Читать книгу Почувствуй мой страх - - Страница 4

Сава

Где-то будто издалека долетают слова препода по экономике, но я мало что слушаю. Меня дико бесит этот тип со своим заносчивым взглядом и вечно усмешкой, будто все мы дерьмо. Хотя всё с точностью наоборот. Лев Николаевич прославился среди студентов как Мудак. И это, собственно, заслуженно. Высокомерное поведение, вечные колкие шуточки о студентах и оскорбления в их же сторону. Вообще, не удивлюсь, если в один из дней он не придёт на работу.

Время тянется словно патока, и это меня дико бесит. Буквально подмывает встать и поехать в клуб. По-моему, даже подпрыгиваю от нетерпения. А стоит парам закончиться, как я, не слушая Дена, который сидит рядом, подхватываю рюкзак и иду в жилое здание при академии. Ещё одна долбанная клетка, но надо признать, удобства в ней неплохие.

Захожу в комнату, которую, как приехал сразу же сделал под себя: загнал рабочих, чтобы покрасили стены в тёмный, провели подсветку на потолке и под кроватью. Последняя, кстати, уже была и в целом оказалась удобной. Естественно, никто ничего не сказал: сумма, которую всыпал отец, чтобы я тут учился, превышала нужную в три раза. Чего не сделаешь, чтобы нерадивого сыночка взяли под крыло, а то же совсем от рук отбился.

Смотрю время на экране часов. Пять часов до встречи. Нужно поспать, а потом принять душ. Опаздывать не хочется, да и вряд ли я это сделаю: слишком уж сверлит быстрее обо всём договориться. Не сомневаюсь, что у Яна есть помещение для того, что я задумал, вопрос лишь в цене.

С Басовым я знаком давно, но больше “привет-пока”. За исключением вечера перед началом учебного года, когда бухали вместе. Единственное, что я знаю наверняка – у него тёмное прошлое. Но он, как и Волков с братьями Беловыми нужные, полезные знакомства. И если с Волковым мне ещё более-менее комфортно, то братья немного… двинутые. Даже для меня. Это я тоже выяснил по тому же вечеру.

Скидываю толстовку на пол возле кровати, ставлю будильник на телефоне и падаю на подушку, мгновенно отключаясь.

Разлепляю глаза от настойчивого звонка. И нет, не будильника.

– Алло, – отвечаю на вызов.

– Привет, Савелий, как дела? – спрашивает на том конце отец.

– А что уже три месяца прошло, что ты решил позвонить? – усмехаюсь, потирая ладонями лицо, и сажусь на край кровати. – Нормально. Что нужно?

– Я не могу узнать, как у моего сына дела?

– Ты – нет. Обычно не мог, – хмыкаю. – Всё круто, пап. Учусь, не отсвечиваю. А теперь говори, что тебе нужно.

– Мне звонили родители той девушки…

– Больше года прошло, какого черта им надо? – закатываю глаза.

Найти бы её и ещё раз хорошенько вытрахать остатки мозгов, чтобы имя забыла.

– Денег.

– Ну ты же не совсем дурак, да?

– Я разберусь. Только с этого момента не упоминай её имени.

– И в мыслях не было, – тихо смеюсь. – Всё? Разговор окончен?

– Да. И помни, что я слежу за тобой.

– Ага. Ещё три года и откинусь, – бросаю без эмоций и отключаю звонок.

Снова смотрю время на часах. В принципе, до будильника полчаса, так что можно сказать, что он вовремя позвонил. Плетусь в душ.

Ещё через двадцать минут натягиваю чистую, белую толстовку на высушенное тело и, цепляя ключи от машины со стола, выхожу из комнаты, попутно натягивая капюшон на голову.

Несмотря на то, что академия элитная и в здании с комнатами есть охрана, нас впускают и выпускают в любое время. Думаю,тут раньше всё было иначе, пока кроме отбитых здесь не поселились и просто дохрена богатые.

Сажусь в свою Ламбу и запускаю движок. Только отец знает, сколько таких я разбил, пока не смирился с тем, что со спортом покончено.

Что радует – несмотря на позднее время Шикар живёт. Движение максимальное, что на дороге, что у пешеходов. Не убираю ногу с педали газа ни на секунду, даже на красных светофорах. Будто извилина, отвечающая за страх, вылетела вместе с литрами крови. У клуба останавливаюсь в начале десятого. Самое идеальное время: меньше народа, меньше глаз. Паркую тачку чуть за углом, чтобы пешки отца, которые есть буквально везде, не заметили.

