Читать книгу Танк «Алёша». Непробиваемые - - Страница 3

Глава 4. «Восемь теней в тумане»

Туман не плыл, а лежал. Густой, белесый, мертвый. Он заполнил «Балку Еремеева» до краев, как ватой заткнул уши земли, поглощая все звуки. В такую мглу верилось только в призраков. И призраки пришли.

06:17. Радиошифр «Тревога-05».

Первым их услышал не «Алёша». На передовом наблюдательном пункте «Ястреб», замаскированном в развалинах фермы в трехстах метрах левее, ефрейтор Соколов, прильнувший к тепловизионному перископу, резко дернул голову.

– Борт-01, я «Гном»! – его голос, сдавленный от ужаса, прорвался в общем эфире. – В балке! Цели! Много целей! Передвигаются к восточному выходу!

В наушниках Семёнова, до этого заполненных лишь шипением пустоты, этот выкрик прозвучал как разряд тока. Он нажал клавишу переговорного устройства:

– Экипаж, к бою. «Гном» докладывает о движении в балке. Лёха, заводи. Паша, сканируй западный сектор, тепловизор. Тёма, докладывай готовность БК.

Мотор «Алёши», работавший до этого на малых оборотах, с рычанием взвыл, выдыхая струи горячего воздуха, которые тут же растворялись в тумане. Внутри башни загорелись экраны. Павел припал к окуляру «Бурана». Черно-зеленый мир тепловизора прорезал белую пелену. И он их увидел.

06:23. Первый контакт.

– Командир, вижу… – голос Павла был непривычно монотонным, будто он считывал данные со счетчика. – Первая цель. Тепловой силуэт… длинный ствол, задранная корма. Похоже на «Т-72». Дистанция… полтора километра. Выходит из балки на грунтовку.

На экране танкового планшета у Семёнова со спутника КНП начали появляться стрелочки-метки. Разведка с БПЛА, летавшего выше тумана, подтверждала и уточняла.

– Вторая цель, – продолжал Павел, – еще один «Т-72». Левее. За ним… три, нет, пять силуэтов MaxxPro. Следом… один БМП. «М113». Все восемь. В сборе.

Восемь. Цифра, прозвучавшая в тесном, пропахшем озоном от электроники пространстве, повисла тяжелым свинцом. Восемь против одного. Тактическая математика, не оставлявшая места иллюзиям.

Семёнов ощутил, как желудок сжался в холодный комок, а ладони под перчатками стали влажными. Он видел на экране КНП ту же картину: компактную, плотную колонну вражеской техники, вытягивающуюся из балки, как стальной клинок из ножен. Они не метались. Двигались уверенно, почти небрежно, выстраиваясь в боевой порядок: тяжелые «Т-72» впереди, за ними – машины с десантом. Они явно не ждали серьезного сопротивления на этом «тихом» участке.

– «Алёша», я «Баян», – в наушниках хрипел голос капитана Макарова с КП батальона. – Вижу картину. Арта молчит, накрыть не можем – свои близко, да и туман. ПТРК «Ястреба» доложили о выходе из строя. На вас вся надежда. Задача прежняя: не пропустить. Повторяю, не пропустить. Держитесь, ребята.

«Держитесь». Какое простое слово. Оно означало одно: помощи не будет. Они остались одни. Стена, за которой – прорыв и разгром. Лейтенант почувствовал, как его страх, острый и холодный, начал кристаллизоваться во что-то иное. В чистое, ледяное безразличие ко всему, кроме экрана, голосов экипажа и этой разворачивающейся перед ним смертоносной партии.