Читать книгу Пока за нами смотрят боги. Том первый: Пампея или остров забытых надежд - - Страница 5

Собрать камни и еду, легко, но собрать людей и друзей вокруг себя, тяжело

*Богиня Вера

Тюрьма Онил

День 8

С каждым быстрым, но в тоже время тяжёлым шагом Каспера, обстановка накалялась. Старик не слушал всё, что ему говорили люди позади:

– Каспер, перенесите бой на завтра, вы не ели и не спали уже целую неделю, вы умрёте, ещё до первого удара этого верзилы. Кто будет нас направлять, если вы нас покинете?

– Боги вас направит, моё дело с ним договориться…

– Вы даже не отрицаете свою смерть, да с таким настроем у вас только единственная дорога в могилу!

– Боги направляет нас на правильный путь, где в конце мы все встретимся, мой путь подходит к концу или же его совсем нету… это я и собираюсь узнать…

– Что… Вы сомневаетесь в словах Кла́ра… Что с тобой случилось, друг? – остановился слепой заключённый Эндрю, потянув за собой немого Боба.

Старик тут же остановился сам, но не повернулся в сторону своего главного товарища и друга. Ему мешала, то ли слишком большая самооценка, то ли жалость… к самому себе. Через пару секунд, со стороны Каспера прозвучали ели уловимые звуки посапывания, а после на пол упала большая капля с лица старика.

– Надвигаются холода, а это значит скоро начнётся шестой год, после яркой зимы… Вся моя вера напрасная трата времени…

– Капсер! Мы ещё встретим того самого человек с неба, который видел Богов своими глазами, просто вдруг он будет на другом конце мира!

– Хватит меня утишать, этот человек всего лишь выдумка, которая тешило наше эго! Эти истории знают все, даже за пределами тюрьми, а про этих пятерых Богов… да богов нету, как и богорожденных, сказки, чтобы греть душу в холода…

– Не неси ерунды, старик, посмотри на меня! – сказал Эндрю и со всей силы вырвал гвозди с глаз.

Звук упавшего металла, а после обильное кровотечение из глаз, которое звучало на весь коридор. Старик мельком перевёл взгляд в сторону друга и в последний раз увидел огромные кровавые пятна, где раньше располагались его прекрасные голубые глаза, которые раньше освещали путь Каспера, а теперь лишь освещают тьму в которой живет парень. Эндрю упал на колени и продолжил речь:

– Ради чего я тебе помогал, ради чего не говорил о тебе никому, из-за кого, меня посадили в тюрьму и лишили всего! Я знаю не понаслышке каждое твоё преступление, я видел, каждый день, как ты молился у реки нашим Богам! Что тебя беспокоит друг!

– Прости, но я не хочу больше верить в эти сказки для детей, прощай, Эндрю… – сказал Каспер вытирая сопли и слёзы.

Старик тут же ринулся дальше по коридору, оставляя друзей позади.

Микки молча наблюдал за сложившейся ситуацией, а после не спеша устремился за Каспером. Ему не сильно импонировала фигура старика, но его решимость возлагала сильные надежды. Он был весьма жесток в своих действиях, но нес прямой смысл. Таким человеком хотел быть и Моллер, который почувствовал в нем своего человека, из-за чего тут же проследовал за ним.

С каждым пройденным шагом, освещение в туннеле темнело, а под самый конец, когда уже виднелся выход, от света остались всего две свечи на несколько метров в стороны, перед выходом старик остановился и спросил у солдата:

– Зачем ты идёшь за мной, парень?

– …

– Точно, кхе-кхе, ты же с трудом говоришь, забываю! – сказал с усмешкой Каспер, вытирая последние слёзы. – Спасибо, что остался хоть ты, мы с тобой не долго знакомы, но я чувствую в тебе что-то иное, что-то… божественное… хе-хе, прости замечтался, не хочу тебя винить, но лучше бы ты остался с остальными, не хочу, чтобы мой приятель видел мою смерть! – сказал старик и перевёл свой взгляд на выход.

Каспер быстро разбежался и прыгнул в проход, который освещался ярким светом. Он приземлился на жёсткий песок, где были мелкие осколки костей, зубов и стекла, что могло бы резать голые ноги. Каспер сразу переглянулся и увидел приходящих зрителей монотеизма, а их лидер уже ждал своего соперника, просиживая в позе лотоса. Вуди медленно перевел взгляд с пола и сказал:

– Где твои последователи, Каспер, неужели все бросили тебя?

– Со мной, боги, а больше мне ничего и не надо! Давай же уже сразимся, и я повеселю своих богов, твоей смертью!

– Хм, я жду начальника тюрьмы, стражники должны его позвать с минуты на минуту, так что присядь и жди…

Каспер незамедлительно сел в аналогичную позу. В эту же минуту на арену зашёл Микки и начал оглядываться по сторонам. Круглая арена из песка, окружённая деревянной оградой, она была не высокая, не больше метра. За её пределами красовались трибуны, которые окружали поле боя, а также три прохода, два для заключённых, а другой для чего-то секретного, лично понял Микки, судя по вооружённой охране у входа с большой деревянной дверью. Сверху над проходом располагалась комната с решётками из которой выглядывали кресла с лавками, откуда выглядывали рыцари. Место для наблюдения за боем, для глав тюрьмы. Моллер рассмотрел трибуны для заключённых и заметил, что в отличии от столовой и камер, арена не делилась по вероисповеданию из-за чего солдат сел на крайнее место и стал ждать вместе с остальными.

