Отрывок из книги
Глава 1
И пока мышление моё не показалось излишне драматичным и страдальческим, я проясню, нет, я не нахожусь в подавленном состоянии от своей обыденности. Обыденность на то и обыденность, что привыкаешь к ней быстро и прочно. Она не позволяет мне опуститься на дно, а служит напоминаем о том, что дно всегда близко. Она является катализатором каждой эмоции. Когда я радуюсь, то знаю, что моменты не вечны, и прямо сейчас, когда я гуляю по цветущему парку, на меня может свалиться целое дерево или, зная себя, я могу оступиться и приземлиться прямо на камень. Когда мне страшно, я знаю, что страх лучший друг моей подруги, поэтому я просто его принимаю. Когда чувствую пустоту, а это практически всегда, знаю, что и она бессмысленная, но также служит напоминаем о том, что я живая. Чувствовать значит жить, даже если это всеобъемлющая чёрная дыра, она ведь часть меня, а значит часть чего-то движущегося и старающегося мыслить. Но глупая смерть меня по-особому страшит, думаю, как и каждого. Например, когда я ем одна, а это случается довольно часто в связи с моими скачущими периодами активной и пассивной социальной жизни, я представляю как давлюсь этими макаронами с сыром, начинаю задыхаться, стучусь к соседям, хотя даже в фантазиях мне неловко, ни с кем из них я не знакома, и падаю с синим лицом на лестничной площадке, а так как я человек, который немного зациклен на своей внешности, то подобная фантазия отбивает аппетит напрочь. По крайней мере, упущу несколько калорий, у всего ведь есть плюсы. Удивительно, что такая фантазия чаще всего мелькает в сознании именно за поеданием этих макарон, если склоняться к мировоззрению с точки зрения кармы, то возможно, в прошлой жизни я так и распрощалась с миром. Надеюсь, это хотя бы было в Италии. И вот вы скажете, да не ешь ты эти макароны, упрости себе жизнь, но нет, я их люблю и продолжаю ими обедать. Иронично, не правда ли? В общем, вымышленные макароны встали комом в горле, поэтому идея доесть свой завтрак отпадает напрочь. Смотрю на часы и замечаю, что мне стоило бы начать собираться минут двадцать назад. Подобные моменты случаются часто, я буквально выхожу из своего тела и нахожусь в другом измерении, полном мыслей. Это либо плавный птичий полет, либо полет с этажа тридцатого, в зависимости от настроения и уровня активности воображения. Но знаете, я не понимаю людей, которые бегут от этого, я наслаждаюсь этим потоком, каким бы он не был, я знаю, что контролирую этот полет, и даже если я упорно лечу вниз с многоэтажки, я это, черт возьми, осознаю. Гораздо хуже находиться в состоянии страха своих мыслей, бежать от них. Никуда ты не денешься, они догонят и ударят пятитомным камнем по голове, но, по крайней мере, ты можешь быть к этому готов. Как и стоило быть готовой мне.
.....
– Ты не думай, что я именно к тебе опоздал. Я ко всем! – так себе оправдание, – впредь можешь ругать её! Представляешь у меня теперь настоящий менеджер! это – Ева. Ева, это король аранжировки и моего сердца, Арнольд.
Глядя на меня, названный король сердца немного смягчается и кивает.
.....
