Читать книгу Наблюдатель: Эффект Иного Книга 1 - - Страница 3

(Начинается с точки зрения Сергея внутри автодома)

Сцена 1: Первая заря в другом мире.

Что ты делаешь, когда мир кончается? Составляешь список.

Я провёл ночь беспокойно. Спал хоть и в удобном автодоме, но вещей, в которых можно укрыться, почти не было – пришлось использовать декоративное покрывало с дивана. И спал я урывками, просыпаясь от каждого скрежета веток по корпусу. Не от звука – от мысли: а что, если это не ветка?

Рассвет тянулся мучительно долго, а потом свет наступил как-то сразу, резко. Я вышел наружу, вооружившись монтировкой и цифровым биноклем из набора «геолога», что нашёлся в одном из автодомов. GoPro прикрепил на грудь – надо же документировать конец света. Воздух был кристально чистым. Слишком чистым. Не было привычного птичьего щебета. И это не была тишина – это был вакуум. Природа-подделка. Сосны были как сосны, только гигантские, метров по пятьдесят в высоту. Трава зелёная. Но всё не то. Как если бы ты уехал на 200 км от дома и вдруг осознал, что оттенки зелени здесь другие, запах хвои чужой, а звуков нет вообще. Это было не место на Земле. Это была качественная, но бездушная копия.

Я обошёл место крушения, не найдя ни тел, ни других людей. В вагонах не было никого: ни пассажиров, ни проводников, ни даже случайных животных. Только я. Один в целом мире. Мысль, от которой сводит живот.

Вернувшись к скоплению автодомов, я заметил странность: от некоторых деревьев, не сосен, а каких-то лиственниц, изредка тянулся синеватый дымок. Не дым, а свечение, туманность. Оно пульсировало и рассеивалось в воздухе. Я прицелился биноклем. Нет, это не горение. Это что-то иное. Эфирное. Первое аномальное явление. Объект для изучения.

А потом, пройдя ещё немного, я увидел долину. Огромное пространство, лежащее на 15-20 метров ниже, зажатое между горными хребтами и тем самым лесом-подделкой. Там были луга с пёстрой травой и петляла река. И снова – ни птиц, ни насекомых над цветами. Мёртвая живописность. Но место для лагеря – идеальное: вода, открытый обзор, холм для укрытия.

«Задача номер один, – проговорил я вслух, чтобы разогнать тишину. – Создать операционную базу. Выживание – это система. Систему – построить».

Сцена 2: Строительство системы.

Мой мозг, отравленный годами программирования, с радостью ухватился за конкретную задачу. Я составил алгоритм в уме:

1. Выбор места: Поляна у ручья, с уклоном к реке, холм сзади как естественный щит.

2. Логистика: Доставить вагоны и автодомы на позиции. Рельс один, но есть брёвна и бензопила. Создать временные салазки.

3. Фортификация: Расставить вагоны полукругом, создать частокол между ними. Превратить хлам в крепость.

4. Инфраструктура: Свет (солнечные панели с автодомов + найденный ветряк), вода (насос и фильтр из запасов «Крепости»), связь (локальная сеть).

5. Наблюдение: Камеры видеонаблюдения из всех автодомов, организовать питание через PowerBank, расставить по периметру. Дать себе глаза.

Работа заняла неделю. Это была странная терапия. Пилить эти гигантские, почти резиновые на вид деревья (срез почти не давал смолы, а древесина была неестественно плотной). Тащить вагоны, скрипя и пыхтя, ощущая каждый мускул. Я не строил дом – я собирал скрипт своего выживания, строку за строкой, гайку за гайкой.

Самым сложным оказалась сеть наблюдения. Чтобы видеть вход в долину за 5 км, нужна цепочка ретрансляторов. Роутеры были, PowerBank’ов – куча. Но каждый блок требовал замены раз в сутки. Я создал уязвимость в своей системе – регулярный маршрут, график. Слабое место. Но без дальнего зрения я был слеп. Риск оправдан.

На десятый день, меняя батареи на дальнем посту, я увидел их в объектив камеры. Движение. Не звери. Не ветер. Гуманоиды.

