистом виде.

Ее взгляд скользнул по мне, задержался на одеяле в моих руках, на мокром пятне на ковре.

– Леди Вестия, – голос стал вызывающе осуждающим, – что вы уже натворили?

Мне было плевать.

– Агата! – я бросила одеяло и кинулась к ней. – Я так рада тебя видеть!

Повисла на шее ошарашенной женщины. Та чуть не рухнула от неожиданности, попятилась, пытаясь сохранить равновесие.

– Л-леди Вестия! – она задыхалась, будто я душила ее. – Ваше поведение… кхм-кхм… совершенно недопустимо для леди вашего ранга!

– Да-да-да, – отпустив ее, отступила на шаг. – Бла-бла-бла, недопустимо, неприлично, позорище. Знаю-знаю.

Вся моя радость испарилась за секунду. Эта женщина одной фразой магическим образом убила любые теплые чувства. Впрочем, ничего нового.

Я схватила ее за руки – Агата вздрогнула, глаза расширились.

– Какой год, Агата? – выпалила я, сжимая ее запястья. – Какой, блять, год?!

– Э-м… – на лице камеристки отразилось искреннее недоумение. Наверняка решила, что взбалмошная младшая дочь герцога окончательно спятила. – 21 июня 1216-й год Эры Могущества, госпожа.

1216-й.

За четыре года до моей смерти.

За год до начала апокалипсиса.

– Спасибо, Агата, – выдохнула я, разжимая пальцы. – Можешь идти.

– Но, леди, вам нужно…

– Я СКАЗАЛА ИДИ!

Рявкнула так, что женщина физически отпрянула, побледнела. На секунду в ее глазах мелькнул неприкрытый страх. Она развернулась и поспешно вышла, плотно прикрыв дверь.

Тишина.

Я стояла посреди комнаты, тяжело дыша. Сердце колотилось, как бешеное. В ушах звенело.

1216-й год.

Я вернулась. Не иллюзия. Не галлюцинация. Я реально вернулась на четыре года назад.

– Как ты это провернул, рогатый ублюдок? – выдохнула я в пустоту.

Ответа, разумеется, не последовало.

Ноги подкосились. Я опустилась на край кровати, уткнулась лицом в ладони.

Черное пламя Короля Демонов. Та нечеловеческая боль. Смерть – я умерла, я это точно знаю. А потом… пустота. И пробуждение здесь.

Магия времени? Но это невозможно. Все великие маги утверждали, что время нельзя повернуть вспять. Можно замедлить, ускорить, заморозить на мгновение – но не отмотать назад.

Или… месть? Его месть? Король Демонов мог…

– Ладно. – Я стёрла ладонью влагу с глаз. – Механизм не важен. Важно только, что у меня есть фора. И я её не просру.

Я медленно выпрямилась, сжала кулаки.

1216-й год. В течение этого года монстры начнут появляться все чаще. Сначала единичные случаи на окраинах – будут списывать на диких зверей. Потом участятся. Начнут пропадать люди, особенно маги и эльфы – их похищают целенаправленно, используют как жертвы для ритуалов открытия разломов.

А ровно через год, в день летнего солнцестояния 1217-го, откроются сотни порталов по всей Империи. И мир захлебнется в крови.

– Фух… – я упала спиной на кровать, раскинув руки. Уставилась в шелковый балдахин. – Время еще есть.

В прошлый раз я не смогла никого защитить. Потому что была слабой. Неопытной. Глупой девчонкой, которая играла в войну.

Отец погиб, прикрывая отступление. Эдвин – разорван химерой. Маленький Лорен… его даже хоронить было нечего.

Я сжала зубы, загоняя воспоминания обратно.

Сейчас у меня есть время. Знания. Опыт трех лет войны. Я знаю, когда откроются разломы. Знаю слабости монстров. Знаю, кто выживет, кто предаст, где найти союзников.

Я стану сильнее. Намного сильнее.

