Читать книгу Отшельница - - Страница 3

ГЛАВА 3

Тропа петляла меж елей и сосен, постепенно уводя в глубь леса. Луг уже был едва виден и оставался справа позади. По бокам расстилались мхи и лишайники. В тени деревьев было прохладно и дышалось легко. Где-то вдалеке звонко долбил дятел.

– Вы обратили внимание что она читает? – нарушил молчание Кант.

– Я обратила – ответила Белка – "99 Франков" она читает. Книга про современный рекламный бизнес, большие деньги, секс, наркотики и сумасшествие. Как тебе для ведуньи живущей отшельницей в глуши с дикими зверями и злыми духами? Походу не такой уж она ангелочек, какой хотела нам показаться. Тебе не думается, что твоя Даша пудрит нам мозги!?

– Я не сразу понял, что это за книга – не обращая внимание на Юлины подколы, начал рассуждать Андрей – Потом вспомнил фильм с тем же названием. Думаю, ну ладно бы Толстой, Чехов, Булгаков на худой конец… А тут Бегбедер! Фильм то классный! Такая мощная злая сатира над современным обществом потребителей. И мне кажется я понял почему именно эта книга!

– Потому что у нее нет телека? – съехидничала Белка.

– Потому что это ее способ узнать о современном обществе! – вновь игнорируя, продолжил Кант – Откуда еще ей знать, как в миру живут люди? Какие у них интересы, мотивации, к чему они стремятся… Ей же все это чуждо! Она же говорила о своем отце! О том, что у него бизнес, деньги, все дела… Через эту книгу она пытается понять его и, я думаю, не только его. Вообще весь современный народ! Ведь действительно, чем мы все живем в своих городах-человейниках? К чему стремимся? Деньги, высокие посты, тачки, шмотки, тусовки! А кому-то и этого мало! Власть, желание владеть чем-то большим или вообще умами людей! Ведь как легко мы ведёмся на всякую хрень которую нам впаривают на каждом шагу. Мы готовы сутками пахать на тупых, идиотских работах, чтобы потом покупать, покупать и покупать. Надо нам это или нет – мы все равно покупаем, потому что нам это навязано рекламой. Мы общество потребителей! Ведь посмотрите – все во что мы одеты, все чем мы пользуемся, даже все что мы едим – мы приобрели в магазине. А ее кормит лес, огород, коровка молочко дает. Вода из колодца, а не из-под крана. У нее даже сарафан из льна соткан мамиными руками. Она с птицами и зверями как с людьми общается – на равных. Это мы для нее звери. Даже хуже и глупее. Ей приходиться нам все объяснять, что да как в этом мире. Да, она отнеслась к нам очень дружелюбно, потому что мы для нее как дети малые-неразумные. И мне кажется она искренне переживала и не хотела отпускать нас в эту дикую для нас среду. Мы же здесь как на чужой планете. Здесь другие законы – жить по которым мы не умеем. Мы городские варвары. Потребители, не умеющие ценить природу и ее дары. Лезем в чужой монастырь со своим уставом.

– Оооо.... Остапа понесло – скривилась в улыбке Белка – Заколдовала тебя девка, спасать надо!

– Ну ты сама подумай – сдерживая эмоции тихо ответил Кант – Вот у тебя дома свет отрубят – ты че делать будешь?

Юля на секунду задумалась.

– Да что угодно! "99 франков" читать буду…

– У тебя книг то отродясь не было – ухмыльнулся Андрей – А ведь инета тоже не будет. А прикинь воды тоже не станет, если во всем городе электричество вырубят. Насосы то не работают. Газ тоже перестанет поступать. И чего?

– Кант, ты еб*нулся что ли? – встряла Майка – Такое только при апокалипсисе возможно!

– Хе! Ты вот чем в магазине расплачиваешься? Картой? Нет электричества – нет безналичного расчета. И ваще все встанет! Не будет пиццы на заказ, такси, всякой херни с "Озона"… Или тупо если завтра тебе карту заблокируют? Ну, скажем, обанкротится твой ВТБ и чего?

