Читать книгу Таёжные прятки - - Страница 6

Утро застало меня в той же позе, в которой я замерла с ночи. Протираю глаза, достаю бинокль и понимаю, что использовать его опасно: вдруг будут блики от солнца. Достаю из рюкзака, привязанного рядом, большой чёрный тонкий пакет и наматываю его на бинокль, закрывая полностью. Теперь можно попробовать смотреть.

Чувствую, что мне что-то очень мешает. Спохватываюсь, снимаю прищепки с носа. Так гораздо лучше.

Вспоминаю, что мне нужно увидеть, есть ли собаки в распоряжении охотников. Выдыхаю. Нет.

Командует на поляне тот же мужик, который заведовал ночью закапыванием. Он очень похож на того, чьё отражение я видела в реке. Тоже черноволосый, с проседью, держащий осанку строго и чеканящий каждый шаг. Явно военный или бывший.

Он делит парней на группы и ставит им задачи. Группа из пяти парней садится на небольшие четырёхколесные открытые машины без дверей и крыши. Двое идут в моём направлении, ещё двое в противоположном. Сам же командир, прикрикивая на охотников, садится на извращённое подобие мотоцикла, оснащённого цепями и странными большими колёсами, между которыми висит железная цепь с шипами. Впервые вижу такой гибрид мотоцикла и вездехода.

Убираю бинокль, затихаю. Рядом с моим укрытием проходят двое охотников. Они обсуждают между собой план. Вслушиваюсь так внимательно, что едва не падаю. Вовремя натягиваю веревку, растянувшуюся во время сна.

– Так когда он сказал, начнется реальная охота? – спрашивает один из них.

– Завтра. Сегодня просто пошумим, погоняем. Даже если увидим кого-то, проедем мимо или пройдем. Пусть расслабятся.

– Зачем такие заморочки? У каждой из толстых маячок внутри рюкзака.

– Серп сказал, что их страх должен быть реальным. И к тому же четверо хитро мудрых дамочек маячки нашли и выбросили. Остальные пока светятся на экране у боссов.

– Хорошо, а то я уже устал копать траншеи под сигналку.

– Мда. С Серпом лучше не спорить и в плен к нему не попадать!

– Думаешь, к Командо́ру попасть лучше?

– К нему тоже плохо, но он хотя бы не тащится, причиняя боль!

– Если у него плохое настроение, то он тот ещё садист!

Затаиваю дыхание. Пытаюсь понять, они разговаривают под деревом, потому что меня обнаружили и хотят, чтобы я знала, к чему готовиться, или просто потому, что это место далеко от лагеря, и боссы не услышат, как они тут перемывают им кости?

– Смотри, тут много следов. Кажется, не одна овца тут за едой ходила!

Слышу смех.

– Надо посмотреть, куда они ведут.

Двое удаляются. И только после того, как слышу их отдалённый разговор на берегу реки, выдыхаю. Вопрос о моём нахождении пока не снимается.

Лагерь пустеет, и я могу спокойно поесть. При дневном свете, который проникает через густую завесу моего убежища, оказывается, что в пакете с едой только печенье, конфеты и маленькая пачка сока. Что ж, так тоже можно жить.

– Интересно, я уже похудела? – произношу мысленно и сама себе улыбаюсь.

Двое возвращаются в лагерь, по пути докладывая о следах по рации.

Придётся этой ночью питаться тем, что осталось. Спускаться и забираться на дерево – очень непростые задачи.

Развлекаюсь осмотром территории в бинокль. Замечаю, как из дома с лекарствами выходит очень красивый парень. Как и все тут, коротко стриженный, накачанный. Мышцы его перекатываются под кожей. Я это вижу, так как рубашки на нём нет. И штанов, кстати, тоже. Лишь короткие шорты.

Его прямо сейчас можно было бы поместить на обложку любого журнала для культуристов. Хотя он бы и в смокинге на голое тело смотрелся бы шикарно!

– Так, – снова отвешиваю себе мысленный подзатыльник. – Ещё не хватало слюнки пускать на того, кто охотится за невинными девушками.

– Но как же он хорош! – всё ещё бьётся мысль в моей голове.

Парень выливает себе на голову воду из ведра, отфыркивается, трясет волосами. Я же залипаю на струйках воды, стекающих по рельефному телу.

Надо отвлечься. Срочно!

Я уже определила, кто и где остаётся на ночь. Высмотрела, кто закрывает окна, а кто нет. Какая система оповещения о вторжении и где она располагается. Ловлю себя на еще одной мысли, что упустила из вида второго босса. Командо́ра.

Интересно, почему они его так странно называют. Хотя Серп не лучше!

Проходит несколько часов моего вынужденного безделья. На пустой лагерь смотреть неинтересно. Другое дело, когда в нем кипит жизнь.

Охотники возвращаются за час до темноты. Собираются возле костра и о чем-то тихо переговариваются. И вот эти разговоры мне бы очень хотелось подслушать! Но не получится. Слишком далеко.

Сумерки опускаются на лес и лагерь. Парни разбредаются по домам, и на поляне снова становится тихо. И лишь в одном доме не загорается свет. То ли Командо́р ещё не вернулся, то ли дела у него за домом.

Отвлекаюсь на еду и пропускаю момент, когда лампочка загорается в его комнате.

Смотрю в бинокль, меняя режим. Вижу, как скелет что-то кладёт себе на голову, а потом растирает. После этого происходят ещё какие-то манипуляции. Сменяю режим, когда скелет возвращается в комнату.

– Да он мылся! – проносится в моей голове.

Вижу, как он ходит по комнате, замотавшись в какую-то тряпку.

Руки сами собой поднимаются к голове. Волосы неприятно грязные и кожа чешется. Завидую мужику по-черному. Начинаю забывать, что это такое – горячий душ. Стараюсь не чесаться, но тело словно настроено против меня, посылая зуд по всему телу.

Убираю бинокль, слегка чешу спину о ствол дерева.

Время спать. Надеваю на нос прищепки и проваливаюсь в сон.