Читать книгу Новая душа Илоны Фет - - Страница 2

В моей комнате большая двуспальная кровать. Но она только моя. Кроме меня в ней никто не спит. У Игоря своя комната и своя кровать. Мы всегда так жили – разъехались по разным спальням сразу же после свадьбы, потому что ненавидели друг друга уже тогда. Конечно, иногда нам приходилось спать вместе, но это было по приказу родителей. То моих, то его. Когда кому-то из них был нужен очередной внук. Такое было шесть раз.

Да. Илона Фет родила шестерых детей, потому что так захотели родители. И все дети Илоны Фет носят фамилию Клин. И они все останутся Клин на всю свою жизнь. Даже девочки. Даже после замужества. Как я осталась Фет, они останутся Клин. Но дети моих дочерей будут носить фамилии своих отцов. Такой порядок в семьях подобных нашей. В так называемых почетных семьях.

А еще в таких семьях своих детей ненавидят. Не специально. Но так всегда. В каждом поколении. Личность Илоны Фет тоже испытывает раздражение по отношению к своим детям. Особенно, когда кто-то из них находится рядом и что-то от нее хочет. Но, пока я еще не до конца стала ей, я понимаю, что это не настоящая ненависть. Это защитная реакция от безысходности, чувства вины и страха.

Илоне Фет очень страшно любить тех, кому она дала жизнь. Сама того не понимая, она до ужаса боится испытать даже каплю материнской любви. Боится, что впустив в себя это ощущение, ее жизнь станет еще тяжелее. Потому что тогда, все чувства детей станут ее чувствами, и ее сердце будет разрываться каждый раз, когда им плохо. Она больше не сможет спокойно смотреть на их слезы. Станет сожалеть о том, что им, как и ей, приходится жить в условиях неадекватных традиций. И о том, что они вынуждены им следовать. Вина перед детьми будет пожирать ее каждый день, ведь это именно она родила их в этом браке. Она знала, что их будут воспитывать так же, как воспитывали ее, но все равно позволила им появиться на свет.

Удивительно, как человеческие существа искажают свои силы и превращают их в ненависть…. Ведь если бы Илона Фет не отрицала свои материнские чувства, а доверилась бы им, у нее получилось бы сделать жизнь своих детей лучше, даже вопреки жестким семейным традициям. Но она не может им доверится. Она боится…

Точнее… Я боюсь…

Хорошо, что теперь мне это понятно. Своим пониманием я, буквально, наношу ущерб убеждению о том, что я ненавижу своих детей. И я уже чувствую, как это убеждение меняется. Теперь оно проложит путь для новых энергий, которые, в свою очередь, помогут измениться и мне. Это будет не легко. Это будет не сразу. Но это будет.

Я бросаю веревку на кровать, подхожу к окну и распахиваю шторы.

Ненавистный мне город на самом деле очень красиво смотрится…

Мне что…Нравится? Личности Илоны Фет только что понравился вид на город, который она на дух не переносит? Отлично! Значит высшая память уже работает мне во благо. Благодаря ей я способна замечать приятные для себя вещи, на которые раньше не обращала внимания. А это огромный шаг к тому, чтобы стать счастливой! Теперь главное сохранить этот навык, вырастить его и сделать доминантным.

Ощущая положительную эмоцию, несвойственную для моей новой личности, я решаю, что мне нужно найти, как можно больше вещей, которые будут меня радовать. И желательно сделать это как можно быстрее.

Может следует пойти в город и поискать что-нибудь там? А что? Время у меня есть. С детьми все равно будет сидеть няня, а Игорь только рад, если меня нет дома. Он мечтает, что однажды я уйду и не вернусь, но, к его сожалению, я редко куда-то выхожу. Сижу дома, даже несмотря на то, что пока никто из наших родителей не наведывается с визитом, мне можно вообще здесь не появляться. Как и ему.

Идея пойти в город очень сильно бодрит, и я решаю не медлить.