Сцена 3: Наблюдение: гости.

Я замер у монитора в своём командном вагоне, сердце колотясь где-то в горле. Эльфы. Да, вот они, классические длинные уши, тонкие черты. Но разделение бросалось в глаза сразу.

Первые – «местные», как я тут же их окрестил. Одежда практичная, почти туристическая: штаны, куртки-флисовки. Посохи – обычные палки. Шли легко, осматриваясь. Скауты. Выживальщики.

Вторые – «столичные». Ходячие витражи. Многослойные, переливающиеся ткани, посохи с кристаллами, которые тускло светились. На их лицах – смесь высокомерия и страха. А между ними – люди. Коренастые, угрюмые, в поношенной коже. И ошейники. Рабы. Они несли носилки.

На носилках – эльфийка. Её лицо искажено не болью, а чем-то худшим: чёрными, жилистыми узорами, которые будто пульсировали под кожей. Инфекция. Магическая инфекция?

Группа остановилась у той самой невидимой границы, где сочная зелень сменялась жухлой травой долины. Столичный эльф с аметистовым набалдашником что-то приказывал местному вожаку. Язык тела универсален: «Возьми эту проблему и засунь её туда, куда я не хочу ступать». Местный кивнул, но в его позе читалось сопротивление. Они не любят друг друга. Иерархия. Конфликт. Ценная информация.

Люди с видимым облегчением передали носилки и отступили, потирая шеи. Их ошейники погасли. Ошейники магические. В долине магии нет. Значит, контроль ослабевает.

И тут моё зрение, та самая аномалия, сработало снова. Когда местные эльфы с носилками шагнули в долину, от них потянулись слабые, цветные шлейфы. Зелёные, голубые. Как те дымки от деревьев в первые дни. Это магия. Они излучают магию. У столичных, оставшихся снаружи, шлейфы были ярче, гуще. А от больной… от неё валил чёрный, плотный смрад, который, касаясь пустоты долины, начинал таять и рваться.

«Долина – антимагическая зона. Магнит для магии, которая здесь умирает. А я… а я ничего не вижу, когда смотрю на пустоту. Я вижу "ноль". Такой же, как в моём автодоме. Такой же, как… внутри меня?»

Я наблюдал, как они отнесли её к мёртвому дереву в центре, развязали верёвки… и связали заново, приковав к камням. Их лица были не злыми. Суровыми. Решительными. Молодой что-то прошептал, глядя на чёрные узоры. Старший резко оборвал его. Я почти читал по губам: «Приказ. Оставить Долине. Не наше дело».

Они ушли. Оставили её умирать. Жертвоприношение пустоте.

Я сидел в своей стальной скорлупе, глядя на экран. В голове схлестнулись два кода: старый, человеческий («Помоги!») и новый, выживальческий («Не лезь. Опасно. Неизвестный патоген. Враждебная раса. Сохрани систему»). Но был и третий голос, тихий, из того стёртого прошлого: «Ты наблюдаешь. Но чтобы понять систему, иногда нужно вмешаться и посмотреть, как она отреагирует».

Сцена 4: Дорма-Фал. Городские эльфы. (Диалог без изменений, он отличный)

Вилиагор: Зачем надо было оставлять её связанной в долине? Если она так неудобна руководству, могли бы найти способ попроще. В такую глухомань перлись… Ариотип: Она для некоторых эльфов была путеводным лучом. И её несчастный случай дал бы тень на Совет. А её недовольство эксплуатацией людей перешло все границы. А тут и болезнь, и возможность «выздороветь» в Долине предков. Поверья, что некоторые магические болезни можно вылечить, побывав там, где теряется магия… А связанная она точно не выживет. И мы не соврём, что оставили её живой возле долины. Вилиагор: А зачем надо было привлекать местных? Оставили бы её неподалёку и всё. Ариотип: Нет. Мы не могли рисковать. Пусть отнесут подальше. И пусть их руки будут в этом замешаны. Их род и так живёт в этой аномалии дольше положенного. Это… ненормально. Лучше держать их на крючке.

