Читать книгу Список для чтения - - Страница 2

Вырвавшись из плена тревожных мыслей и изнуряющей бессонницы, старенький бежевый Шевроле Григория мчался по широкому шоссе со свежезастывшим асфальтом в направлении Белокаменска. В приоткрытое водительское окно врывался поток воздуха и разметал короткие волосы водителя в стороны. Григорий смотрел на дорогу и не отвлекался. Ему было около 30. И большую часть своей жизни он не ожидал, что окажется на этом шоссе. Мотор ревел.

Мимо окон уже начали хаотично мелькать небольшие зеленые насаждения и редкие скамейки. За ними прибавились частные дома в отдалении, скромные магазинчики и первые люди. С каждым километром плотность застройки увеличивалась. И постепенно отдельные предметы и фигуры за окном превратились в один городской белый шум. Лишь сверху над всем этим, на чистом синем небе неподвижно парили громады кучевых облаков как после атомного взрыва.

Температура воздуха достигла +27 градусов. Григорий расстегнул ворот легкой рубашки и сверился с навигатором. До цели оставалось каких-то 20 минут. В прежние дни такая теплая и солнечная погода нервировала бы его. Но доктор прописал молодому мужчине курс эффективного успокоительного. И теперь Григорий видел сугубо положительные оттенки в окружающем мире. И для него это многое значило. Ведь почти никто не знал, что раньше за каждой веселой вечеринкой Григорий наблюдал издалека, как бы сверху вниз, твердо упершись ногами в полоток просторной залы. Под громкую музыку по его щекам стекали слезы и под влиянием гравитации падали вверх. От этого всем казалось, что Григорий смеется. Теперь же он безмятежно улыбался, сидя в водительском сидении, лишь украдкой вспоминая все те злостные письма от незнакомцев, которые оказывались в его почтовом ящике, и кричали о каждом шаге Григория.

Но терапии было недостаточно для полного выздоровления. Ржавчина все еще разъедала нутро этого молодого и крепкого мужчины. Поэтому он решил изменить ход своей судьбы и отправился в самое мягкое и доброжелательное заведение, которое здесь существовало – в Центр искусств. Местные жители Белокаменска называли его просто «Центр», ведь другого такого и не существовало в окрестностях. В его пространстве Григорий надеялся обрести опору и благость мудрости, чтобы избавиться от костылей, которые ждали своего часа в прозрачных отсеках таблетницы, лежавшей тут же, на пассажирском сидении. В Центре мужчина планировал забыться в труде и рутине. А может – обрести новое видение. Сложно было сказать наверняка. Пока все это выглядело туманным маревом.

Внезапно прозвучало уведомление на телефоне. Время принимать таблетки. Григорий достал три разноцветные «пилюли», как он их называл, и по очереди запил их газировкой, одной рукой держа руль автомобиля. Затем еще больше опустил стекло окна, надел солнцезащитные очки и прибавил газу. Шевроле подобно дикой чайке влетел в пределы Белокаменска.

Подъезжая к Центру, Григорий заметил за стеклами панорамных окон большого трехэтажного современного здания складные фигуры новых коллег. Они неподвижно ожидали его, скрестив руки на груди. Было лестно от такого приема, и Григорий почувствовал, как будто он обрел не просто место работы, а свой новый дом. Но накатывающуюся слезу погасила изрядная доза успокоительного. Мужчина припарковался, выключил зажигание, поправил в зеркале заднего вида прическу и вышел из автомобиля.

Ему навстречу уже семенила миловидная женщина с огненно-рыжими длинными вьющимися волосами и в ситцевом голубом платье ниже колен. По пути она заинтересованно оглядывала новоприбывшего. Григорий снял свои темные очки и лучезарно улыбался.

– Вы ведь Григорий Федоров? – любезно спросила она и на ответный кивок жестом пригласила мужчину следовать за ней.

– А вы Марьяна Карловна?

– Просто Марьяна, – на ходу женщина подмигнула ему и открыла дверь в Центр.

Григория обдало прохладой и легким ароматом кофе. Промо-сайт не обманул его ожиданий. Просторные светлые залы являли собой образцы прогресса и концептуального стиля.

– Ммм, Григорий, рада с Вами познакомиться, – отвлекла замечтавшегося мужчину жгучая брюнетка в бежевом брючном костюме и элегантно улыбнулась.

– Взаимно…

– Жанна, – подсказала брюнетка.

– Жанна, я под впечатлением. Замечательный Центр, – вполне искренно отозвался Григорий.

– Ну-так, еще бы, – вклинилась в разговор платиновая блондинка с длинными выпрямленными волосами в изумрудной рубашке и черной юбке в пол. – Меня зовут Алла. Давайте я Вас провожу к Вашему рабочему месту. Чтобы вы не заблудились… – она хихикнула и повела за собой.

Ее юбка мягко шелестела, а Григорий шел позади и осматривал интерьеры. Из вестибюля они попали в залитый светом зал с художественными работами. Затем прошли через затемненный зал с роялем и тяжелыми бордовыми бархатными шторами на окнах. Дальше они очутились в небольшом кафетерии, который, по всей видимости, еще не открылся. Поднялись по невесомой полупрозрачной лестнице на второй этаж и очутились в просторной публичной библиотеке. Из панорамных окон открывался вид на белокаменский залив.