Спустя десяток минут, в верхнюю ложу зашёл начальник, как и в настоящем мире, глава тюрьмы был огромный пузатый мужик с усами, а на его макушке была причёска в виде горшка. Справа от него зашёл гладковыбритый лысый мужик с огромным шрамом на всё лицо, а слева был уже знакомый надзиратель, который назначал наказание Микки.

Все заключённые тут же встали со своих мест, а Моллер с небольшим опозданием, но также присоединился к большинству. Тогда глава тюрьмы медленно прошёлся взглядом по всем верующим и громко уселся в своё кресло издавая громкий выдох, за ним сел надзиратель, а человек со шрамом, перед тем как сесть, сказал: «Надеюсь это будет достойный бой, деритесь с честью – умрите с честью». После его речи, все заключённые сели и одновременно встали два бойца.

Лидеры молча махнули головой и вытянув руки перед собой в боевой форме, начали ходить по кругу. Никто из них не собирался нападать первым, каждый ждал подлянку от соперника. Спустя пару секунд, старик остановился, он не мог сосредоточиться на сражение, в его голове проходил огромный поток мыслей, который раньше был ему подвластен, но не в этот раз. Каспер начал чувствовать себя иначе, чем раньше, в его теле проходила, какая-то дрожь, которой старик не мог дать разумное объяснение. Страх или тревога, ничего из этого не беспокоило его уже многие годы, даже вкус смерти, не волновал его так, как сегодняшний день. «Сегодня было что-то особенное, но что? Может так и ощущается день смерти?», подумал наставник и повернулся к зрителям. В их глазах, лицах и поведении, старик пытался найти ответ, пока в его спину не попал Вуди.

Молодой мужчина, влетел в растерянного противника и тут же начал бить лежачего старика, не давая ему не капли форы. На его удивления, старик не сопротивлялся, он пытался разгадать причину своего беспокойства, невзирая на боль и громкие крики толпы. Это остановило и самого Вуди, парень не понимал, почему его враг так спокойно даёт себя избивать и занеся кулак над головой, предводитель монотеизма, решил спросить своего противника напрямую, но не успел он проронить и первое слово, как в него влетел Микки.

Солдат силой сбросил Вуди с груди старика и заставил прокатиться пару метров по песку, до другого края арены. Этот реверанс удивил всех зрителей и даже самого Каспера, который уже истекал кровью и уже не мог самостоятельно встать с пола. Моллер грозно встал между бойцами и хотел произвести пламенную речь, но из-за железного штыря во рту, его никто не понял. Люди тут же проявили своё недовольство и начали громко кричать и критиковать действия солдата, для них это был весьма неординарный и очень грубый поступок. Он нарушил многолетнюю традицию поединков, которые так ценились в данной тюрьме. Заключённые освистывали Микки и требовали, чтобы тот покинул арену, но их остановил Вуди: «ТИХО!», прокричал наставник монотеизма и наступила гробовая тишина, «Я понимаю, драться со стариком, это не самое мужественное действие, но он выбрал его сам. Не мне судить его поступок, а наоборот поддержать решение старого упрямца. Раз на его замену вышел его последователь, это не повод его освистывать и критиковать. Любой, кто встал на песок этой арены должен либо умереть, либо убить, так пусть этот человек, попробует убить меня или сам ляжет рядом со своим наставником». Народ поддержал аплодисментами своего кумира, а после все перевели взгляд на начальника тюрьмы. От его решения зависело гораздо больше, чем просто одобрение или отказ. Ему было подвластно забрать или сохранить жизнь бойца, он не отличался властью от Юлия Цезаря. Лишь его поднятый или опущенный палец, решал судьбу.

Начальник долго размышлял, но по итогу вытянул кулак перед собой, а после обошёл всех взглядом, он нахмурил брови, как будто щурился и пытался разглядеть каждую деталь на лицах людей. Через пару секунд он вытянул большой палец перпендикулярно полу, после чего улыбнулся и поднял его вверх. Толпа начала снова подбадривать своего лидера, а бойцы уже перешли в спарринг. Заключённые дрались, как настоящие боксёры, крепкие стойки, хлёсткие удары, быстрые движения. Было лишь одно исключение… Микки был ста шестидесяти сантиметровым военным, а его соперник почти двухметровым уличным бойцом. Их бой был так же предопределен изначально, их отличие было не только в навыках, но и размерах. Пару четких ударов ногой и в мгновение нога солдата стала сломана, Моллер сам делал пару хороших проходов из-за чего сильно травмировал внутренние органы Вуди, но лидер монотеизма продолжал бить по сломанной ноге. Через ещё пару хороших ударов, он смог сделать открытый перелом у Моллера. Его кость выскочила, а боль была уже почти не выносимой. Герой в моменте смог поймать ногу соперника и повалить того на пол, он надеялся взять на удушающий, но разница в весе позволило, почти оторвать солдата от земли и отбросить в сторону. Моллер ковылял в сторону врага, но следующая серия была последней. Вуди быстро подбежал к солдату и с разгона ударил в его и без того сломанную ногу, после упёрся своей ногой в грудь Микки и взялся за штырь, торчащий из челюсти героя. Он собрал все силы и вырвал его под чистую. От такой силы, Микки отлетел и ударился спиной об ограждение.