Читать книгу Творчество как путь к себе. Где зарыт твой клад талантов? - - Страница 3

Итак, вы начали. Вы признали, что вы не пустышка, а носитель семени. Вы даже присмотрелись к своим «симптомам» и, возможно, уловили первые гипотезы о том, куда копать. Но едва вы берете в руки воображаемую лопату и делаете первый нерешительный взмах, как из глубины раздается голос. Он язвительный, насмешливый, знакомый до боли: «Куда лезешь? У тебя ничего не получится. Посмотри на себя! Ты думаешь, ты особенный? Все это уже было, и делали это в тысячу раз лучше. Ты просто выставишь себя на посмешище. Брось эту лопату и займись чем-то полезным». Поздравляю, вы встретили главного антагониста своей творческой экспедиции – Внутреннего Критика, того самого «хранителя пустой ямы», чья задача – убедить вас, что клада нет, а раскопки бессмысленны и опасны. Эта глава – о том, кто он, откуда взялся и как с ним договариваться, чтобы он из саботажника превратился если не в союзника, то в молчаливого наблюдателя. Без этой работы все ваши начинания рискуют быть закопанными в зародыше под завалами сомнений.

Кто такой внутренний критик и откуда он взялся.

Внутренний Критик – это не ваш враг. Как это ни парадоксально, но изначально он возник как гипертрофированный защитник. Его корни уходят в глубокое детство, когда наше выживание и благополучие напрямую зависели от принятия значимыми взрослыми (родителями, учителями, социумом). Его первоначальная, эволюционно оправданная функция – сканировать среду на предмет опасностей и удерживать нас в безопасности, предсказуемости, в рамках правил.

Он – сгусток чужого опыта: Его голос – это часто не ваш собственный, а сплав когда-то услышанных (а иногда и прямо высказанных) замечаний, окриков, насмешек, предостережений: «Не высовывайся», «Хватит дурачиться», «У тебя руки не из того места», «Ты что, самый умный?», «Художников много, а нормальных профессий – нет».

Он – блюститель статус-кво: Его главная задача – минимизировать риск, стыд и боль от неудачи. А творчество – это всегда риск. Это выход на неизведанную территорию, где нет гарантий, где можно ошибиться, быть отвергнутым или осмеянным. Критик видит ваши творческие порывы как угрозу психологической безопасности. Для него лучше сидеть в знакомой, пусть и скучной, «пустой яме», чем рисковать и, не дай бог, действительно что-то найти, потому что с находкой придет и новая, пугающая ответственность.

Он маскируется под голос «разума» и «реализма»: Он не кричит истерично. Он говорит спокойно, логично, «заботливо»: «Давай не будем тратить время на ерунду», «Ты должен сначала сделать все важные дела, а потом, если останется время…», «Посмотри, какие есть профессионалы, на их фоне ты жалкий дилетант». Он выдает страх за здравомыслие.

В крайних формах его активность проявляется как синдром самозванца – стойкое, иррациональное ощущение, что ваши достижения случайны, что вас вот-вот разоблачат, и что вы не заслуживаете того места, которое занимаете (даже если это место – просто право сидеть за своим столом и рисовать для себя). Синдром самозванца – это критика, направленного не только на будущие действия, но и на любые прошлые и настоящие успехи. Это чувство, что вы обманом пробрались в свою же собственную жизнь.

Техники дистанцирования: дать критику имя, договориться с ним.

Бороться с Критиком в лоб – бесполезно. Сила сопротивления только возрастет. Игнорировать его – тоже не выйдет, его голос будет звучать фоном, отравляя весь процесс. Единственная рабочая стратегия – признать его присутствие, но отделить его от своей сущности. Перестать отождествлять себя с его словами («Я считаю, что у меня ничего не получится»), а начать их наблюдать («Во мне звучит мысль о том, что у меня ничего не получится»). Это кардинально меняет расстановку сил.

Персонификация и имя. Дайте своему Критику имя, образ, характер. Это может быть ворчливый библиотекарь, надменный армейский сержант, язвительная тетушка, скучный бухгалтер в потертом пиджаке. Назовите его, например, Геннадий Павлович или Марфа Игнатьевна. Цель – вывести его из тени вашего подсознания на свет сознания, где с ним можно взаимодействовать как с отдельным персонажем, а не как с абсолютной истиной. Когда раздается голос: «Это все ерунда», вы мысленно отвечаете: «А, это Геннадий Павлович заскулил. Привет, Геннадий Павлович».

Благодарность и договор. Поблагодарите своего Критика за заботу. Скажите ему: «Спасибо, что пытаешься уберечь меня от стыда и неудачи. Я ценю твою бдительность». Это обезоруживает. А затем заключите с ним договор. Например: «Я слышу тебя. Но сейчас я провожу эксперимент. Мне нужно 30 минут (или 15, или 5) полной тишины для раскопок. Пообещай не вмешиваться в это время. А потом, в отведенные 10 минут «разбора полетов», ты сможешь высказать все свои замечания. Или я сам приду к тебе за обратной связью». Вы ставите его на службу, превращая из хаотического саботажника в строгого, но ограниченного по времени редактора.