На своих новых эмоциях я открываю шкаф и начинаю подбирать платье для своего похода. Примеряя одно за другим, я кручусь перед зеркалом, не понимая какое из них лучше смотрится.

Не может быть! Это мне тоже очень нравится. Мне нравится мерить платья. И нравится, как мое тело в них выглядит. Оказывается, даже в этом доме, у Илоны Фет достаточно много моментов, которые можно считать приятными. Просто этими моментами не пользовались.

В прошлом я никогда специально не выбирала, что надеть, а просто доставала любую одежду и цепляла ее на свое тело. Мне было все равно в чем страдать каждый день.

Но с этого момента будет по-другому! Я буду обращать внимание только на радостные аспекты моей жизни! И у меня уже получается!

Спустя какое-то время, я определяюсь с нарядом, причесываюсь, крашусь, беру сумку и продвигаюсь к выходу, как вдруг… Снова бац!!!

Мое тело замирает около двери одной из детских комнат. Я редко туда заглядываю. Почти никогда. Но сейчас меня, буквально, тянет это сделать. И тянет очень сильно. Настолько сильно, что начинает казаться, что у меня нет выбора.

Но почему так происходит? Неужели из-за того, что я порассуждала на тему материнства? Если так, то зря я это сделала… Надо было повременить бы с этой темой. Потому что я еще не готова. Мне еще рано туда входить.

Прежде, чем я начну сближаться с детьми, я должна научиться контролировать свой внутренний мир, должна освободиться от негатива и обрести радость, которой смогу с ними поделиться. Только после этого мне будет можно открыть эту дверь.

Если же я сделаю это сейчас, то вся боль и все сожаления, запертые личностью Илоны Фет, вырвутся наружу и снесут все мои планы в секунду! Мне нельзя такого допускать, иначе я не успею перевоспитать эту личность до того, как она поглотит высшую память! Я потерплю неудачу, как и другие души!

Уговаривая себя идти, куда шла, я обещаю себе, что загляну туда в другой раз. И что буду заглядывать каждый день. Только не сегодня… Сегодня мне еще нельзя. Сегодня я ещё не счастлива. У меня нет счастья, чтобы им делиться.

Однако все доводы оказываются бесполезны – я не двигаюсь с места.

Не понимаю! Почему тело не слушается моих мыслей? Почему оно по-прежнему стоит у двери и смотрит на ручку?

Это невозможно! Это что-то из ряда вон выходящее! Физическая оболочка должна подчиняться мыслям! Так всегда было в подобных мирах! А сейчас все мыслительные потоки, которые проходят через это тело – мои! И я совершенно точно не думаю о том, чтобы тут стоять! Так почему стою? Что происходит?

Застывшая в одном положении, я продолжаю копаться в себе. Пытаюсь заметить хоть какой-нибудь намек на мысль, не отпускающий меня отсюда, но ничего не получается.

Очень похоже на отрицание…

Неужели человеческое существо способно настолько отрицать свои мысли, что те становятся невидимыми, но при этом продолжают управлять оболочкой? Получается так! Но как же тогда их вычислить? Как распознать энергию, из которой они состоят?

Может через ощущения? И что же я сейчас ощущаю? Только одно… Желание заглянуть к детям… Я буквально вижу, как я это делаю – представляю, что моя рука поворачивает ручку и я захожу…

Стоп! Вижу? Представляю? Ну, конечно же.

Я настолько увлеклась изучением мыслей, что совершенно забыла про образы, которые они излучают, и за которыми прячутся! А в этом мире образы имеют гораздо большее влияние на поведение человека, чем что-либо еще.

Я воображаю себя открывающей дверь! Вот где мои мысли! За этим образом!

