Апостол Фома «Повинную голову меч не сечёт». Книга первая

Оглавление

Группа авторов. Апостол Фома «Повинную голову меч не сечёт». Книга первая

Вместо предисловия

Глава 1. Соблазн

Глава 2. Искушение

Глава 3. Катенька

Глава 4. И Дух Божий носился над водой

Глава 5. Как и мы прощаем должникам нашим

Глава 6. В темноте

Глава 7. Тётушка

Глава 8. Новый день

Глава 9. Рассказ плотника Михеича

Глава 10. Новое чувство

Глава 11. Утешение злых сердец

Глава 12. Утро нового дня

Глава 13. Обед у Анфисы Степановны

Глава 14. Симфония

Глава 15. Спала пелена

Глава 16. Да не зайдёт солнце гневе вашем

Глава 17. Храм затворенный

Глава 18. Проповедь отца Захария

Глава 19. Последний месяц

Глава 20. Италия, Рим

Глава 21. Христос, простивший всё земное…

Глава 22. У ног Спасителя

Глава 23. Родные огни

Глава 24. День венчания

Глава 25. Видение

Отрывок из книги

Дорога. Любимая моя, вечная моя, святая дорога! Вот ты опять манишь меня, вот ты опять зовёшь меня, странная, русская, тихая песня российская – дорога.

Вот и вечер уже, и дождь за окном. Небо хмурится. Тучам на небе тесно, волочат они по земле мокрые подолы свои, дождями на землю исходят. И зябко мне на волю глядеть, и печь натопленная развёрнутой лежанкой манит, а слышу я, словно стучит кто в окно, за сердце теребит, уснуть не даёт. И не хочется мне на морось глядеть, не хочется ветра слушать, но не даёт мне что-то покоя, зовёт и зовёт.

.....

Жизнь Ремизова разделилась на две. Одна – это сцена, скрипка, музыка и труд, труд, труд. Другая – это то, что за сценой. На сцене он жил, и жил как великий музыкант, как огромный талант, что ведает о сокровенных, никому не видимых тайнах высокого искусства. Музыка открывала пред ним двери, когда он брал в руки скрипку, ибо в тот момент сам Ремизов как бы растворялся и его вовсе не было, но был кто-то иной, прекрасный и чистый, по-детски наивный и По-святому великий. Словно кто-то вырывался из его груди, словно Ангел во плоти брал в руки скрипку и пел, и плакал, и восхвалял Всевышнего в чистейших звуках вечной мелодии. Таковым был Ремизов в музыке. Там он жил, жил по-настоящему, жил поистине великим музыкантом, великим не по величине, но по глубине своего таланта, таланта от Бога. В этой жизни для него ещё не было соблазнов, искушений и сделок с совестью, всё это ещё хранила от него завеса, та граница, за которую он не смел проникнуть.

Но за сценой – там было всё. Я не стану вдаваться в подробности о тех соблазнах, на которые он так легко и быстро пал, нимало не заботясь о духовной чистоте своего сердца и ума, ибо был падок на сии сладости уже в юности, противостоять же им он не хотел и не мог по причине вам уже понятной.

.....