Читать книгу Королевство иллюзий - - Страница 9

Тео, уяснив, что богиня в дополнительной заботе не нуждается, отстал, снабдив нас оригинальным фонарём, внутри которого горит толстенная свеча, и отправил во флигель.

Мирея, залившись стыдливым румянцем, предложила свою ночную рубашку. Такая прелесть: тонкая ткань, расшитая по подолу кружевом, на широких, с воланом по краю, бретелях, белоснежная! Конечно же новая! Велика, но так кстати!

– Спасибо, милая, – кидаюсь на грудь хозяйки в благодарном порыве. Её проняло до слёз! А мне каково?! Я же не смогу ничем отплатить! Стыдно…

Костик утаскивает меня из объятий и куда-то зовёт, но точно не во флигель,

– Пошли, что покажу! – я уже еле ползу, но он тут всё знает, по пустяку не позвал бы.

Тащусь на автопилоте, любимый держит крепко, не давая оступиться и грохнуться в потёмках. Обогнув очередную группу кустов, он наконец-то останавливается, а я чуть не натыкаюсь на его спину. Но любимый вовремя перехватывает моё бренное тело, пропустив немного вперёд и освещает фонарём впереди себя.

– Как это? – не сразу понимаю, что звёзды внизу не настоящие, а лишь отражение ночного тёмного неба в такой же чёрной, как небо воде,

– Купель. За день вода нагрелась, но здесь тенёк, так что в самый раз, чтобы освежиться, смыть дорожную пыль и пот. Не желаешь окунуться, богинюшка?

– Опять?! – желаю, конечно, но Берти ещё тот подкольщик, цепляет меня всё время, а я ничего не могу с этим поделать!

– Но мы же одни, – мурчит на ушко, вот котяра!

Быстро освобождаемся от одежды и спускаемся в маленький овальный бассейн. Его стенки выложены гладким камнем, а дно ровное, как плита. Водичка – прелесть! Устраиваемся друг против друга, в неровном свете фонаря замечаю, что любимый мужчина, погрузившись по грудь, откинул голову на бортик и наслаждается покоем. Такой величественный, такой красивый, вот он реально на бога тянет больше, чем я. Вспоминаю, как впервые увидела его измученным и грязным худым скелетом, как отправила в душевую, как травила паразитов… Жуть!

А он оказался особой королевских кровей и довольно уверенно чувствует себя в этом образе. Хотя, ему ещё требуется доказать свой статус! Не мне, я уже поверила, а вот остальные?

– Берти, – прерываю минутку релакса.

– Что, любимая? – спрашивает, не меняя позы.

– Что дальше? Твои планы?

– Выспимся, как следует, – зевает, тоже притомился, – пробудем до обеда, возьмём коня у Тео, чтобы пешком не топать, как сегодня, и отправимся назад в твой мир. Ты останешься, а я вернусь, надо разбираться со всем этим дерьмом.

– Хочешь меня выгнать? – от его идеи душа сжалась в комок.

– Ты сама говорила, что должна вернуться. Как разберусь со всеми проблемами, так за тобой и приду, – ох, не нравится мне эта идея. Переплываю на его сторону, подгребаю поближе,

– А, может, я буду тебе здесь полезна? – не представляю, что делать без него дома? Сидеть и дожидаться у моря погоды, пока он тут добивается правды? А если моя помощь потребуется? А я далеко и ничего не знаю? Я ж с ума сойду! Или прожду напрасно, а он так и не вернётся за мной?! А я всё буду сидеть и тосковать, и так и состарюсь в одиночестве…

– Это не твой мир, любимая, – подхватывает меня подмышки и легко втаскивает на себя, зачерпывает пригоршнями воду и поливает плечи, – я подарю тебе его весь целиком и полностью, но когда он станет безопасен.

Лежу на широкой груди, откинув голову на его плечо, любуюсь бархатным бриллиантовым небом и понимаю, что он прекрасно знает и, наверное, давно, что никакая я не богиня, а простая девчонка, поэтому и старается спрятать туда, где не обидят. Похоже, ситуация действительно серьёзная. Но мне дома без него делать нечего и откладывать любовь на потом, не могу,

– Я хочу с тобой, Берти! Здесь и сейчас, завтра и всегда!

– И я хочу! – шепчет тихо-тихо мне на ушко, – так и будет. Я сделаю тебя самой счастливой королевой из всех, что когда-либо были в Абекуре! Золотая моя, сильная, хрупкая девочка… – он говорит на своём тягуче-мелодичном эсперато, и я уплываю по волнам блаженства и сна всё дальше и дальше…

***

Просыпаюсь во флигеле, в постели, в Мириной сорочке, за небольшим оконцем брезжит розовый рассвет.

– Берти! – любимого нет рядом, но он откликается уже на выходе,

– Тань, ещё рано, поспи, я скоро.

– Куда?! – подскакиваю, сон слетает мгновенно.