Сцена 5: Вмешательство.

Я шёл к ней, ощущая каждый шаг как нарушение собственного протокола безопасности. Алгоритм дал сбой. Вмешалась переменная "совесть". Или любопытство.

Она лежала у мёртвого дерева, и чёрный дымок от неё стал тоньше, но не исчез. Узоры на её лице пульсировали медленнее. Я обвязал лицо влажным платком, смахивая мысли о заразе. «Если это магия, а я – "ноль", то, может, я невосприимчив? Глупая гипотеза. Проверять на себе не буду».

Веревки из лозы были прочными, но стальной охотничий нож справился. Я перерезал путы на запястьях и лодыжках. Её кожа под узорами была холодной, почти каменной. Я оттащил её ближе к ручью, в тень валуна, смочил ей губы и лоб водой из фляги. Она не шевельнулась.

«Что дальше, доктор? Ты же не врач. Ты бывший психолог, который не помнит пациентов. И программист. Какая у тебя специализация? Баги в коде автодомов, а не в биомагии эльфов».

Я вернулся в лагерь, к своему «арсеналу». В одном из автодомов была укомплектованная аптечка для арктических экспедиций: антибиотики широкого спектра, мощные антигистаминные, стимуляторы, даже ветеринарный набор (видимо, для ездовых собак). Полный бред. Но делать нечего. Я набрал того, что могло хоть как-то повлиять на воспаление, септический шок, что угодно… и пошёл обратно.

Через два часа её на месте не было.

Паника ударила в виски. «Проснулась. Ушла. Или её забрали». Я замер, слушая тишину. Потом увидел – она сидела на камне у реки, в двадцати метрах ниже по течению. Плескала водой на лицо. И чёрные узоры… отступали. Не исчезали, но стали менее выпуклыми, словно втягивались обратно под кожу. Синий дымок от неё почти исчез, сменившись слабым, золотистым свечением – таким же, как у местных эльфов, только призрачным.

Она заметила моё движение. Её голова резко повернулась. Глаза, огромные, цвета весенней листвы, уставились на меня. Не со страхом. С изумлением и острейшим, хищным вниманием. Она что-то сказала. Звук был мелодичным, но язык – абсолютно чужим, полным щебета и шипящих.

Я поднял руки ладонями наружу, медленно, как перед диким зверем. «Не двигайся. Я не знаю, что делать».

Сцена 6: Наблюдатель и Наблюдаемая.

Прошёл день. Я не подходил ближе. Я наблюдал.

Она бродила по долине, двигаясь странно: то замирала, прикасаясь ладонью к земле, то шла быстро и уверенно, как по невидимым тропам. Она искала что-то. Или кого-то. Возможно, выход. Но выход был там, где остались её сородичи-палачи.

Я следил за ней через сеть камер. Их было уже 32 точки, хотя десять пришлось отключить – PowerBank’и кончились. Моя система дышит на ладан. Ресурсы конечны.

«Как она отреагирует на меня? Люди тут – рабы. Эльфы столичные – надменные аристократы. Эльфы местные… выживальщики, которых используют. А я кто? Пришелец. С железными домами. Я либо чудо, либо чудовище в их глазах».

К вечеру второго дня она сделала то, чего я не ожидал. Она подошла к тому самому мёртвому дереву, где её оставили умирать. Села напротив него, скрестив ноги. И замерла. Её слабое золотое свечение заструилось и теперь я обратил внимание, что все эти явления цветные дымок от деревьев и нее направлены в определённую географичкою, точку где-то в горах . И тогда я увидел ещё кое-что.

Я продолжал наблюдать за ней по камерам ее что-то насторожило кокнуто она почувствовало наблюдение, не удивительно этим чувством и не земле могут похвастается некоторые люди

В голове щёлкнуло. Мой следующий шаг. Я могу:

1. Продолжать скрываться, наблюдать (безопасно, но тупик).

2. Попытаться выйти на контакт (риск, но информация).

3. Использовать её как источник данных о мире (манипуляция).