Читать книгу Тёмная сторона кофейни - - Страница 1

Я стою за прилавком, наблюдаю сквозь витрину. Утро. Вторник. 10:06.

Она заходит – будто кадр из немого кино. Движения плавные, осторожные. Придерживает дверь, словно боится нарушить хрупкую тишину магазина. Улыбается – смущённо, будто извиняется за своё присутствие.

Она.

Ногти – без яркого лака, натуральный оттенок. Бежевый джемпер с треугольным вырезом. Ткань мягкая, облегает, но не кричит о теле – наоборот, будто прячет его, дразня воображение. Свободные джинсы, розовые – наивные, как поросёнок.

Она не спешит. Не бросает короткое «привет» и не уходит вглубь, уткнувшись в телефон. Она… изучает. Медленно проходит вдоль стеллажей с кофейными банками, скользит взглядом по названиям, касается пальцами банок.

Я наблюдаю.

Она останавливается у полки с бразильским кофем. Поворачивает голову влево – нет, не то. Вскидывает брови, смотрит вправо – снова не то. Чихнула. Громко, искренне.

– Будьте здоровы! – вырывается у меня.

Она хихикает и кричит в ответ, негодная, похотливая девчонка:

– Спасибо, приятель.

Приятель? Ты флиртуешь?!

Я.

В голове – калейдоскоп образов. Я представляю её в разных декорациях:

в полутёмной гостиной, с книгой на коленях, луч солнца на щеке;

под дождём, с распущенными волосами, смеющаяся;

в моей постели – но это уже слишком.

Я отгоняю мысли. Она не из тех, кто вешает на себя ярлыки.

Она – другая.

Она.

Проходит дальше.

Я хочу подойти. Заговорить. Но боюсь спугнуть.

Я.

Вспоминаю, как вчера листал соцсети в поисках чего‑то – кого‑то. Листал, листал, пока не наткнулся на её профиль. Пара фото. Ни одного селфи с подписями «жизнь – боль» или «ищу себя». Просто кадры:

она с чашкой кофе у окна;

она в парке, ветер играет волосами;

она смеётся – и этот смех будто проникает в меня.

Я сохранил одно фото. Поставил на заставку. Теперь смотрю на него, когда никто не видит.

Она.

Поднимает глаза. Встречается со мной взглядом. На секунду – дольше, чем нужно. Потом отводит взгляд, но я чувствую: она заметила.

Я хочу спросить: «Что вы ищете?». Но молчу.

Я.

Мы играем в молчанку. Она – в своём мире. Я – за прилавком, в плену собственных фантазий.

Она подходит к кассе.

– Можно латте с тыквенным сиропом. – смущенно проговаривает она.

Я застываю на мгновение, впитывая её слова. Латте с тыквенным сиропом. Такой простой заказ – и такой… личный. Будто она уже была здесь раньше, будто знает, что я запомню.

– Конечно, – отвечаю, стараясь, чтобы голос звучал ровно. – Минуту.

Начинаю готовить напиток. Движения привычные, почти ритуальные: молоть зёрна, взбивать молоко, добавлять сироп. Но сегодня каждое действие – как под увеличительным стеклом. Я чувствую её взгляд на себе. Или мне только кажется?

Она.

Стоит у кассы, теребит край джемпера. Взгляд скользит по витрине с выпечкой, но она не видит её. Мысли где‑то далеко. Или… не так далеко? Может, она тоже думает обо мне?

Я.

Ставлю перед ней чашку. Аромат тыквы и корицы заполняет пространство, между нами.

– Ваш латте, – говорю, глядя ей в глаза.

Она улыбается. Не смущённо, как в начале, а… теплее. Будто мы уже знакомы.

– Спасибо, – произносит тихо. – Вы всегда так внимательно готовите кофе?

Я пожимаю плечами, скрывая волнение.

– Это часть работы.

Она.

Берёт чашку, обхватывает её ладонями. Закрывает глаза, вдыхая аромат. На лице – тень удовольствия.

– Идеально, – шепчет. – Как будто я дома.

