Читать книгу Капризная реликвия, или Как помочь призраку - - Страница 6

Влад всегда мало интересовался историей, к огромному неудовольствию своих утонченных родственниц. Но что сделать, если цифры, схемы, графики, а потом и программные коды были ему всегда ближе и понятнее, чем ковыряние в старых документах, картах или биографиях, очень важных с точки зрения деяний, но не имеющих к нему самому никакого отношения людей? Нет, конечно, совсем уж невежей он не был и основные важные даты и имена, естественно, знал. Все-таки он жил в Питере, а это, как говорится, накладывает и обязывает. Но вот копаться в каких-то архивах, изучая родословные старинных дворянских семей? Нет уж, увольте. Разницкий был уверен, что не будет заниматься такой ерундой никогда.

Но вот поди ж ты, судьба очередной раз щелкнула по носу, напомнив известную истину: «Никогда не говори никогда». И вот уже целый день директор «ТехноКома» пытался разобраться в хитросплетениях человеческих судеб, зарывшись в сайты с информацией по составлению генеалогических деревьев и поиску предков.

Секретарь, принесшая начальнику очередную чашку кофе, чуть не уронила ее вместе с подносом, бросив взгляд на экран, в который уткнулся господин Разницкий, и заметив там вычурные изображения каких-то важных чуваков в старинных костюмах.

– Нам что-то заказало Российское историческое общество? – поинтересовалась Лара, с удивлением гладя на встрепанного шефа, в досаде ерошившего волосы, глядя на переплетение родственных линий рода Лопухиных.

– Лар, ну хоть ты мне мозги не делай, – раздраженно буркнул Влад, понимая, что ничего не понимает.

– А…, – любопытство начало грызть помощницу с новой силой, но закончить вопрос она не успела.

В кабинет влетел Владимир Брониславович, явно находившийся в состоянии, близком к взрыву.

– Влад, чем ты тут, вообще, занимаешься?! – сразу начал он с наезда, не успев закрыть за собой дверь в обитель начальника. – Там Петров копытами всех наших уже затоптал, у него программа не грузится, а до тебя дозвониться невозможно!

Влад, переведя меланхоличный взгляд на кипящего брата, неторопливо изрек:

– А я ему говорил, что не надо с двумя параллельными фирмами работать, а он пожмотиться решил.

– Вот ведь жук! – возмущенно-восхищенно вынес вердикт Владимир. – И с кем это он решил замутить? С «МОНОГрупп» что ли?

– С ними, родимыми, – подтвердил догадку брата старший Разницкий. – В их среду попытался нашу программулину втиснуть, прикинь, какие у них там баги полезли?!

Вовка зафыркал, представив, что сейчас творится с отчетностью в фирме хитрожопого Петрова.

– Так что пускай он там копытами-то не машет, – расслабленно откинувшись в кресле, выдал вердикт директор «ТехноКома». – Как надоест дурью маяться, пусть с нами полный договор заключает, и тогда наши ребята ему все нормально сделают. Отдай этот вопрос Лису на контроль, раз он у нас все равно на данный момент не выездной.

– Сейчас.

Разницкий младший, достав телефон, принялся что-то активно в нем строчить, передавая распоряжение руководства. Закончив с рабочим моментом, он пришел в гораздо более благодушное настроение и внимательно посмотрел на брата, чей вид несколько выбивался из обычного для того состояния невозмутимости.

– А у тебя что случилось? – решил на всякий случай поинтересоваться Владимир самочувствием родственника.

– Лара, – вместо ответа, Влад повернулся к своему секретарю, которая все еще находилась в кабинете, с тщательно скрываемым интересом наблюдая за происходящим, – сегодня, вроде, никаких важных встреч у нас не намечено?

– Нет, Владислав Брониславович, – подтвердила она.

– Тогда для всех меня сегодня уже не будет. Если что-то серьезное, звони, я на связи.

Получив от подчиненной утвердительный ответ, что она все поняла, главный босс IT-компании выключил компьютер и направился к шкафу за курткой.

– Володь, поехали, пообедаем, – предложил он брату, который с нарастающим удивлением следил за его действиями.

– Сейчас, вообще-то, еще и трех нет, – осторожно напомнил он своему родственнику-трудоголику.

– Знаю, – поморщился тот.

