Читать книгу Философия Дзыньк-Дзен или Почему важно слышать свои колокольчики - Дмитрий Алексеевич Богин, Дмитрий Алексеевич Шуховцев - Страница 3

Вы когда-нибудь замечали, как ведёт себя человек, когда выходит из дома утром? Нет, не вы лично – вы же не видите себя со стороны. Я про других.

Посмотрите завтра. Специально. Как люди идут на работу.

Плечи опущены. Взгляд – в телефон или в асфальт. Наушники – обязательно. Лицо – маска усталости, хотя день ещё даже не начался. Они идут так, будто пробираются сквозь враждебную территорию. Будто мир – это что-то, что нужно преодолеть, а не прожить.

И я такой же. Был таким. Иногда возвращаюсь.

Это состояние называется «функциональность». Звучит красиво, правда? Я функционирую. Я эффективен. Я делаю то, что должен, и не отвлекаюсь на ерунду.

Только вот какая штука: когда ты становишься функцией, ты перестаёшь быть человеком.

Функция не слышит, как звенит ручей. Функция не замечает, что вышло солнце. Функция не чувствует, как пахнет весна – а она пахнет, даже в феврале, если принюхаться. Функция видит только задачи. Пункты списка. Дедлайны.

Знакомо?

Мы так гордимся своей функциональностью. Мы выжигаем в себе всё человеческое – и называем это профессионализмом. Мы строим прямые линии – из точки А в точку Б, без отклонений, без остановок, без того самого созерцания, которое кажется нам пустой тратой времени.

Но прямые линии – это штука хрупкая. Они не гнутся. А значит – ломаются.

Я однажды стоял в лифте с человеком, который явно был очень успешным. Дорогой костюм, дорогие часы, дорогой запах – всё дорогое. Он смотрел в телефон. Лифт ехал медленно. И в какой-то момент он вздохнул. Так вздохнул, знаете, будто из него выпустили воздух.

Я не знаю, о чём он думал. Может, о том, что забыл позвонить дочери. Или о том, что давно не был в отпуске. Или о том, что его жизнь – это бесконечный список дел, и каждый день он вычёркивает пункты, а список не становится короче.

Он был максимально функционален. И максимально пуст.

Мы боимся быть неэффективными. Боимся ошибок. Боимся выглядеть слабыми, непрофессиональными, несовершенными. Мы хотим быть как боги – всё знать и делать всё с первого раза.

Но вот что интересно: даже боги – в любой мифологии – ошибаются. Переделывают. Разрешают себе несовершенство. Зевс влюблялся не в тех. Один пожертвовал глазом ради знания. Даже христианский Бог, по некоторым версиям, сожалел о потопе.

А мы – нет. Мы должны быть безупречны.

И вот мы идём к зеркалу. И что мы там видим?

Не человека. Мы видим недостатки. Вот здесь надо бы подкачать. Тут – убрать. Этот кусочек жира – сжечь. Эту морщину – замазать. Мы не смотрим на себя – мы оцениваем себя. Как товар на витрине. Как функцию, которая должна соответствовать параметрам.

Скандинавские мифы рассказывают о Хеле – богине царства мёртвых. Её мир – это холод. Не ад с огнём, а именно холод. Замороженность. Отсутствие движения, тепла, жизни.

Мне кажется, мы все немного живём в царстве Хелы. Мы так старательно выжигаем в себе всё человеческое, что в итоге замерзаем. Становимся прямыми линиями. Эффективными. Функциональными.

Мёртвыми.

И при этом удивляемся, почему не слышим колокольчиков.

А вы когда в последний раз замечали что-то просто так? Не потому что это было полезно, нужно или важно – а просто потому что это было? Птица пролетела. Ребёнок засмеялся. Облако похоже на бегемота. Луч солнца упал на стену так, что стена стала золотой.

Когда?

Я не помню, когда перестал замечать такие вещи. Это произошло незаметно, как всё важное. Однажды я просто понял, что живу в режиме энергосбережения. Что моё восприятие сузилось до рабочего экрана и списка задач. Что мир вокруг стал декорацией, через которую я прохожу по дороге из точки А в точку Б.

Это страшно. И при этом совершенно нормально. Так живут почти все.

Но это не значит, что так надо жить.

Колокольчики никуда не делись. Они звенят. Просто мы надели слишком хорошие беруши.

Пора их снять. Хотя бы на время.