Читать книгу Не птицедева - - Страница 2

* * *

Стоит обезглавленный храм Иоанна Предтечи.

Он сам себе памятник, эхо истории в нём.

Невидимый колокол к вечеру кличет не вече:

Для крестного хода маяк – полный света проём.

С побитых кирпичиков сыпется красная крошка.

Но остов надёжный, и храмовый ангел – атлант.

Сквозь чертополох и крапиву намечена стёжка.

В шедевры рубцы превращать – у России талант.

2023

Храмы Руси

1. Церковь Вознесения в Коломенском

Коломенское – лебединый лад.

Бело без снега, в небе – два крыла

То сложат облака, то разметают:

Не приручить их ветреную стаю.

Ну а подклет не брезгует землёй —

Берёзовые корни в почву вплёл.

Но, вняв в своей невинности древесной

Тому, что лишь юродивым известно,

Вытягивает церковь стройный стан,

Одетый в подвенечный сарафан,

Стремясь расслышать песни херувимов,

Ведь каждая из них неповторима.

2. Храм Покрова на Нерли

Заря в сердца вольётся,

Подарит зоркость солнце —

И в мареве с утра

Над топкими местами

Видение предстанет:

Надземный Китеж-град.

Кто сказочную эту

Игру теней и света

Предрёк и соотнёс

Объёмы и размеры —

Был исповедник смелый,

Не косный камнетёс.

Не искусившись мелкой

Избыточной отделкой,

Три прясла он сопряг.

Так камнем стало Слово,

Чтоб «Троица» Рублёва

Переборола мрак.

Искусство без искуса.

Всё просто, чисто, русо,

Сродни лесам, степям.

Храм на просвет так тонок,

Как отрок на иконах

В сиянии до пят.

3. Храм Знамения в Дубровицах

Есть храм в Коломенском, а есть – Дубровицы,

Что за московскою растут околицей.

Шедевр безвременья, заморский саженец —

Неужто бренный он, неужто ряженый?

И, коронованный по-европейскому,

Надменно-новый он? В лукавом блеске он?

Да нет же, милые сестрички, братики!

Могучей силы он, велик в обхвате он.

С горы – дозором он, из туч проявленный,

Дождями-зорями оправославленный.

Как ствол древесный он, резьбой украшенный,

Похож на местные дубы над пашнями.

Осадок древности, душок язычества —

Но стены верные, молитвы зычные.

С барочной пышностью облагороженный,

Но Русью дышит он – той, неисхоженной.

С горы спускаешься, нет-нет – оглянешься:

Где было капище, теперь – сияньище.

4. Владимирский храм в Быково

Готика к русской груди привилась,

Веточкой чахлой на ней прижилась.

В стороны выбросила ростки —

Стройного пламени языки.

Пламя застыло ступенчатым льдом.

Вырос холодный стекольчатый дом:

Выставил стражу – масок дозор.

Стены изрыл морозный узор.

Вверх по ступеням стучат каблуки.

Жаждут перила касанья руки.

Выше ступени и всё светлей,

Корни их тают в промозглой мгле.

Я пробуждаю касанием храм:

Крепость на откуп врагу не отдам.

5. Преображенский храм в селе Остров

Словно остров, из леса поднялся холм.

На холме, как из плеска солёных волн,

Из Гвидоновых чаяний, птичьих чар

Проявлялась звезда о пяти лучах.

И царю на неё не поднять ресниц,

Если даже апостолы пали ниц,

Если даже Рублёв прикрывал глаза,

Тонкой кистью по гладкой доске скользя.

Белый камень – текучей души оплот.

А пернатая церковь рвалась в полёт,

Из тяжёлых и тянущих вниз веков

Вышелушивалась, как побег, легко.

В исстрадавшихся душах гасила страх

И выстаивала на семи ветрах.

2023

Два храма

Разошлись окончательно стили:

Нотр-Дам и Покров на Нерли.

Там – деталь до болезни развили,

Здесь – свечу в чистом поле зажгли.

Филиокве – центральным провалом

Там, где зиждется небо на двух

Ипостасях. Звезда зазияла

И втянула блуждающий дух.

Но, предвидя иные разрывы,

Тот, кто высшее знал ремесло,

С белым камнем работал учтиво,

Чтобы чудо само проросло.

2024

* * *

То, что скрыто под снегами, подо льдом:

Дно святого Светлояра, между строк —

Так песок лежал до срока над Крестом

В знак, что Промысел медлителен и строг,

Так в России порастают купола

Где берёзками и клёнами, где мхом.

