Читать книгу Осколки Тепла - - Страница 1

В зеркале никого не было.

Йорис моргнул, ожидая, что отражение вернётся, но амальгама показывала лишь пыльную комнату за спиной – серый камень стены, пестрый ворох тряпья, брошенный на сундук. Человека в зеркале не существовало.

«Ты – то, чем тебя наполняют», – прошептал в голове голос старой няньки, умершей двадцать лет назад. Голос был сухим, как осенний лист, истёртый в труху.

«Ты – глина, мальчик. Пока я не возьму тебя в руки, ты просто грязь», – перебил её басовитый рык отца-настоятеля.

Йорис судорожно вцепился в край стола. Пальцы дрожали. Ему нужно было срочно кого-то вспомнить – иначе он растворится. Зажмурившись, он вызвал в памяти лицо Короля. Обвисшие щёки в старческих пятнах. Влажные, выцветшие глаза. Запах камфоры и гниющей плоти.

Йорис расслабил челюсть, позволил губе отвиснуть, сгорбил плечи.

Когда он открыл глаза, в зеркале стоял Варгус IV. Не сам король, разумеется, – его гротескная, жалкая копия в дурацком колпаке с бубенцами. Но это был кто-то. Пустота отступила.

– Доброе утро, Ваше Величество, – проскрипел Йорис голосом Короля. – Пора умирать.

Он хихикнул. Смех тоже оказался чужим – звонкий, надломленный, украденный у прачки, которую высекли на прошлой неделе. Йорис потянулся к баночке с белилами. Сегодня Пир Зимнего Солнцестояния. Самый длинный день тьмы. Нужно быть смешным. Нужно быть громким.

За окном башни, в вечных сумерках Атриума, выл ветер, швыряя в стёкла горсти стеклянной пыли.

Тронный зал походил на чрево огромного замёрзшего зверя. Единственным источником жизни здесь был Витраж – массивный, пульсирующий осколок Живого Стекла, установленный в центре стола на постаменте из чёрного чугуна.

Витраж гудел. Этот звук – м-м-м-м – проникал в зубы, вибрировал в костях. Он давал тепло, но тепло это было тяжёлым, маслянистым, словно прогорклый жир. В радиусе десяти шагов от Витража можно было сидеть в одной рубашке. В двадцати – изо рта уже шёл пар. У дверей стражники стояли в меховых тулупах, и иней покрывал их алебарды.

Йорис сидел у ног Короля, на облезлой собачьей шкуре. Лучшее место во всём замке. Тепло, и можно прятать лицо в коленях.

Варгус IV, Владыка Шахт и Хранитель Тепла, спал сидя на троне. Грудь его хрипло вздымалась. Каждый вдох давался с трудом – словно лёгкие были набиты битым стеклом. «Стеклянная болезнь», – шептались лекари. – «Цена власти».

– …и поэтому, милорды, мы вынуждены пересмотреть квоты, – голос Молодой Королевы Изольды разрезал гудение Витража, как алмазный резец.

Йорис приоткрыл один глаз. Изольда стояла по правую руку от спящего мужа. Она была прекрасна той особенной, острой красотой, что бывает у сосулек. Высокий воротник из белых перьев, узкое лицо, глаза цвета зимнего неба. Она не смотрела на мужа. Она смотрела на Лорда Торрена, Главного Казначея.

Торрен, тучный мужчина с багровым лицом, нервно крутил перстень на пальце.

– Ваше Величество, – Торрен говорил тихо, косясь на спящего Варгуса. – Сокращение поставок в Нижние Уровни… Это вызовет бунт. Там уже минус десять в жилых кварталах. Если мы заберём ещё унцию мощности…

– То они умрут, – закончила Изольда. Спокойно. Без злорадства. Просто факт. – А если мы не перенаправим энергию в Верхний Атриум, замёрзнут оранжереи. Погибнет урожай. Тогда умрут все. Выбор между холодом сейчас и голодом потом. Я выбираю сытость.

