Читать книгу Следователь Соколов. ТЕНЬ СОКОЛОВА - - Страница 5

Соколов вышел из клиники с тем же лицом, с каким вошёл.

Это было важно.

Если система смотрит – она должна видеть покой.

Страх она чувствует сразу. Покой – заставляет нервничать.

Он сел в машину и несколько секунд не заводил двигатель. Дал рукам остыть.

Ермакова была не под препаратами «почти овощ». Она была под контролем – и прекрасно это понимала. И, что хуже, понимала больше, чем он ожидал.

Телефон завибрировал.

Сообщение. Без номера.

«Ты сделал первый правильный шаг. Не останавливайся».

Он удалил сообщение, не открывая вложений.

Это был не диалог. Это была фиксация статуса.

Анна

Анна ждала в квартире. Сидела на кухне, рядом с документами, которые перебирала уже в третий раз – просто чтобы занять руки.

– Ну? – спросила она, когда он вошёл.

– Она в сознании, – ответил Соколов. – И опаснее, чем кажется.

– Опаснее для кого?

– Для всех.

Он налил воды, выпил залпом.

– Они не хотят, чтобы я её убивал сейчас. Им нужно, чтобы я согласился.

Анна напряглась.

– В чём разница?

– Согласие – это подпись. Не на бумаге. В голове.

Пока я сопротивляюсь – я фактор риска.

Как только соглашусь – я инструмент.

Анна молчала. Потом сказала:

– Они начнут давить через меня.

Это был не вопрос.

Соколов кивнул.

– Уже начали.

Как по сигналу, в дверь постучали.

Ровно. Спокойно. Без настойчивости.

Соколов посмотрел на Анну.

– Не открывай.

– Поздно, – ответила она.

Замок уже щёлкнул.

Удар

Двое мужчин в гражданском. Аккуратные. Неприметные.

Один показал удостоверение.

– Анна Сергеевна? Вам необходимо проехать с нами. Ненадолго.

– По какому поводу? – спросила она ровно.

– Формальности, – ответил второй. – Вопросы, связанные с вашим статусом.

– Моим каким статусом? – Анна посмотрела на Соколова.

Мужчина с удостоверением не стал юлить.

– Свидетеля. Пока.

Ключевое слово было сказано.

Пока.

– Я еду с ней, – сказал Соколов.

– К сожалению, нет, – спокойно ответили ему. – У вас другой процессуальный статус.

Соколов понял:

это не задержание.

Это разделение.

Анна взяла куртку сама. Спокойно.

Проходя мимо Соколова, тихо сказала:

– Не делай глупостей.

– Я не умею, – ответил он.

Дверь закрылась.

СИЗО (первый контакт)

Анну не били. Не пугали. Не давили.

Её оформили.

Отпечатки. Бумаги. Вежливые формулировки.

Всё – в рамках закона.

К вечеру она оказалась в СИЗО. В статусе «доставлена для дачи показаний».

Без обвинения. Пока.

Соколов узнал об этом не сразу.

Сначала пришло сообщение:

«Теперь ты понимаешь правила?»

Потом – второе:

«Следующий шаг – твой».

Контрход

Соколов не поехал в управление.

Это было бы именно то, чего от него ждали.

Он поехал к Петровичу.

Старый дом. Старые стены. Старая мебель.

Петрович открыл дверь сразу, будто ждал.

– Анну забрали, – сказал Соколов.

Петрович не удивился.

– Значит, ты ещё нужен.

– Мне нужен ты, – ответил Соколов. – Легально.

– Ты понимаешь, что просишь?

– Да. Проверку. Формальную. Чистую.

Петрович сел, потер лицо ладонями.

– Ты хочешь играть с ними в их игру.

– Я хочу, чтобы они поверили, что я играю.

Петрович долго молчал.

– Хорошо. Но быстро. И неглубоко.

Глубже – уже смертельно.

– Этого достаточно.

Ответ системы

Ночью Соколову позвонили.

Без угроз. Без повышенного тона.

– Вы ведёте себя разумно, Дмитрий Сергеевич, – сказал спокойный голос. – Это радует.

– Где Анна?

– В безопасности. Пока вы соблюдаете условия.

– Какие?

– Вы перестаёте создавать шум.

Мы – возвращаем всё в рамки.

– А Ермакова?

Пауза.

– Она всё ещё жива. И это – в ваших интересах.

Связь оборвалась.

Соколов сел в темноте.

Теперь всё встало на места.

Это была не охота.

Это была процедура.

И он находился ровно там, где система хотела его видеть:

между законом и семьёй.