Ангел каждого усохшего села

Сотрясается в рыдании глухом.

Но под дедовой периной – загляни! —

Свежий лемех вновь нарос на теремах.

В храмах – знаменное пенье и огни,

Алый цвет – кресты на воротах рубах.

То, что скрыто под снегами, подо льдом,

Как в кургане погребённый скифский клад, —

Потерпи немного, мы к тебе придём:

Все пути перебираем наугад.

2023

Москва

Почти ушла под землю, но стоит

И храмами намоленными дышит.

Избыточна, аляписта на вид,

Но может тихим двориком и страсти сделать тише.

Осыпалась – и вновь возведена.

Сгорела – и, как Феникс, возродилась.

Невидящими толпами полна.

В укромных сумрачных углах дымят её кадила.

Синеют небоскрёбов ледники

В манящей неприступности и блеске.

Река же кормит чаек из руки,

Плотву сажает на крючки, подёргивая лески.

И всё, что ты увидишь перед сном —

Соборов разноцветные спирали.

Хоть обойди планету, всё равно —

Здесь альфа и омега, Слово, бывшее в начале.

2023

Калинов град

1.

Хранящая это место,

где лоси, где лист

летом упруг,

по осени хрупок.

Лес заволакивается небом,

как слёзной пеленой глаза.

Сквозь дебри

протоптаны тропы людьми,

но дороги их быстро

порастают крапивой.

На границе между лесом и людом —

Калинов мост, Калининград.

2.

У озера с мёртвой водой

Под солнцем и ветром сухим, как в пустыне,

Пила я по капле свой дом

Озёрами глаз, от засушья пустыми.

Лишь клевер удерживал жизнь,

И заросли были, как прежде, густыми.

По-своему вечный он жид:

Не умер, но токи под кожей застыли.

Мой дом, словно бледный песок,

К ногам прилипая, повсюду не зря был:

Любой за пределы бросок

Рождал только проблеск изменчивой ряби.

Иного хотеть не могу:

Задворки и город дворнягою рядом,

Отстойник лазурней лагун,

Где в свалке на дне ключ от космоса спрятан.

3.

Где смысловые лакуны как чёрные дыры,

Город на грани, собрат Пересвета, Ослябя,

Вымаран, ластиком стёрт из профанного мира,

Словно корнями магнитное поле ослабил.

То, что осталось – скафандр, боевые доспехи?

Храм снарядить, будто не был в Кремле уничтожен.

Иглами сосны поспешно латают прорехи

В чёрной небесной обшивке, в шагреневой коже.

4.

Явился человек, закованный в броню,

И кинул взор туда, где змей опутал Землю.

Пока ядро Земли, доверившись огню,

Томится изнутри, воздушный враг не дремлет.

И мчится всадник вскачь туда, где только ночь,

Ни птицы, ни ветра туда не долетают.

Княгинюшка, не плачь – не так черно окно:

Клин Млечного пути скликает звёзды в стаю.

5.

Напомнил мне водоканал

Средневековый вал.

И храмы у его границ

Церквям кремлей сродни.

Их облик светел и суров.

Воде отмерен ров.

А кто копал и лёг костьми,

Да будет жив – аминь.

6.

Клязьма – светозарная река

Владимиро-Суздальской Руси.

Поступь, словно девичья, легка,

Норов берегам не угасить.

Ей искусный запад дал исток,

Волю отрешённый дал восток.

Целеустремлённа, как всегда.

Чешет гребнем водоросли вновь.

В то, о чём журчит тебе вода,

Вслушивайся и не прекословь.

Месит вместе глину и песок.

Месит вместе запад и восток.

7.

Городскою сумасшедшею брожу по пустырю.

Дети лыбятся навстречу, я им «здрасьте» говорю.

С неба яблоки в карманах, август – хрустом на зубах.

То ли ветка обломалась, то ли дунуло – и бах!

Над цветочками согнувшись, буду щуриться, смотреть

На ромашково-веснушчатое поле, пижмы медь.

И поправлю надорвавшийся в суглинке василёк,

Что тургеневскою барышнею в обморок прилёг.

Я сама лежала так же на казённой простыне.

Лишь полдня прошло, а кажется – то было в мутном сне.

На руках остались пятна и ещё плывёт в глазах

И природа непонятная, и город как вокзал.

8.

Я вспоминаю район Завокзальный,

как будто зеркальный

всему остальному:

здесь всё по-другому,

потоп – так вселенский:

здесь было болото

и прежде потопа —

такое

фантомное место.