«Ложь», – подумал Йорис. Или это подумал не он? Мысль пришла с интонацией покойного брата Короля. «Она не спасает урожай. Она греет что-то другое».

Йорис дёрнулся. Король во сне пошевелился, и его рука безвольно свесилась с подлокотника, коснувшись бубенчиков на шапке шута.

– А? – всхрапнул Варгус. – Кто здесь?

Йорис мгновенно вскочил. Тело сработало быстрее разума. Он изогнулся дугой, выбросил руки вперёд и скорчил рожу, копирующую ужас Казначея Торрена.

– Бунт, Ваше Величество! – взвизгнул Йорис голосом Казначея, идеально имитируя его одышку. – Холопы мёрзнут! Они хотят жрать тепло ложками! Спасите мои жирные бока!

По залу прокатился нервный смешок придворных. Варгус, ещё не до конца проснувшись, подслеповато щурился. Узнав шута, он расплылся в беззубой улыбке.

– Йорис… Пёс мой верный. Танцуй.

– Танцую, хозяин, танцую! – Йорис закружился вокруг постамента с Витражом.

Жар от Стекла ударил в лицо. Йорис ощутил тот особый запах – озон и жжёный сахар. Он кружился, звеня бубенцами, но глаза его – глаза внимательного наблюдателя, запертого в теле дурака, – сканировали стол.

Он увидел то, что пропустили остальные.

Витраж мигал.

Едва заметно. Раз в несколько ударов сердца рубиновое сияние внутри кристалла дрожало и тускнело, словно кто-то пил из него через невидимую соломинку.

Изольда тоже это видела. Её пальцы, лежащие на столешнице, сжимались в такт затуханиям.

Раз. Два. Три. Сжатие.

Раз. Два. Три. Сжатие.

Это был не ритм сердца. Это был код.

Йорис споткнулся нарочно, рухнув прямо к ногам Королевы. Придворные захохотали. Он растянулся на полу, глядя снизу вверх на Изольду.

– Осторожнее, дурак, – процедила она сквозь зубы. – Испачкаешь мне платье своей никчёмностью.

Вблизи она пахла не духами. Резкий, химический запах. Йорис втянул ноздрями воздух. Сера. И ещё… гарь. Запах шахт. Почему Королева пахнет как шахтёр, только что поднявшийся из забоя?

– Простите, Ваше Снежество, – пробормотал Йорис, поднимаясь на четвереньки. – Я просто искал вашу тень. Но у вас её нет. Витраж светит сквозь вас. Вы стеклянная, матушка?

Глаза Изольды сузились. На мгновение в них мелькнул страх – острый, настоящий. Но она тут же взяла себя в руки.

– Вон отсюда, – тихо сказала она. – Пока я не велела вышвырнуть тебя в снег.

– Нет! – Варгус ударил кулаком по подлокотнику. Удар вышел слабым, рука соскользнула. – Оставь его, Иззи. Он – единственное, что меня здесь не обманывает. Иди ко мне, Йорис. Дай руку.

Йорис подбежал к трону и схватил руку Короля. Ладонь Варгуса была ледяной. Даже в метре от источника абсолютного тепла старик остывал изнутри. Словно смерть уже поселилась в нём и вытесняла жизнь наружу.

– Я мёрзну, Йорис, – прошептал Король так, чтобы слышал только шут. – Огонь не греет. Почему огонь стал холодным?

Йорис посмотрел на Витраж. Кристалл снова мигнул. В глубине рубинового света на мгновение проступила чернота – как гниль в сердцевине яблока.

– Огонь устал, Ваше Величество, – ответил Йорис своим собственным голосом. Это случалось редко, и слова прозвучали странно – плоско, без интонаций. – Огонь хочет спать.

– Вздор, – громко сказал Лорд Торрен, поднимая кубок. – Витраж прослужит ещё сто лет! За здоровье Его Величества!

Все встали. Кубки с подогретым вином взметнулись вверх. Подогретое вино – роскошь, доступная лишь здесь, в круге света.