– Не волнуйся, – возвращается, усаживается рядом, обнимает плечи, – дальше сада не сбегу, есть одно небольшое дело, надо выполнить его, пока не ушли отсюда. Спи, – целует в макушку, – Тео уже ждёт, я быстро…

Уходит, снова валюсь на подушку, и вязкая дрёма пока ещё прохладного полумрака, забирает опять в свои чертоги…

***

Окончательно пробуждаюсь уже, когда солнышко дотягивается тонкими пальчиками золотых лучей до моего лица, отодвигаюсь насколько могу, отворачиваюсь и натыкаюсь на могучую грудь Костика. Ммм – вкусный мой,

– А мне приснилось, что ты ушёл!

– Я вернулся, – смеётся, убирает со лба мою непослушную чёлку, целует.

– Ты вообще, спал? Как я здесь оказалась? Ничего не помню… – последнее воспоминание: ночь, купель, твёрдая грудь под моим затылком и шёпот ласковых слов.

– Моя маленькая богинюшка заснула прямо на руках в воде, – улыбается, – умаялась совсем вчера, даже не проснулась, пока по саду нёс.

– И сорочку надел?

– А, как же мне было спать рядом с обнажённой богиней? Сущая пытка! Как бы я стерёг твой священный покой и сон, глядя на всю эту красоту, – проводит пальцем по излишне глубокому вырезу и устремляется в его глубины.

Ловлю снаружи под тканью сорочки любопытную ладонь, нахально захватившую мою грудь,

– Хитрец! – мне смешно и приятно, и очень возбуждающе! – прямо здесь?

– Не-ет, здесь нельзя, – с величайшим сожалением вытаскивает руку на волю, – уже утро, вдруг, кто зайдёт, репутация богини превыше всего. Никаких подозрений! Но дома я тебя съем!

– Не ешь меня, добрый человек, я тебе ещё пригожусь! – откуда-то всплыло, сказка, что ли?

– Ещё как пригодишься! – он так нежен и щемяще ласков, что в душу невольно закрадывается дурное предчувствие, – прощается!

– Что ты задумал, Берти?! – цепляюсь за его руки, заставляю смотреть в глаза.

– Только хорошее, любимая, – сгребает мою ладонь, как всегда прижимает к губам и держит так долго, что мне не по себе.

– Где вы были с Тео спозаранку? Я помню, что ты на рассвете уходил!

Он поднимается с постели и идёт к столу, что придвинут к стене, берёт с него серый холщёвый мешочек, неприглядный, но довольно тяжёлый,

– Вот, это мы заберём с собой сегодня.

– Что здесь?

– Настоящие золотые лорины, не твои цветные бумажки, – высыпает прямо на простыню. Тяжёлые крупные монеты играют на солнце, бликуют, переливаются, звенят ударяясь друг об дружку. Их много. Костик подгребает россыпь и пропустив сквозь пальцы, снова роняет на постель, – в нашем мире на эту кучку можно купить город со всеми жителями и прилегающими землями. Это твоё…

– Зачем мне? Куда я их дену в своём мире? С бумажками проще.

– Глупенькая моя богинюшка, на это ты купишь любые бумажки, – смеётся, но не смешно ему! Вижу, что не смешно!

– Только не тебя, Берти! Только не тебя! – всё оборвалось! Решил откупиться, дорого, с размахом, озолотить в благодарность за спасение и вернуть восвояси! – красиво бросаешь, любимый! Часто рассчитываешься золотом за женскую любовь? Смотри не разорись! – слёзы душат горло! Соскакиваю с постели, – где моя одежда? – осталась около бассейна! Точно, он же меня притащил оттуда голышом!

– Вот, любимая, – подаёт со стула стопкой бельё, джинсы, футболку, – прости, так надо. Не откуп это, страховка, – объясняет, ловит мои руки, я отдираю, злюсь, не попадаю в штанину, он выдёргивает джинсы из рук, – стой! – приказывает, – стой и слушай!

Он зол? Нет, скорее настойчив и собран, я ещё не слышала, не испытывала его железного давления на себе, волевого приказа, которого не ослушаться. Стою перед ним, как школьница, он сидит, зажал меня между колен и держит, обхватывает ладонями лицо, не давая отвернуться, чтобы глаза в глаза,

– Я люблю тебя, моя богиня, кем бы ты ни была! – его лазурный взгляд по-особому проникновенен сейчас, глядит прямо в душу, – единственная моя женщина на все времена! И потому не будешь ни в чём нуждаться, никогда! Не будешь по ночам работать в своей больнице, не будешь таскать воду с колонки, не будешь замерзать зимой в своей хибаре! – он говорит быстро, убедительно, чётко, а я чувствую себя капризной куклой, на которую свалилось незаработанное счастье, но Костя считает по-другому, – ты, Таня, самое лучшее, что со мной только могло случится в жизни! Когда я влезу в разборку, а она здесь обязательно назреет, мне важно знать, что с тобой всё в порядке, ты в безопасности! Мне надо победить! Я стану королём, хотя бы для того, чтобы сделать тебя королевой! – потом, тяжело сглотнув, припечатывает, – но пока не победил, твоё место в безопасном тылу, и спорить со мной не смей! – и я не смею, просто молча утыкаюсь лбом в его плечо, он гладит мою спину большой тёплой ладонью и тихо шепчет, – прости, любимая, прости… – ревётся само, тоскливо, жалобно, не по-богиньски…