Повисло молчание. Малой потянулся было в карман за наушниками, дабы не слушать все эти разговоры, но вместо этого достал сигарету и закурил.

– Кант, да обычная она деревенская девка. Ты чего себе накрутил то? Не уж то так понравилась? – приобняв Андрея за плечо сказала наконец Белка – Ща дойдем, палатки поставим, костерок разведем, водочки дерябнем, Малой нам рыбки наловит…

– Поторопиться надо, кстати – вставил Витек – А то вечереет. Хрен по колено! – усмехаясь добавил он.

Кант тяжело вздохнул, приобнял в ответ Юлю, и они пошли дальше уже почти не разговаривая и отмахиваясь от комаров ветками елей.

Майка, таки жевала Дашину живицу и при этом на ходу собирала голубику в полиэтиленовый пакетик. Она решила, что ягода будет "очень даже в тему к чаю". Пели вечерние птицы. Дорога шла в гору узкой, плохо накатанной тропой, все так же петляя меж деревьев. Под ногами начали появляться камни. У упавшей ели ребята сделали привал. Связь здесь уже не ловила.

– Надо бы не забывать шуметь побольше – напомнил Кант – Медведей никто не отменял.

Он достал из рюкзака котелок, выложил из него лишнее, оставив в нем только ложку. Затем он пристегнул котелок за ручку на одну из лямок рюкзака:

– Пусть бренчит на ходу – пояснил он.

Они попили воды и пошли дальше.

Около шести вечера, ребята преодолели последний крутой подъем и словно по команде замерли, глазея вокруг и переводя дыхание. Им открылась уютная зеленая лужайка с мягкой не высокой травой. Слева ее окаймлял густой еловый бор, а справа расстилалось прелестное зеркально-гладкое озеро, отражающее в себе еще достаточно голубое небо с редкими облаками и лес примыкающий почти в плотную к воде на противоположном берегу. Прямо по курсу, метрах в ста у кромки хвойника, виднелся остов монастыря. То был средних размеров сруб с двумя пристройками над которыми возвышались остатки деревянного купола. Стекол в окнах не было, а ставни были раскрыты. В целом картина была умиротворяющая и завораживающая одновременно.

– Как в сказке! – первой обрела дар речи Белка.

– Ага. Лисицы, волка и медведя не хватает – добавил Малой.

– Без зверей обойдемся! – вставил Кант и направился к озеру.

Вода была довольно прохладной, что в целом не удивительно для горного озера.

– Где-то в той стороне, за монастырем должен быть ручей – скидывая рюкзак сказал Андрей.

Скарб сложили в одном месте посреди полянки и пошли осматривать окрестности. Ширина лужайки от озера до дремучего ельника, что лохматой стеной тянулся вдоль озера, была метров тридцать. Вдоль воды шла еле заметная дорожка, которая вела к стоянке дедовского мотоцикла и рыболовного места. Далее ярко выраженных дорожек или троп не наблюдалось. Девчонки сразу скинули обувь и стали бегать босиком по приятно-мягкой траве на лужайки. Парни же отправились к останкам монастыря. Приближаясь они все четче различали бревна ветхого сруба, потрепанного годами, ветрами и дождями. Крыша, как и говорил дед, была обвалена во внутрь, пол давно сгнил. Они немного постояли в входном проеме (то что осталось от двери лежало рядом на земле) всматриваясь во внутрь. Наблюдались следы пожара.

– Я читал в интернете, что его пытались поджечь, но пошел сильный ливень и затушил огонь – тихо, почти шепотом сказал Кант.

Ребята только сейчас обратили внимание какая вокруг стоит тишина. Ни крика птиц, ни скрипа дерева, ни всплеска воды… Только отдаленное бормотание девчонок, которые принялись разбирать рюкзаки.