Йорис отступил в тень за троном. Оттуда ему был виден зал целиком. Он видел, как Изольда не притронулась к вину. Видел, как капитан стражи незаметно проверил, легко ли меч выходит из ножен. И видел человека в сером плаще, стоящего у дальней колонны, в зоне холода.

Человек не смотрел на Короля. Он смотрел на Витраж с выражением, которое Йорис знал слишком хорошо.

Голод.

Это был Технолог из Гильдии Стеклодувов. Что он здесь делает? Стеклодувам запрещено входить в Тронный зал во время трапезы. Закон, написанный кровью Первого Шахтёра.

«Беда идёт», – сказал в голове Йориса голос матери.

«Молчи и смотри», – приказал голос тюремщика.

Варгус сделал глоток вина и вдруг закашлялся. Кашель был страшным, влажным, клокочущим. Изольда заботливо наклонилась к нему, похлопывая по спине. Но Йорис, сидящий у ног трона, видел её вторую руку.

Под столом, скрытая скатертью, рука Королевы передала Лорду Торрену маленький, тускло блестящий предмет.

Ключ.

Ключ сложной формы, с зубцами из чёрного металла.

Ключ от Нижних Уровней. От вентиляции.

Йорис сжался в комок. Если они закроют вентиляцию в бедных кварталах, к утру там будет пять тысяч трупов. Экономия тепла. Рациональное решение. Политика.

Изольда только что подписала смертный приговор целому городу, улыбаясь мужу и поправляя ему воротник.

Король наконец отдышался. На его губах выступила розовая пена. Он вытер её рукавом бархатного камзола.

– Йорис, – прохрипел он. – Расскажи мне шутку. Что-нибудь про надежду.

Зал затих. Слышно было только гудение Стекла и вой ветра снаружи. Все смотрели на шута. Изольда – с презрением. Торрен – с раздражением. Технолог у колонны – с интересом учёного, разглядывающего насекомое.

Йорис встал. Ноги дрожали. Ему нужно было стать кем-то, кто знает про надежду. Но в его голове хранилась лишь библиотека отчаяния.

Он набрал воздуха в грудь. И вдруг рот его открылся сам собой. Из горла вырвался голос, которого он не ожидал – голос молодого солдата, казнённого на площади три дня назад. Йорис слышал его последние слова, стоя в толпе.

– Зима не длится вечно, – громко и чётко произнёс Йорис. – Но мёртвые не видят весны.

Тишина стала вязкой, как застывающий воск. Изольда побледнела. Это был не юмор. Это было пророчество.

– Вон! – взвизгнула Королева, теряя самообладание. – Вышвырните его!

Стражники шагнули вперёд, лязгая доспехами.

Йорис не сопротивлялся, когда грубые руки схватили его за шиворот. Его волокли к выходу, прочь от тепла, в холодные коридоры.

У самых дверей он успел оглянуться.

Варгус IV – его хозяин, его единственный друг – уронил голову на грудь. Он выглядел спящим. Но рука, сжимавшая кубок, разжалась. Кубок упал, и красное вино растеклось по полу, как кровь.

Никто не заметил. Все смотрели на мигающий Витраж.

И в этот миг кристалл погас.

Полностью.

На одну секунду мир погрузился в абсолютную, чернильную тьму. В этой тьме Йорис услышал звук страшнее любого крика.

Тонкий, высокий звон.

Звук треснувшего стекла.

Когда свет вернулся – тусклый, болезненно-багровый, – Королева Изольда уже не улыбалась. Она стояла над Королём, и в её руке не было платка. В её руке был кинжал, который она тут же спрятала в складках платья.

Йорис моргнул. Видел он это? Или снова игры разума?

«Ты видел», – сказал голос солдата. – «Теперь беги».

Двери захлопнулись перед его носом, отрезая от тепла, от света и от единственного человека, который знал его имя.

Йорис остался в тёмном коридоре. Холод мгновенно впился в лодыжки, пополз выше.

Он потрогал своё лицо. Оно было мокрым.

– Кто я? – спросил он у темноты.

Темнота ответила эхом:

– Свидетель.