И не дам никому погибнуть.

– Тренировки, – пробормотала я, глядя в потолок. – Мне жизненно необходимо начать тренироваться. Прямо сейчас.

Но тут же вспомнила – осознание обрушилось, как ушат ледяной воды.

Сейчас еще важны манеры. Отец не даст мне полноценно тренироваться с мечом и магией. Для младшей дочери герцога это неприлично. Я должна вышивать, танцевать, учиться управлять хозяйством. Боевая подготовка – только базовая, для самообороны, раз в неделю.

– Этот сраный этикет! Да чтоб его разорвало разломом! – взревела я, вскакивая. – Святошья гниль, а не манеры! В будущем они никак не помогают мочить монстров! Благодаря им я смогу лишь пощекотать их вилочкой за ушком, перед тем как они отгрызут мне голову!

Плюнула от злости – и тут же виновато вытерла слюну носком.

– Давай, Веста, думай, – я прошлась по комнате, нервно теребя прядь волос. – Не будь туманной головой. Стандартной утренней тренировки хватит, чтобы проверить уровень моих навыков сейчас. А основные… основные буду проводить тайком. В восточной башне. На рассвете или после заката.

План начал формироваться.

Я глянула на часы – огромные напольные, с маятником. Половина девятого.

– Черт! Опаздываю!

Схватила колокольчик со столика, яростно зазвонила. Через минуту в дверь просунулась голова молоденькой горничной – перепуганная, с круглыми глазами.

– Тренировочный костюм! Живо! – рявкнула я.

Девчонка пулей вылетела из комнаты.

***

Минут через десять я уже пересекала внутренний двор замка, направляясь к внешнему – туда, где располагался магический полигон.

Тренировочный костюм сидел непривычно свободно – темные штаны, туника, кожаный корсет для поддержки спины. Мое тело еще не закалено войной. Не набрало той мускулатуры, тех мозолей, той жилистой силы. Сейчас я просто юная девушка, которая раз в неделю машет мечом для галочки.

Но это изменится. Очень скоро.

Выйдя на внешний двор увидела магический полигон. Квадрат пятьдесят на пятьдесят метров, окруженный мерцающими защитными барьерами. Земля оплавлена и покрыта трещинами от постоянных магических атак – здесь тренируются огненные маги дома Эккард.

В центре полигона стоял Капитан Рауль Железная Рука.

Сорок два года, коренастый, мускулистый, с телосложением боевого быка. Огромные руки – прозвище он заслужил силой хвата. Поговаривали что он может сломать меч голыми руками. Я видела это однажды – впечатляет.

Темные волосы с сединой, коротко стриженные. Густая борода, тоже с проседью. Карие глаза – прямые, честные, без намека на хитрость. Правая рука от запястья до локтя покрыта шрамами от ожогов – он спас отца от магической атаки пятнадцать лет назад, приняв удар на себя.

Фанатично предан герцогу Рейнхарду. Готов умереть за него без колебаний. Характер прямолинейный, грубоватый, с юмором не дружит. Но надежен как скала.

Сейчас на его лице читалось легкое раздражение. Я опоздала на пять минут.

Раньше это меня расстраивало – я пыталась угодить, извинялась, оправдывалась.

Сейчас? Мне плевать. Важно только одно – проверить собственное тело, понять, на что я способна.

– Леди Веста, – голос гулкий, командирский. – Вы готовы?

Он вытащил меч из ножен – длинный полуторный, боевой, не тренировочный. Указал на центр полигона приглашающим жестом.

– Сегодня посмотрим, как вы комбинируете магию огня и клинок в бою. Стандартное упражнение: защита, контратака, использование заклинаний для создания преимущества.

– С удовольствием, капитан Рауль, – я прошла к стойке с оружием.

И замерла.

Мечи. Тренировочные – облегченные, затупленные, для благородных девиц. Я взяла один, взвесила в руке.