Кант первый вошел во внутрь, Малой шел следом. Было достаточно светло что бы осмотреться. На остатках штукатурки еле различимо проглядывались какие-то фрески изрядно попорченные временем. В дальних углах еще стояли подсвечники над одним из которых виднелся лик Николая Чудотворца. Были еще какие-то иконы, но различить кто на них изображен не представлялось возможным. У дальней стены помещения судя по всему был когда-то алтарь, от которого тоже почти ничего не осталось. Ребята решили осмотреть пристройки. Там было значительно темнее так как крыша не обвалилась полностью, лишь слегка пропускала свет в образовавшиеся щели, а ставни на окнах были закрыты. Подсвечивая себе телефоном, они смогли разглядеть ковры на стенах, пару двухъярусных нар, застеленных чем-то, что служило когда-то матрасами, вешалки с овчинными тулупами и еще чем-то из одежды, полку с маленькими иконками Божьей Матери и подсвечниками. У правой стены стоял громоздкий сундук, обтянутый когда-то шелковой тканью. Крышка нехотя поддалась и сундук со скрипом открылся. Внутри лежали свернутые рясы и несколько книг на старорусском языке. Одна из них была Ветхий Завет в весьма потрепанном виде. На дне завернутый в тряпицу, лежал крестик, судя по всему серебряный. Была так же икона относительно не плохо сохранившаяся. Кто на ней изображен ребята не знали, а описаний на ней никаких не было.

– Как думаешь ценная? – спросил Малой осматривая икону.

– По крайней мере, думаю, что редкая. Давай ее и крестик возьмем с собой. И Ветхий Завет тоже.

Ребята пошли во вторую пристройку. На прогнившем полу лежали какие-то грязные тряпки, чашки и тарелки, деревянные ложки. Судя по всему, здесь было что-то вроде кухни совмещенной со столовой. Тут имелось два стола, валялись поломанные табуреты. В углу стояло деревянное ведро, наверняка прохудившееся от времени. В целом ничего интересного.

В главном помещении послышалась возня:

– Мальчики вы здесь? – раздался голос Белки.

– Да, идем уже! – ответил Кант – Ладно пойдем, остальное нам не интересно – добавил он Малому.

Девчонки стояли посреди ветхих стен, рассматривая то что осталось от фресок и икон. У Белки в руках было две пустых пластиковых бутылки.

"Хоть догадались кроссовки надеть" – заметил про себя Кант.

– Чего нашли? – поинтересовалась Майя.

Андрей передал ей находки и еще раз обвел взглядом все вокруг:

– Завтра все здесь зачищу и с металлоискателем пройдусь. Может чего и найдется…

– А это ценное? А это серебро? – наперебой начали спрашивать девчонки.

– Думаю какую-то ценность это представляет. По крайней мере историческую – нехотя ответил Кант – Надо идти лагерь ставить. Скоро темнеть начнет.

– Надо костер разжечь. Мы искупаться хотим, а вода холоднючая! – затрещала Майка.

– Вот и неси находки к рюкзакам и идите с Витьком за дровами. Таскайте побольше и потолще что б на всю ночь. Мы с Белкой пойдем ручей отыщем, хотя по сути можно и в озере воду набирать, как дед говорил. Но за одним хоть с местностью ознакомимся.

Сразу за монастырем лес почти в упор примыкал к озеру. Идти пришлось вдоль самой воды по скользким камням. Метров через двадцать озеро стало закругляться и началась песчаная коса. Коса заканчивалась курумником через который и сочилось маленьким водопадиком озеро, превращаясь в ручей и уходя куда-то вниз, петляя меж камней и деревьев.

– Маленькое озеро то – нагибаясь к ручью и подставляя бутылку под струю воды, прокомментировала Белка – Но, блин, такое холодное!

– Прет же вас купаться то… – хмыкнул Кант глядя на Юлю. Как-то уж очень изящно она выглядела, склонившись у ручья.

– Так потные все, грязные после поезда, да лазанья по горам! Плюс мазь эта вонючая от комаров. Хоть бы ополоснуться, да носки и футболки стирануть!

– Давай мне бутылки, иди вперед осторожнее.

Кант пропустил девушку и огляделся. Солнце начинало клониться к закату. Нужно было поторапливаться – ставить палатку, разжигать костер, готовить ужин. И все же – какая красота! Вода – чистейшее зеркало, отражение как картина великого пейзажиста. Этот еловый непроходимый бор, с пушистыми лапами; не хватает только скачущей по ним белки из сказки Пушкина. Гладкие камни веками отполированные водой. Золотистый крупный песок… Стоп! А что это на песке? А на песке были отчетливые свежие следы медведя. По-видимому, он не давно ходил на водопой.

