Читать книгу Игра без подсказок. Фантастический рассказ - - Страница 2

Артём проснулся ровно в тот миг, когда стрелки хронометров замерли на отметке семи часов утра. Такое случается порою, когда внутри нас запускается некий скрытый механизм, который начинает управлять телом, задавая ему определённый ритм. Назвать подобную точность случайностью было бы неуместно, поскольку это является результатом длительных и упорных тренировок организма, проведённых мудрой Системой «Провидение». Её совершенные алгоритмы учитывали мельчайшие детали окружающего мира: количество солнечного света, струившегося сквозь прозрачные стёкла окон, создавая идеальный баланс; тонкие ароматы, наполнявшие воздух свежими утренними нотами, чуть приправленными запахом опрятных простыней и едва уловимым оттенком озона, дарящего чувство чистоты и ясности ума.

Молодой человек бодро вскочил с постели. Его тело выпрямилось легко, как молодой побег, пробивающийся сквозь утреннюю росу. С удовольствием потянувшись, расправил плечи и почувствовал приятное тепло в мышцах. Затем подошёл к высокому и узкому окну комнаты. Открывшийся мир представлял собой образец абсолютной гармонии и порядка, где каждая деталь занимала своё место, словно кусочки пазла, собирающиеся в безупречную картину бытия. За окном раскинулся Город Срединного Пути, величественный и торжественный, чья красота поражала воображение своим размахом. Здания из сияющего стекла и серебристого металла тянулись вверх, будто огромные кристаллы, отражающие солнечные лучи и создающие иллюзию бесконечного пространства. Только тихое журчание летающих машин да мерцание следов их полёта нарушали уличную тишину.

Этот мир, управляемый железной волей искусственного интеллекта, превратившего человеческую цивилизацию в идеально организованную систему эффективности, жил собственной жизнью. Полвека назад война закончилась сама собой, уступив место миру и согласию. Спустя десять лет были побеждены болезни, даровав всем здоровье и долголетие. А ещё через три десятилетия исчезла социальная несправедливость. С течением времени общество перестало замечать, что вместе с достижениями цивилизации люди утратили способность рисковать и доверять своим внутренним ощущениям, следовать истинным эмоциональным порывам и жить полной жизнью.

Артём, архивариус седьмого уровня, каждый день погружался в массивы цифровых данных, которые содержали информацию о прошлых временах эпохи до Рационализации, когда чувства, а не строгие расчёты, преобладали в принятии решений. Он просматривал исторические хроники, полные драматизма и эмоциональных всплесков; кадры старых фильмов, запечатлевших ушедшие эпохи; любовался фотографиями городских улиц, переполненных автомобилями. Систематизировал оцифрованные фрагменты: реклама кафе с обещаниями мягкой выпечки и насыщенного кофейного аромата, отчёты с политических митингов, где звучали страстные речи и броские призывы. Новое поколение, ориентированное на рациональное и структурированное мышление, не видело смысла в этих фрагментах. Для Системы это была информация, которую нужно обработать и удалить. Для Артёма же это вызывало смутное и почти стыдное любопытство.

Однажды судьба, а точнее выверенный алгоритм, перенаправил его в физическое хранилище, забытый уголок старого мира, полный пыли десятилетий и запаха старых книг. Система во время ремонта серверного зала некоторые файлы переместила в заброшенную часть библиотеки. Среди высоких стеллажей стоял неприметный шкаф с лаконичной надписью: «Архаичные носители. Неоптимизированный контент». Сердце Артёма забилось быстрее, когда его пальцы осторожно открывали дверцы.

И там, среди давно забытых воспоминаний прошлого, архивариус обнаружил нечто удивительное… книгу. Она не имела цифрового следа, серийного номера или хотя бы штрих-кода. Просто была. Её переплёт из потёртой, позеленевшей по краям кожи был шершавым и живым под пальцами, словно шкура какого-то неведомого зверя. На обложке, едва различимые, виднелись слова: «Книга Шансов. Избранные истории о случаях и случайностях». Это было похоже на то, будто кто-то собрал все опечатки судьбы и переплёл их между собой.

Артём внимательно осмотрелся по сторонам, чтобы убедиться в отсутствии посторонних наблюдателей или технических средств слежения. Он осознавал всю опасность привлечения внимания к необычной находке. Подозрения, что повсюду могут быть спрятаны сканеры, вызывала беспокойство и побуждала к осторожным действиям. Опасаясь быть замеченным, он поспешно убрал таинственный предмет в свою служебную сумку, надёжно её закрыл и снова сосредоточился на работе.

Вернувшись домой поздно вечером, первым делом зашторил окна плотнее обычного, чтобы исключить малейшую вероятность наблюдения извне. Затем погасил свет и взял налобный фонарь, который предусмотрительно приобрёл несколько месяцев назад. Убедившись, что никто посторонний не сможет заметить мелькание света, проникающего через щели в двери или окне, он направился в самый укромный уголок своей квартиры – глухую часть коридора у входа, куда редко заглядывал даже сам хозяин. Щёлкнув фонариком, Артём открыл книгу. Пыль, дремавшая между страницами не одно десятилетие, взметнулась золотистым, танцующим облачком в узком луче света.

«Человек по имени Артур опоздал на рейс LA-204 из-за потерянного носка, – гласила первая история. – Он ругался, бегал по дому, переворошил все ящики. Самолёт, на котором он должен был лететь, через двадцать семь минут после взлёта рухнул в Тихий океан. Артур же прожил ещё сорок три года, вырастил двоих детей и написал довольно посредственную диссертацию о миграциях горбатых китов».

Артём усмехнулся. Глупая случайность. Какое нелепое совпадение – вся жизнь перевернулась из-за носка! В его мире носки не терялись: у него было шесть одинаковых пар на неделю от «Провидения» и седьмая – на утилизацию. Такие бытовые сбои были исключены из уравнения идеальной жизни. Артём уже собрался отложить бесполезный раритет, но что-то заставило дочитать историю до конца. Когда он выключил фонарь и включил обычное освещение, в идеальном порядке его реальности что-то изменилось.