Дома. Это слово бьёт по сердцу. Потому что теперь я знаю: её дом – не здесь. Её дом – где‑то в другом месте, где нет меня. Но я хочу, чтобы она чувствовала себя как дома именно здесь. У меня.

Я.

Хочу спросить: «Почему вы выбрали именно этот напиток?» или «Вы часто сюда заходите?». Но боюсь разрушить момент. Боюсь, что она снова станет незнакомкой, случайной гостьей, которая уйдёт и не вернётся.

Она делает первый глоток. Глаза раскрываются – шире, ярче.

– Вы правда волшебник, – говорит с улыбкой. – Это лучший латте в моей жизни.

Я смеюсь. Нервно, не веря.

– Не преувеличивайте.

– Не преувеличиваю, – настаивает она. – Вы… особенный.

Эти слова повисают между нами, как туман. Я не знаю, что ответить. Не знаю, как удержать её здесь, рядом.

Она допивает кофе, ставит чашку на стойку.

– Мне пора, – говорит, но в голосе – сожаление.

– Приходите ещё, – вырывается у меня. Слишком быстро, слишком откровенно.

Она смотрит на меня. Долго. Так, что внутри всё замирает.

– Обязательно, – отвечает тихо. – Я найду повод.

Разворачивается и идёт к двери. Снова придерживает её, снова улыбается. Но теперь я вижу в её глазах что‑то новое. Что‑то, что даёт мне надежду.

Дверь закрывается. Я остаюсь один. С запахом тыквы и корицы. С её словами, которые звучат в голове, как мантра: «Я найду повод».

Смотрю на пустую чашку. На след от помады на краю. И понимаю: это только начало.

Я стою, не в силах пошевелиться. Взгляд прикован к салфетке – простой белой салфетке, которую она небрежно (или нарочито?) положила рядом с пустой чашкой.

На ней – несколько цифр и одно имя. Аккуратные, чуть наклонённые вправо буквы: «Алина». И ниже – номер телефона. Чётко, без помарок. Будто она репетировала это движение сотни раз.

Я стою, разглядывая салфетку с номером и именем. «Алина». Буквы будто насмехаются: «Ну что, возьмёшь себя в руки или так и будешь пялиться?»

«Конечно, буду пялиться. Ещё минут пять. Или час. Кто меня остановит?»

– Ну что, герой‑любовник, – шепчу себе под нос, – будем делать ход конём или продолжим изображать соляной столб?

Смеюсь. Звук получается сухим, почти чужим.

Достаю телефон. Набираю номер – медленно, будто проверяю её терпение.

Гудок. Второй. Третий.

– Да? – её голос. Лёгкий, будто ветерок.

– Это я, – бросаю небрежно. – Из кофейни. Ты оставила…

– Салфетку? – перебивает она, и в голосе – улыбка. – Я знала, что ты позвонишь.

Хмыкаю.

– С чего такая уверенность? Может, я коллекционирую номера и сжигаю их в полнолуние.

Она смеётся – звонко, без тени смущения.

– Потому что ты не похож на остальных. Ты… чувствуешь.

Пауза. Я ловлю себя на том, что улыбаюсь. Чёрт возьми, она умеет находить слова.

– Хочешь встретиться? – спрашиваю, стараясь, чтобы голос звучал лениво. – Не в кофейне. Где‑то… где можно поговорить без кофемашин и очередей.

– Да, – отвечает сразу. – Сегодня вечером. В парке у фонтана. В семь.

– Опаздывать не планирую, – цежу сквозь зубы. – Но если ты задержишься, я уйду. Ненавижу ждать.

Она хихикает.

– Тогда возьми с собой латте с тыквенным сиропом. Для меня. Чтобы скрасить ожидание.

– Ты прямо знаешь, как надавить на больное, – усмехаюсь. – Ладно. Будет тебе латте.

– До встречи, – шепчет она.

– Не вздумай передумать, – бросаю напоследок и отключаюсь.

Кладу телефон на стойку. Салфетка всё ещё в руке. Сжимаю её, потом аккуратно разглаживаю.

Алина.

«Ну что, Ковалёв, ты в игре. Теперь главное – не облажаться. Хотя, будем честны, ты уже по уши в этом».