Легкий. Очень легкий. Будто держу не меч, а деревянную палку.

Раньше постоянно жаловалась, что они тяжелые. Просила капитана дать мне облегченную версию. Ныла, что руки устают.

А сейчас… Сейчас я физически не смогу сражаться этой зубочисткой. Мышечная память требует веса, баланса, настоящего клинка.

– Прошу простить мою грубость, капитан, – проговорила я, стараясь подбирать слова аккуратно, – но этой зубочисткой я сражаться не могу. Позвольте сменить оружие.

Как же тяжело подбирать слова. Отвыкла от всей этой помпезности. За три года войны речь огрубела – матом, приказами, короткими фразами. Светские обороты вылетели из головы.

На лице капитана отразилось искреннее изумление. Брови полезли на лоб, рот приоткрылся.

Еще бы. Избалованная дочка герцога, которая вечно хныкает о тяжелых мечах, вдруг просит что-то потяжелее.

Так и хотелось ляпнуть что-нибудь едкое, добавить сарказма. Но я стойко держалась, повторяя про себя мантру: "Веста Эккард, спрячь яйца, они тебе не по рангу. Ты леди. Ле-ди. Пока что."

– Возьми мой.

Голос за спиной.

Глубокий баритон с легкой хрипотцой.

Отец.

Я замерла. Кожей почувствовала тепло его тела в трех шагах позади. Услышала размеренное дыхание. Биение сердца – сильное, ровное, живое.

Биение того самого сердца, которое остановилось в моих окровавленных руках.

Глаза защипало. Комок встал в горле. Я сжала зубы изо всех сил, загоняя эмоции обратно.

Не плакала, когда отец умирал. Тем более не заплачу, когда он жив.

Медленно развернувшись на каблуках узрела отца, именно таким каким он остался в моей памяти.

Герцог Рейнхард Эккард. Пятидесятилетний мужчина. Высокий – под метр девяносто. С широкими плечами, мощной грудью, крепкого телосложения. Военная выправка сохранилась с молодости, хотя талия стала чуть шире – возраст берет свое.

Лицо изборождено морщинами опыта. Глубокие складки у рта, «гусиные лапки» у глаз, две вертикальные морщины между бровей – след постоянного напряжения и ответственности, груза власти.

Волосы когда-то были иссиня-черными, как ночь. Теперь – седая сталь, особенно на висках. Короткая борода, тронутая сединой, которую он отрастил пять лет назад, после смерти матери. С тех пор не сбривал.

Глаза – та же янтарно-золотистая гамма, что у меня. Но с красноватым отблеском, будто в глубине тлеют угли. Когда он использует магию огня, радужка вспыхивает буквально. Взгляд тяжелый, проницательный, властный – тот, что заставляет опускать глаза даже опытных придворных.

Руки крупные, жилистые, с выступающими венами. Шрамы – одни от боевых ран юности, другие от магических ожогов. Цена освоения стихии огня. На правой руке массивный золотой перстень с гербом дома Эккард. На левой – простое обручальное кольцо. Не снимал ни разу с момента смерти мамы.

Одет строго, практично. Темно-синий камзол из дорогой ткани, минимум золотого шитья. Черные брюки, высокие сапоги. На поясе короткий церемониальный меч – семейная реликвия, хотя в бою он давно предпочитает магию.

Сейчас он стоял у края защитного барьера, протягивая мне свой меч.

Я задержала взгляд на его глазах. Живых. Полных силы. В них горел огонь – не угасающий пепел умирающего, а яркое пламя.

Губы сами дрогнули в улыбке – едва заметной, на долю секунды.

– Благодарю, отец, – проговорила я, принимая меч.

Тяжелый. Длинный – полуторный боевой клинок. Идеальный баланс, рукоять удобно ложится в ладонь. Настоящее оружие, не игрушка.

Я развернулась, возвращаясь к капитану Раулю. Приняла боевую стойку – ноги на ширине плеч, вес на носках, меч в правой руке, левая свободна для магии.