Получается, что когда я впустила в личность Илоны Фет идею о ее сближении с детьми, эта идея натворила фантазий о том, как все будет происходить. И как только я оказалась около детской, фантазии учуяли возможность своей реализации и стали ломиться в реальность. Они оказались слишком близко к физическому воплощению, что сделало их намного сильнее всех остальных мыслей! Поэтому остальные мысли и не работают. И поэтому я не могу сдвинуться с места. Пока я представляю, как войду в детскую, у меня, в принципе, не получится сделать что-то еще.

Усилием воли я перевожу свое внимание на воспоминание вида из моего окна и перестаю представлять, как открываю дверь в детскую. И… Ура! Мне, наконец-то, удается уйти.

Я иду по коридору и понимаю, что моя голова только что чуть не взорвалась от сложных мыслительных процессов. Как душе, мне легко все это принять, но для физического мозга такое кажется очень утомительным. Несмотря на это я радуюсь, что мне удалось вычислить ментальную цепь, которая держала меня около детской. И что удалось от нее освободится.

Я обуваюсь, выхожу из квартиры и спускаюсь на улицу.

Не знаю, куда именно я собираюсь, но можно вызвать такси… Хотя нет. Любое закрытое пространство и неподвижная поза будут способствовать каким-нибудь угнетающим мыслям. Слишком уж много во мне застоявшихся энергий, которые их вызывают.

Значит в машину нельзя. Значит надо идти пешком. Надо двигаться. Движение поможет расшевелить эти энергии, а в перспективе еще и переработать. Но…

Я не хочу идти пешком. Пешком долго. Пешком далеко. Пешком, я устану. Я ненавижу ходить пешком! Что же мне тогда делать? В машине мне будет плохо! И пешком будет плохо!

В мое состояние врывается та же самая безысходность, которую я ощущала, когда стояла на табуретке с петлей в руках. Встряхнув голову, я кладу руки на уши и закрываю глаза.

Невероятно! Несколько секунд назад я была довольна, а теперь снова погрязла в негативе. Все-таки человеческое внимание очень быстро переключается на свои доминантные ощущения. А у моей новой личности они все вредоносные…

Вопреки нежеланию, я начинаю идти пешком через силу. Каждый мой шаг сопровождается назойливым нытьем моих мыслей, которые просят вызвать такси. Но я сопротивляюсь. Знаю, что если вызову, все станет еще хуже – я начну ругать себя за то, что отказалась расшатывать свои энергии с помощью шага, потом стану винить себя за это, потом жалеть, а потом придет моя тяжелая подружка – депрессия, со своей свитой самогнобления и ненависти, и проглотит мою высшую память раньше планируемого срока. Поэтому нет! Никакого такси!

Но руки снова и снова продолжают тянуться к смартфону, лежащему в сумке, чтобы открыть приложение для вызова…

Я же сказала “нет”!!! Почему я себя не слушаюсь? Опять какое-нибудь отрицание? Абсурд! “Ходить” – это самый естественный физический процесс для человека! Что тут можно отрицать?

Я замечаю, что мое возмущение превращает тревогу в гнев. Это хорошо. Гнев по частотам выше тревоги… Выше уныния. Из гнева, конечно, тоже трудно выбраться, но, в отличие от унылых мыслей, которые буквально являются топью, гнев проявляется вспышками, которые достаточно быстро рассеиваются. И от гнева легче избавится с помощью движения, чем от печали.

Я ускоряю шаг и чувствую, как становится немного легче. Я еще ускоряю шаг. И еще. В какой-то момент я начинаю бежать. Прямо в платье и туфлях. Физически это очень неудобно, но зато так легче справляться с эмоциями. Я чувствую их в себе, но им не удается меня поглотить, потому что они работают над другой задачей. Они придают моему телу ускорение.

Теперь я знаю почему люди бегают по утрам. Бег – отличный способ изгнать ненужные мысли из своей головы. А бегающие люди не выпендриваются, как моя личность думала раньше, они просто чистят свое энергетическое поле от негативного мусора.