Владу и самому не нравилось собственное состояние – всегда любимая работа неожиданно перестала увлекать настолько, что в голову постоянно лезли мысли, ничего общего с ней не имеющие. Перед глазами то и дело возникало лицо красавицы Анны. То грустное и трагичное, как в тот момент, когда она рассказывала о том, сколько раз безрезультатно пыталась привлечь хоть чье-то внимание. То солнечно-радостное, озаренное пониманием, что она помнит свое имя. Короче, привычно холодная голова директора «ТехноКома» вела себя совершенно непривычно для ее хозяина. Может, беседа с язвительно-насмешливым братом сможет вернуть его из высоких сфер на грешную землю? Мужчина очень на это надеялся.

Владимир, с трудом скрывая изумление пополам с тревогой, молча последовал за Владом. В голове у младшего из братьев вереницей начали возникать вопросы: «У нас проблемы с бизнесом? Мы упустили крупный заказ? Или мы его провалили? Что-то с родителями? С Элькой? Со здоровьем самого Влада?». Только привычка держать покер фейс при любых обстоятельствах помогала младшему Разницкому не накинуться на старшего с вопросами прямо сию минуту.

В напряженном молчании оба брата погрузились в Крузер Влада. На протяжении всего недолгого пути к любимому ресторанчику, они так же не сказали друг другу ни слова. И только когда официант проводил их к уединенному столику у окна и, получив заказ, оставил их одних, Владимира прорвало.

– Или ты сейчас же объясняешь, что с тобой творится, – прошипел он, наклоняясь к мрачно глядящему перед собой Владу, – или…, – Вовка даже зажмурился, представив тот кошмар, которым он хотел припугнуть брата, но все-таки решился продолжить. – Или я скажу маме, что у тебя случилась несчастная любовь, и попрошу ее помочь в этом деликатном вопросе.

Эта угроза была, действительно, страшной. Лидия Вальдемаровна спала и видела своих мальчиков остепенившимися. И если какая-то бестолковая девица вдруг решилась на такое святотатство, что посмела не оценить свое счастье в виде внимания сЫночки мадам Разницкой, то к армагеддону нужно будет готовиться всем. Самому Владу – его будут учить, как именно надо производить впечатление на женщину, чтобы у той просто не было возможности сказать «нет». Родственникам – их нагрузят поручениями по воплощению в жизнь возникшего в голове маменьки плана по устройству личной жизни страдающего дитятки, и тут уклониться не светит никому. Ну, а про саму дуру-девку и говорить не стоит – как писалось выше, шанса отвертеться от крепких любящих объятий семьи Разницких у нее просто нет.

Младший брат уже приготовился услышать привычные громкие вопли старшего на подобный грубый шантаж, однако реакция Влада в этот раз сильно отличалась от ожидаемой, что еще больше напугало и так нервничающего Владимира. Родственник тоскливо вздохнул и выдал такое, что Вовка почувствовал себя так, как авторы фэнтэзи про попаданцев, которые он иногда почитывал на досуге, описывают состояние героя, осознавшего свое попаданство в другую реальность.

– Боюсь, что тут даже наша матушка будет бессильна, – прозвучал унылый голос старшего Разницкого, совсем не похожий на его обычную энергичную речь.

– Чегооо?.. – только и мог промямлить Владимир, вытаращившись на собеседника.

– Ну чего ты на меня так смотришь, как будто у меня отросла вторая голова? – усмехнулся тот, понимая состояние младшего брата, ведь он бы реагировал на его подобное заявление точно так же.

Все-таки братья Разницкие были очень похожи между собой, как внешне, так и характером.

В этот эпический момент официант очень вовремя возник около их столика с салатами и закусками, а также графином домашнего лимонада, остро пахнущего цитрусами и лемонграссом. Владимиру очень хотелось дополнить свой заказ чем-нибудь покрепче, так как, судя по началу, после раскрытия всех подробностей, это явно будет не лишним. Но победило желание иметь трезвую голову, поскольку у брата с этим явно наблюдались проблемы, хотя он и не выпил ни капли.

– Рассказывай, – потребовал младший Разницкий, едва их вновь оставили в одиночестве.

И Влад рассказал. В подробностях и красках. И о своих переживаниях, и о помощи Эльки, и о сегодняшних бесполезных попытках продвинуться в расследовании.