– Ну что, – выпалила я, ухмыляясь, – попляшем петушок? Тьфу.

И снова мой язык смолол раньше, чем мозг успел включиться.

Повисла тишина.

Сзади раздался громкий, тяжелый вздох отца.

Капитан Рауль покачал головой, лицо стало каменным.

"Молодец, Веста. Отличное начало. Леди, мать ее."

– Приношу извинения, – я постаралась изобразить смущение, – но мы пришли сражаться или языком молоть?

Не дав капитану шанса ответить ринулась вперед.

***

Рауль среагировал мгновенно – опыт сработал. Вскинул меч, заблокировал мой удар. Металл звякнул о металл, искры брызнули.

Обернувшись вокруг своей оси, отскочила в сторону – и тут же атаковала снова. Диагональный удар справа налево, целясь в шею.

Блок. Он легко отбил атаку, контратаковал – быстрый выпад в корпус.

Отклонилась, лезвие просвистело в сантиметре от груди. Отступила на два шага, меняя дистанцию.

– Неплохо, леди Веста, – голос капитана ровный, спокойный. – Но предсказуемо. Классическая школа Эккард. Попробуйте добавить…

Я не стала слушать.

Рванула вперед, замахнулась горизонтальным ударом – он приготовился блокировать. В последний момент я присела, ушла в подсечку. Нога прошла по голеням капитана, подкосив его.

Рауль охнул, теряя равновесие, начал падать. Я использовала этот миг – вскочила, развернулась, ударила рукояткой меча ему по запястью. Его клинок выпал из ослабевших пальцев.

Наставила острие ему под горло.

Три секунды. Бой закончился за три секунды.

Капитан замер, глядя на меня снизу вверх. В глазах читался шок, недоумение, искра злости.

– Подсечка? – выдавил он. – Это… это не благородная техника. Это дворовая драка, леди Веста!

– Но эффективная, – парировала я, убирая меч. Протянула руку, помогая ему подняться. – Мертвому рыцарю плевать на благородство, капитан.

– Леди Веста! – он вскочил, отряхивая штаны, лицо покраснело. – Ваш отец…

– Продолжайте, капитан, – голос герцога прозвучал властно.

Я обернулась. Отец стоял у края барьера, скрестив руки на груди. Лицо непроницаемое.

– Но, милорд, – Рауль растерянно посмотрел на него, – это грязный прием! Леди Веста использовала…

– Эффективный прием, – перебил его отец. – Продолжайте.

Капитан открыл было рот, но промолчал. Кивнул, поднял меч.

– Как прикажете, милорд.

Развернулся ко мне. Теперь в глазах горела злость. Задетое самолюбие. Его только что уложила на лопатки шестнадцатилетняя девчонка позорным приемом. Это надо исправить.

– Еще раз, леди Веста, – процедил он сквозь зубы. – И на этот раз я не буду церемониться.

– Отлично, – я усмехнулась, приняла стойку. – Мне так больше нравится.

Он атаковал первым – яростно, напористо. Серия быстрых ударов, один за другим. Вертикальный, горизонтальный, диагональный, выпад. Без пауз и передышки.

Я блокировала, отступая по кругу. Руки еще слабые – непривычно. За три года войны мышцы окрепли, удары стали мощнее. Сейчас я ощущала каждый блок – вибрация отдавалась в костях.

Но мышечная память была жива. Опыт никуда не делся.

Рауль замахнулся вертикальным ударом сверху – пытался расколоть мне череп. Я не стала блокировать— ушла в сторону, шагнув влево. Лезвие просвистело мимо, ударилось о землю, подняло фонтан оплавленной пыли.

Я развернулась, ударила коленом в бок капитану. Он охнул, согнулся. Не давая опомниться, провела мечом по его клинку – резкий удар сбоку, выбивающий. Оружие полетело в сторону.