Право на неудачный эксперимент как главный инструмент раскопок.

Это – ваше главное оружие и философский камень всего творческого пути. Вы должны легитимизировать для себя право на провал, на корявость, на неидеальность, на «нешедевр». Археолог, раскапывая слой за слоем, находит в основном черепки, пыль, камни. Лишь изредка – артефакт. Но без тщательного просеивания тонн «пустой породы» артефакта не найти.

Сдвиньте фокус с результата на процесс. Ваша цель – не создать шедевр. Ваша цель – провести раскопки. Сам факт того, что вы взяли лопату и копаете, – это уже 100% успех.

Введите понятие «исследовательский протокол». Вы не «пишете картину», вы «исследуете, как сочетаются эти два оттенка синего». Вы не «сочиняете стих», вы «экспериментируете с метафорами для чувства тревоги». Это снимает гигантское давление. Лаборант не ждет Нобелевскую премию от каждого опыта, он фиксирует данные, даже если опыт «не сработал». «Неудачный» эксперимент – это не провал, это ценные данные.

Создайте «кладбище/музей неудач». Заведите специальную папку, коробку, альбом, куда будете с гордостью складывать «неудачные» работы. Это материальное доказательство того, что вы ДЕЙСТВУЕТЕ. Это лучший антидот против паралича, вызванного страхом сделать что-то неидеально. Чем больше экспонатов в этом музее, тем вы сильнее как творец.

Признав за собой это право, вы выдергиваете у Внутреннего Критика его главный козырь – страх перед неудачей. Вы заранее соглашаетесь с тем, что «неудача» – это неотъемлемая и почетная часть процесса.

Практика: Написать диалог со своим Внутренним Критиком и дать слово своему Внутреннему Первооткрывателю.

Это упражнение – ключевое для установления новой внутренней иерархии. Вам понадобится ручка и бумага (разделите лист на две колонки) или два разных цвета.

Часть 1: Вызов Критика на диалог.

Вспомните конкретную ситуацию, когда вы хотели начать что-то творческое (сесть рисовать, писать, танцевать, пробовать новый рецепт), но чувствовали сопротивление.

Дайте голос своему Внутреннему Критику. В левой колонке (или красным цветом) начните записывать все, что он говорит. Не фильтруйте. Пусть он изольется: его страхи, аргументы, насмешки, «заботливые» предостережения. («Опять за свое? У тебя таланта нет. Ты же в пятом классе получил двойку по рисованию. Посмотри, как другие делают… Ты только время зря потратишь. Нужно деньги зарабатывать, а не ерундой страдать. Ты что, в детский сад вернулся?»).

Пишите, пока он не выдохнется. Пусть это будет монолог длиной в 10-15 реплик. Вы должны увидеть всего этого «Геннадия Павловича» на бумаге во всей его красе.

Часть 2: Вступление в силу Первооткрывателя.

Теперь настало время для голоса, который обычно заглушается криком Критика. Это голос вашего Внутреннего Первооткрывателя – любопытного, авантюрного, игривого ребенка-исследователя, который просто хочет пробовать, трогать, создавать.

В правой колонке (или зеленым цветом) ответьте Критику от лица Первооткрывателя. Не нужно агрессивно спорить или доказывать. Отвечайте из позиции любопытства, гибкости, принятия.

Ключевые ответы Первооткрывателя:

Насчет таланта: «Мне не нужен талант, мне интересно попробовать. Это всего лишь эксперимент».

Насчет прошлого опыта: «Тот урок в пятом классе давно закончился. Сегодня – новый день».

Насчет сравнения: «Другие – это другие. Мне интересен мой собственный путь. Их работы вдохновляют меня, а не выносят приговор».

Насчет времени: «30 минут на мое удовольствие и развитие – это не потеря времени, а лучшая инвестиция».

Насчет «ерунды»: «Игра и ерунда – это двигатель открытий. Я разрешаю себе быть несерьезным».

Главный аргумент: «Я имею право попробовать и сделать это плохо. Мой процесс ценен сам по себе».

Часть 3: Подведение итогов и договор.

Прочитайте диалог целиком. Почувствуйте разницу в энергиях. Теперь, от своего взрослого, целостного «Я» напишите окончательное решение – творческую мантру-договор на основе этого диалога. Например:

*«Я, (Ваше имя), принимаю, что во мне живет Защитник-Критик (Геннадий Павлович), который боится риска. Я благодарен ему за заботу. Но отныне в творческих вопросах ведущую роль получает мой Внутренний Первооткрыватель, чьи ключевые принципы – любопытство, право на эксперимент и ценность процесса. На время творческих раскопок (минимум 20 минут в день) слово за Первооткрывателем. Обратную связь Критик может дать позже, в специально отведенные 5 минут».

Этот письменный договор – ваша конституция для творческого пространства. Возвращайтесь к нему каждый раз, когда «хранитель пустой ямы» снова начнет уверять вас в бесплодности ваших усилий. Вы больше не верите ему на слово. У вас есть договор. У вас есть Право. И у вас теперь есть союзник внутри – тот самый Первооткрыватель, для которого мир полон чудес, а не опасностей. Теперь можно копать спокойнее.