Читать книгу Калейдоскоп. В шутку и всерьёз. - - Страница 2

Стремление к юмору в разной степени присуще каждому человеку, и проявляться оно может разными способами. Так, будучи молодым человеком, я пришёл в редакцию юмористического журнала «Крокодил» с предложением создать в их журнале словарь по изложенной мною схеме. Слова в нём располагаются по алфавиту, но так, чтобы конец первого изречения служил началом второго, конец второго – началом третьего и т. д.

В качестве примера я предложил конкретную цепочку слов:

Абракадабра – сестра абсурда.

Абсурд – поразительное по своей нелепости высказывание, которое нередко звучит в ответах абитуриентов.

Абитуриент – субъект, часто возлагающий надежду на авось, и т. д., и т. п.

Сотрудники редакции поинтересовались, кто я такой, и, узнав, что перед ними студент физик, понимающе закивали головами. Однако создавать словарь по предложенной схеме отказались.

Молодёжь препятствия не останавливают. Спустя год я принёс несколько рассказов в редакцию журнала «Юность». Один из них обсуждался на редакционной коллегии на предмет публикации в ближайшем номере журнала. Главный редактор журнала – поэт Андрей Дементьев– поинтересовался, кто автор рассказа.

Узнав, что автор учится на физическом факультете, он категорически заявил: «Печатать не следует. Не дай Бог, он вообразит себя литератором и бросит изучать физику!»

Грешным делом, об этом подозревали и мои родители. Папа сказал: «Сначала получи диплом физика, а потом юмори сколько хочешь».

Юморить, сколько хочешь, не получилось. Мои публикации в журналах касались вещей серьёзных, а юмор во мне жил в тлеющем режиме. Я преподавал, и на лекциях по физике иногда юмор пробивал себе дорогу, что, кстати, не в пример сотрудникам юмористических и неюмористических журналов, ценили студенты. Не только ценили, но и не забывали после окончания университета. Так, бывшая студентка в новогоднем выпуске вузовской газеты написала, что безумно хочет поздравить с Новым годом двух преподавателей, в том числе меня, не только за компетентность, а главное (она так и написала главное) за то, что они отзывчивые, добрые, весёлые люди.

Отмечу, что попутно с публикациями в серьёзных журналах, я опубликовал несколько сказок. Но и здесь не обошлось без пограничных с юмором «заковырок».

В редакции журнала «Колобок» при обсуждении сказки о волках меня спросили, где я видел, чтобы волки дружили и, тем более, пели. Сотрудницу журнала нисколько не смущало, что это сказка. Поскольку в следующей сказке, которую я хотел предложить, птички друг с другом разговаривали, пришлось в высшей степени познавательную беседу прекратить и прежде времени откланяться.

В другом журнале, слава Богу, сказали, что им сказки понравились, но после трёх публикаций сотрудничество со мной прекратили по причине того, что платить мне много они не могут, а я могу подать за это на них в суд. Так и сказали, что не хотят судебного разбирательства, хотя я даже во сне не помышлял об этом. Всем этим «заковыркам» я не мог найти объяснения.

Однако, поразмыслив хорошенько, я пришел к выводу, что это судьба. Помог также анекдот из подборки Юрия Никулина: «Из пунктов А и Б вышли навстречу друг другу два поезда. И хотя поезда ехали по одноколейке, добравшись в противоположный пункт, они не встретились. Спрашивается, почему? А, просто не судьба!»

Подтверждение этого вывода не заставило себя долго ждать. В одной очень солидной редакции меня обрадовали. Мою сказку о путешествующей капле они опубликовали в каком-то календаре (я до сих пор не знаю, в каком календаре), но с авторством под другой фамилией, потому что в редакции я долго не появлялся. При этом мне не сказали, после какого срока давности произведение одного автора можно печатать под другой фамилией. Я посчитал, что для человека, склонного к юмору, это вполне нормально, и нисколько не удивился.

После таких внушительных достижений на литературном поприще, я послал в один из весенних дней, когда ярко засветило солнышко, в «Аргументы и факты» аифоризм, соответствующий моим литературным успехам – «Пришла весна, надежды тают», и его без проволочек опубликовали.

Ещё иногда я писал стихи, и это тоже приветствовали мои студенты.

Постепенно мысль о том, что жить и говорить с юмором в прозе и стихах о серьёзных вещах не только можно, но и нужно, совершенно во мне окрепла. Юмор помогает творчеству, каким бы оно не было, и неизменно выводит на серьезные мысли. Эта вполне серьёзная мысль реализовалась на бумаге, а что получилось в результате, вы узнаете сами. Предполагается, что форма изложения в виде калейдоскопа подходит для чтения в любом месте, когда хочется расслабиться, если даже придётся задуматься о чем-нибудь серьёзном и несерьёзном, повседневном и вечном.