Левой рукой собрала магию – горячая волна откликнулась мгновенно, жадно. Огонь всегда был моей стихией. Оранжевое пламя вспыхнуло на ладони, я швырнула небольшой сгусток прямо в лицо Раулю.

Он инстинктивно шарахнулся назад, прикрывая глаза рукой. Пламя рассеялось в сантиметре от лица – я контролировала силу, не хотела реально калечить.

Но этой секунды хватило.

Подскочив, ударила ногой в грудь – не сильно, но достаточно. Капитан потерял равновесие, рухнул на спину и наставила меч ему на горло.

Снова.

– Бой окончен, – проговорила, тяжело дыша.

Рауль лежал, глядя в небо. Грудь вздымалась. На лице застыло выражение абсолютного недоумения, смешанного с чем-то похожим на страх.

– Как… – выдавил он. – Как вы это сделали, леди Веста?

Опустив меч, протянула руку. На этот раз он принял помощь молча, поднялся. Отряхнулся, покосился на меня с опаской.

– Магия плюс ближний бой, – пожала плечами. – Вы же сами просили показать комбинацию, капитан.

– Но вы… вы никогда раньше не сражались так. Это не техника дома Эккард. Это…

– Импровизация, – перебила я. – Разве не этому учат воинов? Адаптироваться, использовать любое преимущество.

– Использовать – да. Но не грязные приемы! Подсечки, удары коленом, пламя в лицо – это методы уличных бандитов, а не благородной леди!

– Мертвой благородной леди эти методы не помогут, капитан, – повторила я холодно. – А живой бандитке – помогут.

– Леди Веста! – он побагровел. – Вы…

– Достаточно, Рауль.

Голос отца прозвучал тихо, но властно.

Капитан мгновенно замолчал, развернулся опустив голову.

– Простите, милорд. Я забылся.

– Ничего, – герцог Рейнхард медленно пересек барьер, шагнул на полигон. – Уйди. Мне нужно поговорить с дочерью наедине.

– Слушаюсь, милорд.

Рауль поднял свой меч, поклонился и быстро удалился, явно довольный возможностью сбежать.

Я осталась одна с отцом.

Он подошел ближе, остановился в трех шагах. Долго смотрел на меня молча. Изучающе.

Но взгляд я выдержала. Не отвела глаза, как раньше. Не опустила голову, как положено послушной дочери.

Смотрела прямо. По-воински. По-равному.

Брови отца приподнялись на миллиметр.

– Где ты научилась так сражаться? – спросил он наконец.

Прямо. Без обиняков. Он всегда был таким – не тратил слова впустую.

Я задумалась. Что сказать? Правду? «Отец, я вернулась из будущего, где ты умер на моих руках, а мир сожгли демоны»? Он решит, что я сошла с ума.

– Книги, – соврала я. – Читала трактаты по боевому искусству. Из вашей библиотеки. Тайком, – добавила честно.

Не совсем ложь. Я действительно таскала книги.

– Книги, – повторил он медленно. – Книги не научат подсечкам. Книги не дадут рефлексы. То, что ты продемонстрировала – опыт. Реальный боевой опыт.

Он подошел вплотную, склонился, вглядываясь в мое лицо.

– У тебя глаза изменились, Веста.

Я сглотнула. Сердце бешено колотилось.

Он видел. Конечно, видел. Герцог Рейнхард Эккард не зря считался одним из величайших воинов Империи. Он чувствовал бой, чувствовал людей.

– Я просто… – начала было я.

– Не ври, – оборвал он. – Я не требую объяснений, если ты не готова. Но не ври мне в лицо, дочь.

Я замолчала.

Он выпрямился, скрестил руки на груди. Долго смотрел куда-то вдаль, за стены полигона. Думал.

– Мы вернемся к этому разговору. – И не проронив больше и слова ушел. А я стояла как заколдованная и смотрела на широкую удаляющуюся спину отца