Входная приветствует тёплым раздражающим светом и толпой людей около админа, но я прохожу мимо, не обращая внимания на вопросительный взгляд барышни, что стоит за стойкой. Поднимаюсь по лестнице на второй этаж, переступая через ступень. Стоит открыть широкие стеклянные двери, как музыка оглушает, а глазам, наконец, становится комфортно от тёмного помещения и ненавязчивой неоновой подсветки. Прохожу прямо к барке и, облокачиваясь о неё локтями, смотрю на парня, что разливает коктейли наколотым девкам, которые не упускают возможности засветить сиськами перед ним. Но респект бармену: он не обращает внимания, даже глаза закатывает, когда отворачивается от них. Отдаёт два высоких бокала охотницам за мужскими причиндалами, и с улыбкой подходит ко мне.

– Чего вам налить?

– Администратора зала позови мне, – бросаю тихо, но он слышит.

Протягивает руку под стойку и нажимает кнопку. Откуда я знаю, что там кнопка вызова администратора? Скажем так… раньше тут была барменша.

Пока жду админа поворачиваюсь лицом к залу и упираюсь локтями в каменную поверхность, мажу по людям глазами. В общем-то, одни и те же лица. Даже пташки у Яна не меняются. Вон ту рыжую я имел в туалете этого же клуба, вон та брюнетка сосала мне в Ламбе, а вот эту… замираю. Не знаю почему, но взгляд цепляется за девушку, которая танцует в клетке. Маленькая, тонкая, а волосы прям белоснежные. Она как белое пятно в глазах после долгого взгляда на солнце. Но я её не знаю. И хотя двигается красиво, от неё лучится неуверенность и страх… И это то, чего нет ни у одной особи женского пола в этом помещении.

– Добрый вечер, – из ниоткуда возникает светловолосая мадам. Кристи. Её я не трахал.

Окидываю взглядом. Кстати, а почему нет?

– Я к Яну, – отвечаю коротко, впиваясь глазами в чёрные зрачки.

Она робко кивает, разрывая зрительный контакт и обходя стойку, заходит в дверь за ней. Через пять минут возвращается и с широкой улыбкой вещает.

– Он ждёт вас.

А то я, мать твою, не знал!

Еле сдерживаюсь, чтобы не закатить глаза, и двигаю за тощей фигурой.

Ян сидит в кресле за своим столом. Голова опрокинута назад, руки подпирают белоснежный затылок, глаза закрыты. Светлая рубашка расстёгнута на пару пуговиц сверху, рукава закатаны до локтя. Весь его вид будто говорит о том, как он устал от этого мира. Я его понимаю.

– Привет, – подхожу ближе и протягиваю руку.

– Здарова, – расплывается в ленивой белозубой улыбке, открывая глаза. Отлипает от спинки стула и тянет руку в ответ. – Рассказывай, – бросает, как только я усаживаюсь, раскинувшись в кресле возле стола.

– Мне нужно одно из твоих помещений, – говорю налегке, чем вызываю его тихий смешок.

– Ты, по-моему, перепутал…

– Не-а, – улыбаюсь на один бок, обнажая клык. – Я знаю, что ты располагаешь ресурсом. А я могу предложить немного освежить твою аудиторию.

В его глазах загорается небольшая искра. Едва заметно подаётся вперёд. Я бы даже не заметил, если бы не смотрел напрямую.

– Ну, допустим.

Теперь ухмыляюсь я. Знаю, что его заинтересует.

– Хочу открыть подпольные бои. Бойцы с меня. Помещение с тебя. Всё просто.

Ян задумывается, утыкаясь взглядом в потолок, но спустя пару минут говорит:

– Почему сам не откроешься?

– Мои расходы временно отслеживают. Максимум, что я сейчас могу – заправить машину картой и пообедать в кафе. А в боях буду проводить всё через наличку.

Басов бросает на меня скептический взгляд, будто не верит моим словам. Размышляет. Я почти вижу, как шестерёнки в его голове крутятся.

– Если тебя накроют, я уйду на дно вместе с тобой, а мне не стоит отсвечивать.

– Не накроют. С этим я всё решу.

Но не говорю вслух, что решу через отца Волкова. Там человек с верхушки и вскрывать карты перед всеми – плохая затея.

– Уверен? – белая бровь вздрагивает.

Киваю. А сам думаю о той девчонке в клетке. Уж не сестра ли она Басову? Они почти одинаково белые, мать их! Но не станет же он сестру туда заталкивать? Или всё же стоит узнать его получше? Усмехаюсь.

– Уверен, – и склоняю голову набок. – Так что?

Ян молчит. По-моему, слишком долго, но проходит от силы пара минут.

– Подвал под клубом. Можешь использовать. Пятьдесят процентов мои. Я всё там обустрою. Ты будешь участвовать? – скалится, заведомо зная ответ.

– Естественно, – отвечаю таким же оскалом.