"Да, куда-то не туда я пялюсь! Как же я сразу их не заметил?" – подумал Кант и звонко выкрикнул в сторону леса:

– Мииишаа!

Белка резко обернулась, глядя на него, как на придурка:

– Ты че, белены объелся?

– Глянь – указывая на следы, ответил Андрей.

Она подошла, посмотрела на следы, потом на него:

– Медведь? Такой огромный!

– И похоже совсем недавно. Следы свежие, мокрые еще. Он пить ходил или рыбу ловил.

– Пойдем быстрее, надо ребятам сказать! Они же в лес за дровами пошли!

Ребята поспешили в лагерь. У рюкзаков уже лежала охапка дров, Малой и Майка видимо ушли за новой партией.

– Малой! Майка! – крикнул Кант.

– Мы тут! – послышалось из леса. Сквозь еловые ветки было ничего не видно.

– Далеко не ходите! Мы следы медвежьи видели! – крикнула Белка.

Малой что-то неразборчиво ответил.

– Так, ладно – махнул рукой Андрей, расстегнул рюкзак, убрал в него находки из монастыря (Майка бросила их возле их скарба) и добавил – давай ставить палатку.

Пока они возились с палаткой вернулись ребята с новой партией дров. Малой, до кучи приволок толстую сухую сосну еле вытащив ее из еловых лап.

– Давайте сразу искупаемся, потом ужин будем готовить – предложила Белка.

– Только купаемся не здесь! Здесь я рыбачить буду! – Малой указал на дедовское место – У деда тут наверняка место намоленное.

– У ручья медведь ходил недавно. Следы свежие – глянул на него Кант.

– Слушай Андрюха, ну раз ходил – значит уже ушел. Мы ж тут орем, деревья ломаем. По-быстрому окунемся и все. Петарды с собой взять, бахнуть разок перед тем как в воду лесть.

– Да, Андрюшь, там хоть в проточной воде постираться можно – неожиданно согласилась Белка – Пусть ребята идут, а мы пока костер разведем. А потом они вернуться – за огнем последят, и мы по-быстрому сходим.

– Может все-таки вторую палатку поставим? – ехидно буркнула Майка и взяв свой рюкзак, пошла в палатку, судя по всему переодеваться.

– Может правда? – распаковывая свой рюкзак подмигнул Малой Канту.

– Поставить надо – не смущаясь согласился Андрей – На крайняк, мы туда вещи сложим.

Кант занялся костром. Он достал саперную лопатку, окопал место под костровище. Белка помогала ему наломать хворост, дала бумаги на розжиг. Параллельно они рассказали Малому про путь до ручья и где они видели медвежьи следы. Майя вышла из палатки в купальнике и шлепанцах, с полотенцем на плече и с пакетиком в руке. Витек уже ждал ее в одних трусах и с сумочкой на поясе. Там у него были сигареты, петарды и зажигалка.

– Ну, идем!? – бодро спросил он.

– Идем. Ты без полотенца? – удивилась Майя.

– Нафига? На крайняк твоим вытрусь!

Она хмыкнула, и они посеменили вдоль озера в сторону ручья.

– Шумите там побольше – сказал им вслед Кант.

– Вы тоже! – хохотнула Майя.

Огонь быстро с треском разгорался. Дым, в отсутствии ветра, мягко стелился над водой.

– Давай вашу палатку рядом с нашей поставим. Пусть будет – предложил Андрей.

– Думаешь действительно стоит спать всем вместе в одной? Тесно ведь – хлопая ресничками вопросительно посмотрела на него Юля.

– Посмотрим – хмуро ответил Кант и переводя тему, спросил – Чего есть будем?

– Ну Витя нам рыбы обещал – задумчиво протянула Белка, просовывая дугу в пазы палатки.

– А если не наловит? Скоро уж темнеть начнет.