Через какое-то время у меня начинают болеть ноги, и я перехожу обратно на шаг. Появляется одышка и невыносимо хочется пить. Неприятно… И как будто даже больно. Приходится остановиться. Я облокачиваюсь рукой на стоящее рядом дерево и продолжаю задыхаться. Ноги болят еще больше. Плечо чудовищно устало от сумки. Создается впечатление, что это тело все-таки умрет сегодня. При чем прямо сейчас.

Да уж. За свою жизнь Илона Фет не испытывала ничего кроме страданий, но такого с ее телом еще не происходило.

Постепенно дышать становится легче. Я вижу автобусную остановку и ковыляю в ее сторону, чтобы сесть. Больше мне не страшно оказаться в неподвижной позе. Я уверена, что теперь неподвижная поза не будет вызывать во мне угнетающие мысли, а наоборот – доставит мне удовольствие.

Я добираюсь до остановки и сажусь. О, да! Это и правда удовольствие. Никогда не думала, что сидеть может быть так приятно. Это же счастье! Наверное, мне тоже стоит бегать по утрам. Хотя бы ради того, чтобы сидеть после пробежки.

Пока я наслаждаюсь тем, что больше не наступаю на ноги, до меня доходит, почему я себя не слушалась. Запрещая себе вызывать такси, по сути, я все равно думала о такси. И конечно же эти мысли пытались реализоваться. Так же, как и мысли о двери в детскую.

Сейчас я тоже думаю о такси, но уже по-другому. Из-за того, что я устала, такси воспринимается, как помощь в передвижении, а не как опасность увязнуть в угнетающих мыслях…

Да ну! Так просто? Стоит чуть-чуть изменить обстоятельства и посмотреть с другого ракурса, и то, что могло уничтожить, становится спасением? Получается, что обратить плохое в хорошее можно в любой момент? Просто нужно немного поднапрячься? Интересно, как люди умудряются об этом не знать? Как я умудрилась об этом не знать? Прожив миллионы жизней в мирах подобных этому, я должна была такое помнить! Видимо личность уже начала поглощение…

Ну ладно! Главное, что теперь я это понимаю! Отлично! Но дальше я все равно пойду пешком. Отдохну и пойду. Именно благодаря тому, что я шла, мне удалось открыть что-то новое для мыслительных процессов Илоны Фет, и я намерена продолжать.

Если я поеду, убеждение может перевернуться обратно, когда пройдет усталость! Не буду рисковать. Пусть у меня болят ноги и плечо, я пойду.

Через какое-то время, я снова иду по дороге вперед, и снова чувствую, как что-то внутри начинает меня расстраивать. Потом душить. Что на этот раз? Снова копаюсь в своей голове и… Не может быть!!! Та же самая фантазия о детской! В которой я открываю эту гребанную дверь… Только, в первый раз эта фантазия всего лишь пыталась себя воплотить, а теперь она дерет меня сожалением, что я этого не позволила.

Неужели это происки идеи, что я могу стать хорошей матерью? Она пытается меня наказать за то, что я ей перечу, и вместо того, чтобы быть дома со своими детьми, иду непонятно куда в надежде найти непонятно что?

Ведь хорошие матери так не делают…

Эта мимолетная мысль становится ключом, открывающим мой личный ящик Пандоры! В один момент все мои мысли превращаются в рассуждения о хороших матерях и о том, что я к ним никак не отношусь.

Потому что хорошие матери не откладывают любовь и заботу на потом, как это делаю я сейчас. Они просто любят и просто заботятся. Всегда.

Если бы я была хорошей матерью, я не стала бы сопротивляться своему желанию, а просто пошла бы и открыла эту дверь… Если бы я была хорошей матерью, я бы подошла к своим детям и поцеловала бы их… Если бы я была хорошей матерью, я бы не оставила их с няней, у которой они целыми днями ходят по ниточке и боятся вздохнуть. Я бы осталась с ними. Или взяла бы их с собой.