– Дальше два кинозала и комната для медитаций, – Алла продолжила экскурсию устно, – А на третьем этаже театральные мастерские. Туда мы сегодня не будем подниматься, ведь еще столько дел… Ну, а ваше место за этими стеллажами. Пойдемте.

Когда они проходили между высоких дубовых стеллажей Григорий ощутил давно забытый запах старых книг и желание их прочитать. Но Алла не останавливалась и вела его дальше вглубь.

– Ну, вот, – остановилась она перед дверью и церемонно открыла ключом замок. – Ваше место.

Григорий вошел в помещение, которое было бы вполне просторным, не будь здесь свалено такого количества аппаратуры для съемки.

– Надеюсь, нашему новому оператору все здесь придется по вкусу, – подмигнула Алла. – Располагайтесь. Можете расставить все так, как вам будет удобно.

– Премного благодарен, – Григорий улыбнулся и проводил взглядом блондинку.

Навести порядок здесь не мешало. Тем более среди действительно стоящей аппаратуры валялось много бесполезного хлама. Григорий положил свои очки на подоконник и бросил взгляд на улицу – вид открывался на небольшой тихий сквер с цветущими вишнями. Мужчина засучил рукава и принялся за работу.

Небо окрасилось всполохами заката, когда Григорий вышел из своего кабинета обратно в пространство второго этажа. Сквозь панорамные окна насыщенный свет разлился по полу и стеллажам с книгами и сделал помещение еще восхитительнее. В этот момент Жанна обслуживала чудаковатого старичка в цветастом летнем пальто в технике пэтчворк. Размашистым почерком она записывала в его карточку книги, которые лежали тут же на столе. Старичок терпеливо ждал и приветливо озирался. Заметив вышедшего Григория, ребячливо помахал ему рукой.

– О, Григорий, вы уже всё? – Жанна тоже его заметила и жестом подозвала поближе к столу – Знакомьтесь, это один из наших постоянных читателей, Родион Евгеньевич. Если вдруг меня не окажется рядом, то не беспокойтесь, Родион Евгеньевич всё тут знает и сам может найти подходящую литературу.

– Да, я тут часто бываю, – подтвердил старичок и его улыбка расплылась множеством мелких морщинок в мимический узор.

– Так, смотрите, всё записала, – Жанна снова обратилась к Родиону Евгеньевичу. – Философия, тантрическая йога, экстрасенсорика… Книги тяжелые. Донесете?

– Ууу, конечно, – бодро ответил тот – Этот груз приятен.

Жанна помогла старичку погрузить книги в пакет и убрала карточку на место.

– А вы, молодой человек? Читаете? – внезапно Родион Евгеньевич бросил безмятежный взгляд на Григория.

– Ну, в последнее время не так часто… Но, в целом, я это дело люблю, – попробовал оправдаться мужчина.

– Раз так, то рекомендую прочитать Гастона Леру «Призрак Оперы», – игривым тоном заговорил старичок, – Все-таки в эпицентре искусств находитесь. Негоже не знать классику.

– Вы так думаете? Ну… да, хорошо, спасибо за рекомендацию. Жанна, а у вас есть такая книга?

Жанна церемонно закатила глаза и ушла вглубь стеллажей.

– И я пойду, – Родион Евгеньевич задорно крякнул и направился к выходу.

Григорий некоторое время простоял в одиночестве посреди красивого закатного зала. Затем вернулась Жанна и выписала ему книгу на дом.

– И когда вы читать будете? Забот ведь много, – усмехнулась она.

– Что ж, придется устроить цифровой детокс, – ответил Григорий и взял книгу под мышку.

В тот же вечер Григорий заварил какао в большой керамической чашке и в домашнем джемпере и трикотажных штанах устроился у себя в комнате на диване с «Призраком Оперы». В динамиках тихо играл легкий эмбиент, что добавляло атмосферы загадочности и мистичности. Пар над чашкой почти испарился. Григорий неспешно переворачивал страницы, все больше погружаясь в историю Гастона Леру. Судьба Кристины не давала ему отвлечься и приковывала внимание к каждой строчке. Так что какао мужчина допивал уже остывшим. Внезапно раздался стук в окно.

Кровь отхлынула от лица и руки моментально похолодели. Григорий озадаченно отложил почти дочитанную книгу и встал с дивана. Опомнившись, он сделал шаг в сторону выключателя.

Стук повторился. Была уже глубокая ночь.

Мужчина выключил свет в комнате и подошел к окну. В нерешительности он застыл на месте перед закрытыми шторами. Было еще рано принимать «пилюли». От этого в крови ощущался непривычный адреналин. Воля противилась что-либо делать, а в мыслях все еще виделось подземелье Оперы. Григорий смотрел на ткань, отделявшую его от прозрачного стекла окна. И решался.

Третий стук, наконец, вывел его из полночного оцепенения, и Григорий резко распахнул шторы. За окном под порывами ветра билась о стекло веточка дерева.

Мужчина выдохнул. И обратно зашторил окно.

Прозвенело напоминание на телефоне. Пора принимать «пилюли» перед сном.

Утром дочитанную книгу Григорий поставил обратно на полку стеллажа и попросил Жанну вычеркнуть ее из своей карточки.