– Он говорил, что вечерний клев, типа – само то. Ну не поймает так каши или картошки с тушенкой сварим.

Вскоре со стороны ручья раздался взрыв петарды, затем послышалось Витино "Эхеей!!!" и всплески воды. Затем какое-то время доносилось невнятное бормотание, а потом отчетливый протяжный визг Майки и снова плескания.

– А ты говорил "шумите побольше" – засмеялась Белка, внезапно обвив шею Канта руками.

Он тоже улыбнулся и как-то автоматически приобнял ее за талию. Она прижалась щекой к его плечу и произнесла, вздохнув:

– Все-таки как здесь хорошо. Так красиво и умиротворенно.

Голоса и плескания стихли. Через минуту раздалось Витино: "Мы идем! Костер и водки нам! ".

Ребята разомкнули объятия, еще раз улыбнувшись друг другу и Кант подкинул дров в костер, а Белка расстелила покрывало для импровизированного стола.

Подошли Майка, укутанная полотенцем и Малой с ее пакетом в руках.

– Водица бодрит! – доставая из рюкзака сменную одежду выцедил Витек – Где там у нас водочка с огурчиками? Надо дерябнуть.

– Комары не заели? – спросил Кант.

– Не успели. Тут их, кстати, значительно меньше чем в лесу.

– Надо нам всем на клещей провериться – добавил Андрей.

Белка с Майей залезли в палатку и о чем-то там активно шептались.

– Следы видели? – спросил Кант, снимая ботинки и куртку.

– Ага. Здоровый походу медведь – ответил Малой.

– Наловишь рыбы то, как думаешь?

– Ща попробую! Дед сказал на мушку можно, если на хариуса. А тайменя лучше на блесенку мелкую или воблер. Это у меня есть – весело подмигнул Витек – Тебе налить?

– А, давай! – махнул рукой Кант.

Они выпили по пятьдесят. Водка была теплая и потому противная. Благо у Малого были с собой малосольные огурцы.

– Водку в озеро! – морщась и закусывая выдавил Андрей.

Витек достал пакет, закинул в него три бутылки, опустил пакет в воду и прижал камушком, чтоб наверняка.

– Не, водка то нормальная, дорогая. Ща охладится и норм будет – заверил он.

Теперь уже Белка вылезла из палатки в купальнике с полотенцем и пакетом.

– Ну, я готова! – бодро сообщила она.

– У тебя мыло с собой? – спросил Кант снимая штаны и носки.

– Да.

Из палатки вылезла Майка в светлом флисовом костюме:

– Ну чего вы? Идете?

– Идем. Следите за костром. Малой – с тебя рыба. Палатки закрывайте, а то комаров напустите – и Кант поманил Белку рукой.

Он пошел, прихватив с собой полотенце, сумочку с петардами, зажигалкой и грязные носки. Юлька семенила за ним, мурлыкая себе под нос какую-то попсовую песенку.

– Сначала постираемся – предложила Белка, когда они были на месте – Что б потом окунуться и сразу к костру.

Кант поджег одну петарду и кинул в сторону леса. Так, на всякий случай. Бахнуло. Принялись за стирку. Андрей выстирал носки с мылом, затем снял футболку и хорошенько прополоскал ее в ручье. Белка делая тоже самое пробормотала:

– Оберег не боишься потерять в воде?

Кант двумя пальцами пощупал камешек, что висел у него на шее. Вспомнились слова Дарии. Она просила его не в коем случае не снимать.

– Не потеряю – твердо ответил он.

Постиранные шмотки повесили на лапы елей. Кант взорвал еще одну петарду и бросив сумочку на берегу, смело пошел в воду. Когда вода дошла до пояса прыти у него поубавилось. Было очень холодно. От ног холод сразу перешел на все костенеющее тело. Он начал аккуратно омывать себя руками, дабы побыстрее привыкнуть к низкой температуре. Белка шла за ним и следовала его примеру.

– Ну бля, была не была… – выдохнул Кант и плавно подался вперед, всем телом погружаясь в воду.