А я ушла. Я их оставила. Оставила в неприятных условиях, чтобы найти приятные для себя… Разве после такого я могу надеяться, что когда-нибудь стану хорошей матерью? И вообще я могу считать себя матерью? Нет, не могу! Но, возможно, смогу, если все исправлю… Если вернусь и зайду в детскую. Может правда вернутся обратно? И остаться дома? Даже если мы, как всегда, не будем проводить время вместе, я хотя бы буду находиться рядом…

Я почти поворачиваю в обратную сторону, но, к счастью, включается моя высшая память.

Так! Стоп! О чем я опять думаю?

Не успела я испытать радость от того, что смогла прогнать от себя нежелательную фантазию, как она тут же вернулась и набросилась на меня с другим эмоциональным зарядом. И чуть все мои планы не разрушила. Невероятно!

Никаких возвращений домой! Если я вернусь, ничего не поменяется! Пока я не умею быть счастливой, не умею радоваться, не умею надеяться на лучшее – я ничего не могу дать своим детям. Но если я этому научусь, то и у них появиться такой шанс.

Как же сложно устроен человек! Теперь мне ясно, почему в подобных мирах принято рождаться нулевыми. Так легче приспосабливаться ко всему этому кошмару и не сходить с ума.

Без физического тела все кажется таким очевидным – просто надо думать о том, что хочешь, и все будет. Но как только становишься человеком, оказывается, что думать в определенным направлении не так уж и просто. Человеческое внимание очень сильно любит цепляться за всякую дрянь и отвлекаться от того, что действительно важно.

Надо как-то научить себя концентрироваться. Или хотя бы переключаться с угнетающих мыслей на менее разрушительные.

Порассуждав, я прихожу к выводу, что главные помощники в этом деле – физические ощущения. Потому что даже будучи поглощенной темой своего неудавшегося материнства, небольшая часть моего внимания постоянно отвлекалась на нарастающую ноющую боль в ногах.

Надо этим воспользоваться! Надо думать об этой боли, чтобы не вспоминать ни о чем другом, пока я не найду для себя какое-нибудь радостное событие.

Полностью переключиться с ментальной боли на физическую оказывается не сложным. Буквально в течении минуты все мои мысли начинают принадлежать только моим несчастным стопам.

Это все туфли! Они невыносимо неудобные! В них просто невозможно долго куда-то идти. А я ещё и пробежалась… Надо было надеть другую обувь. Правда, я не уверена, что она оказалась бы удобнее, чем эта – я же никогда в ней долго не ходила и уж тем более не бегала. Я даже не знаю была ли у меня когда-нибудь по-настоящему удобная обувь! Может и не было! Может поэтому я так не люблю ходить? Потому что заранее знаю, что мне будет неудобно! Тогда зачем я покупаю такую обувь? А! Ну да! Так принято у всех несчастных личностей. Мы всегда выбираем что-то неудобное, что нам абсолютно не нравится, лишь бы соответствовать тем, кому, на самом деле, тоже это не нравится. Глупость, но правда.

Надо добраться до какого-нибудь магазина и купить себе удобную обувь!

Я чувствую, как от решения сделать покупку мне становится легче. Я как будто сбрасываю с себя очередной груз. Все так просто? Я действительно могу облегчить себе жизнь всего лишь зайдя в магазин? Выходит, что да.

Хорошо, что у меня нет проблем с деньгами. Пока я живу по правилам своей семьи – я обеспечена, и могу тратить на себя практически любые суммы.

Деньги, конечно, не являются счастьем в этом мире, но денежные энергии отлично прочищают пути к свободному мышлению, а свободное мышление способно воплотить любой желаемый сценарий жизни.

Еще одна упущенная возможность Илоны Фет. Имея практически неограниченную финансовую свободу, я умудряюсь загонять себя в рамки, в которых она не имеет никакой ценности. Ну и личность у меня!

Ладно. Теперь все будет по-другому! Сейчас же пойду в магазин и куплю себе самую удобную обувь, которая мне понравиться. А ту, что на мне – выкину.