Здесь липы цветут особенно громко,

трава неуёмней и солнце острее,

здесь нет нестихающего потока

машин:

здесь держава деревьев.

И близкие крыши, и ржавые горки,

у козырьков смешные подпорки,

советские плиты, в них – чёрные дыры,

гляделки подземного мира.

9.

Накорми меня калиной —

Ляжет сердце на язык,

Чтоб тропе твоей недлинной

Протяжённей стать в разы.

Дай найти твой древний корень

У подножия сосны,

Где кипит исток историй:

Недр тиски ему тесны.

Ты же помнишь это место,

Где неровня берега.

Только церковка-невеста

И наивна, и строга.

Накорми меня калиной,

Из лесу верни живой.

Дай расслышать слог былинный

В дальнем громе над Москвой.

2023

* * *

Я ничего не знаю о России,

Её таёжной гулкой глубине.

И если б чужаки меня спросили,

Я б онемела рассказать о ней.

Мои глаза от снежных бурь не слепли,

Мне рёв зверей волос не поднимал.

А наш язык комфорта не нелеп ли,

Подтаявший в отопленных домах?

И голоса в крови звучат всё тише

Тех, кто опасность чуял наперёд.

Но в свой черёд набат четверостиший

Скликает властно из людей народ.

2022

Новый год

Теперь мне известно: в России времени нет.

Когда на Дальнем Востоке гремят салюты,

То речь президента сливается в Интернет —

В Москву донести из будущего минуты.

И вот как сомнамбула шествует Новый год,

Дорог гигантской страны под собой не чуя.

Где времени нет, там пространство уже не в счёт —

Динамик колебля, в сибирскую ночь кричу я.

2023

Русская зима

Тянется проводами,

Путями железнодорожными,

Трудной судьбою,

Революцией,

У которой только начало.

Зеркало покрылось

Трещинами-узорами

Так, что целого не разглядеть.

Но я верю, что когда-нибудь

Из кусочков сложится мозаика,

Большое увидится на расстоянии.

Мы разгадаем твой грозный замысел,

Прочитаем послание на снегу.

И тогда, быть может, протрубят с небес

Золотые ангелы,

Словно на праздничной ёлке.

И все звенья истории сложатся в единую цепочку,

Одну большую гирлянду.

И ты окажешься не старой ведьмой,

А молодой красавицей

Из пансиона благородных девиц,

И будет похрустывать снег

Под твоими сапожками.

2020

* * *

мистерия русской зимы

как мне тебя постигнуть

на границе

между мертвящим холодом

и животворной свежестью

зима

другая ипостась земли

с суровым и сварливым нравом

а на вид

всех девушек румяней и белее

какая в ней сокрыта красота

и неужели

она всего лишь смерти псевдоним

а если так то почему

мы вглядываемся в снежинки

как будто закодирована в них

подсказка

ключ от нашей неумелой жизни

2022

Поэт и ангел

Повторился знакомый сюжет:

На окраину в сумерках выйдя,

Повстречался усталый поэт

С тихим ангелом в белой хламиде.

И промолвил посланник небес:

«Сыт по горло ты горькой судьбою.

Вечный отпуск положен тебе

Там, где небо всегда голубое».

И ответил поэт, не тая

Бескорыстно-мятежного взгляда:

«Ближе к сердцу родные края,

А далёкого рая не надо».

Ангел в сумерках долго молчал,

Проступая, как месяц сквозь тучи.

Ветер голые ветки качал

И мороз подбирался трескучий.

Ждал поэт, в землю вперив глаза,

Наказания за непокорность.

Наконец Божий вестник сказал,

Словно дунул в отверстие горна:

«Я с проверкой пришёл должностной —

Испытать тебя блажью пустою.

Кто отречься готов от земной,

И небесной Отчизны не стоит».

2023

* * *

В смутное время всё смутно, смешаны снег и трава.

Ночь переплавится в утро, звёздами вспыхнув едва.

Жжёт нас углями известий, прут табунами стихи.

Небо сквозь тучи нас крестит, словно сквозь епитрахиль.

В смутное время всё тонко. Нити легко перетрёт

Всуе эпоха, и только выбранит ветер её.

Сны как резные картины. Въяве – неон голограмм.

Жизнь обели, смерть прости нам, прошлое переиграй!

В смутное время всё просто, если ты мудрый аскет.

Тучи над вечным погостом льют исцеляющий свет.

Что бы теперь ни случилось, всё повторится опять,

Запеленает в лучи нас Некто в хитоне до пят.

2023