Юлька взвизгнула, видимо на нее попали брызги, однако недолго думая тоже окунулась, присев по шею в воду. Озеро было судя по всему довольно глубокое. Каменистое дно быстро заканчивалось резким обрывом. Кант не решился нырять и проверять глубину. Он вплавь сделал не большой круг и поплыл к берегу. Белка же, как раз в этот момент потеряла дно и резко уйдя под воду, по-видимому хлебнула воды. Она вынырнула, громко вдыхая ртом воздух, захлебываясь начала барахтаться и бить руками по воде. Кант поплыл к ней, благо было не далеко. Он одной рукой подхватил ее подмышку, другой начал грести к берегу. Хорошо, что ей хватило ума не виснуть у него на шее.

– Греби! – заорал он – Ногами, ногами греби!

Через секунду он уже нащупал дно и втянул ее на мелководье. Поскольку она была значительно ниже ростом, то не сразу поняла, что уже в безопасности. Побарахтавшись еще немного она наконец встала на ноги и начала шумно откашливаться. Он за руку повел ее к берегу.

– Я шаг всего сделала… и раз, под воду… Дна не чувствую… понять ни че не могу… Капец какой-то… – бормотала она, выходя на берег.

Кант накинул ей на плечи полотенце, начал вытираться сам. Она приблизилась к нему и обняла, прижавшись дрожащим телом и укутывая себя и его в свое большое полотенце.

– Спасибо, Андрюша – шепотом сказала она.

– Дно здесь уж больно интересное – обнимая ее в ответ сказал Кант – Резко глубина – такое обычно на затопленных карьерах бывает.

Она вдруг посмотрела ему в глаза, резко привстав на насочки поцеловала его в губы, как-то уж совсем по-детски, потом перевела взгляд на оберег у него на шее, погладила его пальчиком и сказала:

– Пойдем, холодно и комары кусают!

Малой деловито кидал спиннинг, Майка хозяйничала вокруг костра.

– Ну как покупались? – спросила она.

– Афигительно, блин! Вы че не предупредили, что там дно обрывистое? Я чуть не утонула! – возмущаясь ответила Белка.

– А мы там дно и не изучали – безразлично бросил Малой – Ты что плавать не умеешь?

– Умею – буркнула Юлька, залезая в палатку – Просто не ожидала, что в бездну провалюсь.

– Тут кстати тоже уступ крутой в глубину есть – перезабрасывая спиннинг констатировал Витек – Ща, со дна попробую кого-нибудь выловить.

Кант переоделся в спортивный костюм, достал из озера початую бутылку водки и налил себе и Малому.

– Девушкам не предлагаете? – спросила Майка, нарезая салат.

– У вас же вино есть. Или для согрева желаете? – вопросительно глянул на нее Андрей.

– Юльча, прихвати винишко! – обратилась она к копошившейся в палатке Белке.

Спустилась вечерняя прохлада. Солнце уже скрылось за лесом, оставив над горизонтом красноватое зарево. Было еще достаточно светло, но у кромки ельника уже застрекотали сверчки. Где-то на том берегу протяжно и громко заухала выпь.

Малой таки поймал двух тайменей грамм по двести и на этом клёв закончился. Девчонки обработали рыбу, бросив потроха и чешую в костер, и начали варить уху с картошкой, луком и рисом. Кант тем временем распилил сосну. Дрова были сухие и толстые, таких явно хватит на всю ночь. Меж палатками натянули веревку для сушки белья. Компания расселась вокруг костра, вдыхая приятный аромат, варившийся ухи. Все изрядно проголодались, потому под распитие алкоголя не брезговали закусками – солеными огурцами и бутербродами с колбасой и сыром.

– Так как все-таки спать будем? – закуривая после очередной "стопки", спросил Малой.

– Давайте по ходу пьесы решим – предложил Кант. Он, слегка захмелев, немного посмелел и подумал, что можно пренебречь мерами предосторожности о которых говорила Дария.

– Это как понять? – прихлебывая красное вино, поинтересовалась Белка. Она сидела рядом с ним переодетая в серое трико и теплый балахон с капюшоном.