– Вот ведь тихушники, – с досадой проворчал Вовка, грозно глядя на вновь впавшего в задумчивость брата, – а мне ни слова ни один, ни вторая не сказали, что у нас тут такие страсти потусторонние кипят. Я, конечно, всегда знал, что вся наша семейка с прибабахом, еще после сестричкиной истории, но ты братец, походу, всех переплюнул.

Находясь под впечатлением от услышанного, Владимир даже не заметил, как смел со стола все заказанное, и сейчас с неудовольствием рассматривал стоящие перед ним пустые тарелки. К счастью, тут подоспел расторопный ресторанный работник и, убрав использованную посуду, водрузил перед замдиректора «Технокома» тарелку ароматного борща. Влад же, наоборот, интереса к еде не выказывал, пребывая в глубоких раздумьях о своих дальнейших действиях. На упреки брата же отреагировал лишь согласным хмыканьем, не проявляя, правда, особого раскаяния по поводу собственной скрытности.

– Нет, ну это надо до такого докатиться! – продолжал возмущенно фыркать Вовка. – Воспылать нежными чувствами к призраку! Тебе что, нормальных живых девок мало?! Да вон свистни, к тебе очередь из желающих выстроится!

Проговорив эту пламенную речь, мужчина пихнул брата под столом ногой и кивнул куда-то вправо, пытаясь обратить внимание Влада на парочку весьма заинтересованно пялящихся на него девиц, только что устроившихся за соседним столиком. Тот внимания к девицам не проявил, а серьезно посмотрел на своего разволновавшегося собеседника и выдал очередную глубокомысленную сентенцию:

– Ты не понимаешь, она совсем не похожа на всех этих современных охотниц за кошельком. Она совсем другая! Сейчас таких нет!

– Конечно, нет. Она же мертвая, – буркнул Владимир и тут же успокаивающе затараторил, глядя в наливающееся гневом лицо брата. – Тише, тише, я все понял. Осознал. Проникся. Теперь выражаюсь исключительно в уважительной форме и языком просто так не треплю. Ну, а если без шуток, что делать думаешь?

– Искать, – невесело усмехнулся брат, наконец-то пододвигая к себе нетронутый обед.

– Насколько я понял по твоему замороченному виду, ты уже начал? – младший не мог не подколоть старшего.

Влад вновь отложил вилку, которой только что пытался подцепить с тарелки тонкую пластинку копченого мяса, и недовольно зыркнул на веселящегося брата.

– Да ты ешь, ешь, – преувеличенно заботливо всполошился тот, чем вызвал еще более суровый взгляд своего непосредственного начальника. – И не надо на меня так смотреть, мы не на производственном совещании.

– Я вообще не понимаю, как там в этих архивах разбираться, там этих Анн Лопухиных – штук двадцать, подходящих по возрасту значится. И то это, возможно, не все. Голова пухнет хлеще, чем от самого замудренного кода! – старший Разницкий с силой вонзил несчастный столовый прибор, снова оказавшийся в руке, в ни в чем не повинный кусок огурца, заставив того со скрипом проехать по тарелке.

– Тише ты! Разбушевался! – успокаивающе проговорил Владимир, решив, что он уже достаточно потроллил брата. – Я вообще не понимаю, зачем ты сам в это полез, когда у тебя есть дипломированный историк под боком. Я про Эльку, если что.

– Да понял я, – буркнул Влад, – я уже и сам об этом подумал. Боюсь только, Лис нам голову откусит, если мы его жену начнем доставать просьбами.

Раздавшаяся трель телефона прервала эту бурную и плодотворную дискуссию.

– Ты смотри, как чувствует! – заметил Вовка, углядев возникшую на экране фотографию сестры.

Старший брат поспешил ответить на вызов. Задав несколько обязательных вопросов о здоровье, настроении и домашнем зоопарке, Влад начал коротко и четко излагать новые сведения и возникшие в связи с ними проблемы. Элина, хорошо представляющая, что значит для непосвященного копаться в старых документах и архивных материалах, моментально вызвалась помочь, даже без особых просьб со стороны родственника. Его робкие и не совсем искренние попытки отговорить ее от взятия на себя лишней нагрузки, вызвали у девушки только насмешливое фырканье.

– Я тут скоро от скуки на стенку полезу, – заявила она, решительно пресекая невразумительное бормотание брата. – Наконец-то хоть чем-то стоящим займусь, а то скоро мне с мужем и разговаривать будет не о чем, кроме как о содержании очередного сериала о бедной жертве несчастной любви или семейной тирании.