– Ну вот сейчас поедим, все лишнее уберем в рюкзаки и будем сидеть выпивать, общаться. Если вы – девочки, первые спать захотите, то ложитесь к себе с рюкзаками, а мы с Малым посидим – подежурим. Если ночью все спокойно будет, то мы потом к себе в палатку спать пойдем.

– А посыпать то зельем будешь вокруг палаток? – с легкой усмешкой спросил Витек.

Кант пожал плечами:

– Ну если от медведей только… Даша говорила от зверей тоже защищает.

– Даша говорила на две палатки зелья мало будет – напомнила Майка, пододвигаясь к костру и помешивая уху половником – А вообще, по-моему, жути они нам нагнали. Милое место – тихое укромное. Просто им, наверное, не хочется, что б здесь посторонние отдыхали, вот они и пугают всех байками.

– Мне тоже так кажется – добавила Юлька – Медведи конечно представляют опасность, но ведь ходят же как-то люди в походы в тайгу и на камчатку. Даже на северный полис. Иван Андреевич же говорил, что в диких местах медведи сами людей бояться. А про леших всяких и духов леса – это все из разряда страшилок на ночь.

– Давайте же выпьем за это! – разливая остатки первой бутылки, громко подытожил Малой.

Чокнулись кружками, выпили.

– В туалет надо – глядя на Белку сказала Майя – Юль, пойдешь?

Юлька молча поднялась, разминая ноги.

– Далеко не ходите! – одернул ее Кант – В лесу темень непроглядная. За елочку зашли и не далее…

– Я тоже пойду! – соскочил Витек – За другую елочку, не сыте! То есть сыте конечно, я вам не помешаю.

Они пошли. Девочки "налево", мальчик "направо". Кант вообще не запарился, отошел за палатку и отлил там. Затем он спустился к озеру и достал еще одну бутылку. Было уже почти темно. Последние мазки погасшего зарева стекали по чернеющему небу за остроконечные верхушки елей. В зеркале озера появились звезды, но луны не наблюдалось. Его взор упал на противоположный берег. Оттуда клочьями белой ваты, клубясь над водой, напирал туман. Глядя на неотвратимость наступающей природной стихии, Кант почувствовал укол страха в своем сердце. Такого необъяснимого, казалось бы, беспричинного страха. Это было словно предчувствие. Неизвестного чего, но стало не по себе. Он услышал, как возвращаются ребята и направился обратно к костру.

– О, вот это ты молодец, это ты вовремя! – выхватывая у него бутылку обрадовался Малой.

Майя помешала уху, отхлебнула из половника, пробуя на вкус:

– Почти готово. Пять минут и будем есть.

– Наконец-то! – наливая водки и протягивая Канту кружку, ликовал Витек – Держи аперитивчик!

Кант выпил и задумчиво уставился на огонь. Такой завораживающий, согревающий и уютный. По телу тоже разлилось тепло.

– Что-то не так? – тихо, почти в самое ухо, вдруг спросила его Юля.

Он повернул к ней лицо. Она в упор смотрела в его глаза. Во взгляде ее была какая-то забота и тревога. Он положил руку ей на колено:

– Все нормально… просто там туман с озера напирает.

Все посмотрели в сторону того берега.

– Ну и чего? – возмутился Малой – Будем как ежики – лошадкааа… – протяжно завыл он.

Кант понимал, что Витек уже изрядно подпитый. При его комплекции много и не надо – он всегда быстро пьянел. А если учесть, что у него и у трезвого пофигизма по жизни хоть отбавляй, чего уж сейчас удивляться.

– Тебя это волнует? – спросила Белка, положив свою руку на его.

Юлька, в отличие от Малого, под легким шафе всегда становилась обходительная и заботливая. Может быть не ко всем, но по отношению к тому, кто ей не безразличен уж точно. А уж по отношению к Канту тем более.

– Не то что бы… – попытался объяснить Андрей – Просто хотелось бы контролировать обстановку вокруг, а в тумане…

– Да все норм будет! – закурив сигарету и развалившись на траве, выпустил дым в небо Малой.

Юлька положила голову Канту на плечо, прижалась к нему боком и стала поглаживать его руку на ее коленке. Майка тем временем принялась разливать суп по мискам:

– Давайте, разбирайте. Чашки, ложки, хлеб, салат… Есть охота.

И действительно, суп так великолепно пах, что все с огромным аппетитом накинулись на еду. Ели молча, лишь Малой время от времени пытался отчебучить какую-нибудь ерунду, но на никого никто не обращал внимание.

А туман тем временем «подползал» все ближе и ближе. Уже большая часть озера была покрыта белой пеленой. На часах было одиннадцать.

Доев, все объедки кинули в костер, подкинули дров.

– Ну че, еще по маленькой!? – вновь оживился Витек.

Парни допивали вторую бутылку, девчонки потягивали вино.

– В августе самое звездное небо – констатировал Кант развалившись на траве.

Белка легла рядом с ним и тоже начала любоваться звездным пейзажем.

– О, звездочка упала! – воскликнула она, указывая пальцем.

– Желание загадывай – усмехнулся Кант.

– Загадала – повернувшись лицом к нему и улыбаясь ответила она.

– А еще говорят ясной ночью на небе видно, как спутники летают – заметил Малой

– Да я прям сейчас вижу. Воон точка движется – кивком головы указал Кант.

Все четверо лежали на траве и созерцали звездное небо.

Тем временем видимость становилась все хуже и хуже, пелена тумана стала накрывать их.

– Кант, давай еще бутылочку взорвем, бахнем по маленькой и спать – предложил Витек

– Пенки, спальники все расстелили? – поинтересовался Андрей.

Все молча кивнули. Кант достал последнюю бутылку, открыл и налил. Девчонки тоже решили допить вино. Малой был уже совсем бухой. Не много покуролесив он сказал: «Я спать» и пополз на четвереньках к девчонкам в палатку.

– Эй, куда!? – окрикнула его Майка.

– Пусть ползет – одернул ее Кант – лишь бы вырубился поскорее.

– То есть ты намекаешь, что я с ним бухим спать буду? – ехидно спросила Майя.

– Ну а почему бы и нет – вставила не без подколки Белка – тебе не привыкать.

– Да пошла ты подруга знаешь куда! – обиделась Майка.

– Девочки не ссоритесь – вмешался Андрей – хотите палатками махнемся? Вы в нашей, мы в вашей.

– Ну уж нет! – отрезала Юлька – Я с тобой спать буду – ты меня греть будешь.

– Все с вами ясно братцы кролики – допивая вино констатировала Майя – Андрюха, плесни мне водочки для храбрости, и я пойду его храп выслушивать.

Кант налил, она одним глотком выпила, встала, отряхнулась и пошла в палатку на ходу причитая: «Ну не дай Бог если он на мое место лег…»

Туман тем временем окутал все вокруг. Видимость была не более пяти метров.

– Так, я ж совсем забыл! – Кант резко подорвался и побежал в свою палатку. Вскоре он вышел оттуда, держа в руках пакетик с Дашиным порошком.

– Все-таки решил посыпать? – серьезно спросила Белка.

– Лучше перебздеть, чем не добздеть – ответил Кант и принялся посыпать вокруг обеих палаток. Снадобья едва хватало.

– Надо было палатки в плотную ставить, блин – сокрушался он.

Закончив он присел рядом с Белкой, налил себе водки, выпил, закусил огурцом и посмотрел на Юлю. Та смотрела ему в глаза:

– Ну что пойдем спать?

– Пойдем – и они, подкинув еще немного дров в костер, прибрали остатки мусора и направились в палатку, взяв с собой оставшуюся водку и огурцы.

– Давай один спальник расстелем, ляжем на него, а другим укроемся? Так же теплее будет – предложила Белка.

– Давай – охотно согласился Кант, подсвечивая фонариком.

Перебив залетевших в палатку комаров, они улеглись. Юля прижалась к Андрею уткнувшись носом в его шею. В соседней палатке храпел Витек, нарушая природную тишину. Мысли постепенно становились тягучими, сменялись картинки событий минувшего дня, перетекая одна в другую. Кант уже почти что заснул как внезапно из леса со стороны монастыря раздался дикий детский крик:

– Эгегееей!!!