Читать книгу Симфония Пороков - - Страница 2

"Пятнадцать, двадцать, сорок пять", – сморщив нос и нетерпеливо ёрзая на стуле, парень сосредоточено подсчитывал содержимое карманов.

– Не хватает! – заключил он, удручённо отложив в сторону кучку монет.

Нет, он даже не сомневался, что денег не хватит, и всё же… Так хотелось верить в чудо. Но нет. Чуда не случилось. И что теперь?

Денег, исправно высылаемых матерью, не хватало абсолютно ни на что. Но как он мог просить больше?

Мать родила его почти в сорок пять, отца своего он даже не знал, – какой-то приезжий по работе, жильцевал… Потом тот уехал, а через восемь месяцев родился Максим. Маленький, хилый, и без отца.

Как же мать гордилась, когда он поступил в колледж! Всю жизнь проработав на местной птицеферме, женщина и в город-то выезжала не часто… А ту её сын будет учиться в городе! Да самого тогда распирало от гордости и счастья. Казалось, вот он успех, ключевой поворот, после которого жизнь станет совсем другой, невероятной и счастливой. Но, нет… Всё стало ещё хуже. На фоне городских мажоров с их айфонами, Максим чувствовал себя совсем мрачно. Даже деревенские пацаны и те гуляли, просаживая в ночных клубах стипендию. Он тоже как-то раз был в клубе… Потом пришлось месяц раздавать долги и угощать всех чтоб поняли, что он не убогая бомжара какая-нибудь и не нубяра зашкварная. Тогда он и продал мамкину цепочку золотую. Сначала в амбар сдал, думал выкупит скоро… Не выкупил.

Нужна срочно работа… Хоть какая-нибудь! Того, что удавалось подработать курьером, выгуливая собак и, иногда, по вечерам присматривая за Тёмкой, – недостаточно.

Достав с пачки последнюю сигарету, и подставив табуретку к вытяжке, – Максим закурил. Бархатные клубы дыма успокаивающе кружились и отправлялись в неровную дыру под потолком. В общежитии курить категорически запрещалось, но, по странной случайности, ему повезло – старое здание много раз перепланировалось и именно в их комнате оказалась вытяжка. Главное – не забыть немного приоткрыть форточку…

Внезапно глаз зацепился за серого паука на краю вентиляционной решётки.

– Новенький? – вслух поприветствовал Максим, выпуская изо рта очередную струйку дыма. – Мать говорит, что пауки к деньгам. Так что ты живи тут, не тикай. Мух и комаров летом много, а зимой тараканов хоть сотнями лови да ешь.

«Интересно, пауки едят тараканов?» – мелькнула мысль.

Докурив сигарету, Максим убрал на место табуретку, закрыл форточку, накинул куртку, и вышел за дверь.

Серые улицы навевали тоску. Конец декабря без снега – убогое зрелище. Мелкая морось заставила поёжиться, где-то внутри нечто больно потянуло и, прижав руку к животу, пришлось остановиться. Стало чуть легче…

"Не стоило толкать Женьке мамкины передачки" – мелькнуло в голове.

Внезапно взгляд зацепился за белоснежный лист на столбе у пешеходного перехода. Он был на столько белым, что казался чем-то вырванным из другой вселенной, ни пятнышка, ни точечки, слишком идеальный для этого мира:

«РАБОТА помощника флейтиста Армандо Доливари!

БЕЗ ОПЫТА и ОБРАЗОВАНИЯ, подходит ДЛЯ СТУДЕНТОВ! Работа в свободное от учёбы/(основной работы) время.

Разбираться в музыке и специальные знания – не требуются.

Оплата с первого дня».

«Хм… Флейтист, – уголок губ приподнялся в лёгкой ухмылке, – Армандо Доливари… Где-то я уже слышал это…» Но, сколько он не напрягался, – вспомнить так и не смог. Мокрота зажгла в горле и, хрипло кашлянув, Максим сплюнул, а затем сорвал объявление и впихнул скомканный лист в карман. Нечего ему тут висеть, конкурентов собирать.

Уже через несколько часов, ёрзая от волнения на стуле, парень сидел в странном полузаброшенном помещении офисного здания, напротив ещё более странного Армандо Долевари.

– Куришь? – спросил тот.

– А что? Нельзя что ли? – демонстративно небрежно бросил Максим. То, что его не возьмут никаким помощником, стало понятно сразу, как только он увидел этого самого Армандо… Безукоризненно идеальный, чёрные брюки без единой складочки или пятнышка, шёлковая рубашка, туго заплетённые в длинную косу чёрные волосы, волосок к волоску… Он, словно ожившая картинка, совсем не походил ни на кого из прежде встречных людей.

Безупречно ровная спина слегка отклонилась назад, длинные изящные пальцы мужчины принялись поглаживать и постукивать по запястью, а тёмно-карие глаза – безотрывно уставились в лицо Максиму. Как же хотелось опустить взгляд… Но, нет! нет… И всё же глаза сами собой упали вниз. Следом поникли и плечи, словно пытаясь вжать Максима в стул.

– Отнюдь, – ответил Армандо.

Наконец, будто просыпаясь после странного сна, парень выбрался наружу. Свежий прохладный воздух тут же ударил в лицо, и Максим принялся с жадностью вдыхать, наполняя лёгкие живительным кислородом. В горле запершило, откашлявшись, он сплюнул мокроту. Руки привычно зашарили по куртке в поисках сигарет.

– Закончились, – с досадой буркнул парень, не зная как унять дрожь.

Сердце бешено колотилось. Как же можно было забыть этого… как его… дудкиста. В голове тут же вспомнился молодёжный театр и сказка, на которую он сопровождал Тёмку в один из вечеров. Вот почему имя на объявлении казалось таким знакомым! Тот самый музыкант.

С досадой подняв глаза, Максим замер – снег пошёл.

Невесомые белые хлопья наполнили вечерний воздух волшебством, заставляя думать, что быть может жизнь не такая уж конченная, а впереди непременно ждёт что-то хорошее.

– Ну и что теперь делать? – спросил сам себя Максим. В ответ больно потянуло в пустом желудке. – Видать не надо было толкать мамкины закатки, не надо… Пятьдесят три рубля – всё что осталось в кармане. Можно купить батон. С вареньем – самое то. Только вот варенья больше нет…

Привычным движением рука отправилась в карман, но, не нащупав желаемого, парень в очередной раз сплюнул. Бесит!

– Сигареты не будет? – спросил он у первого встречного. – Не угостите сигареткой?

Блаженно затягиваясь терпко-сладковатым вкусом, он, наконец, успокоился. Сердце стало биться ровнее, а мир, с падающими белыми снежинками – чуточку красивее. Пятьдесят три рубля… – это не так уж и мало. Бывало и похуже. Пачка макарон в пятёрочке восемнадцать рублей… – заглядывая в рядом стоящую пекарню и уже блаженно вдыхая аромат свежей выпечки, рассуждал Максим.

– Вот этот крендель, – сказал он продавщице, протягивая ровно тридцать пять рублей.

Прерывистый звук в кармане заставил вытащить телефон:

«Принят. Жду завтра по адресу: Черевичкина 145 в 18:00. Армандо Доливари.»

Чего?! – опешил Максим. Как такое вообще возможно? Этот дудкист его взял на работу?.. Хм…

– А дайте ещё вот эту булочку за девятнадцать, – тыкая пальцем в витрину и вываливая оставшиеся монеты сказал вслух Максим.

– Здесь не хватает рубля, – ответила женщина.

Демонстративно пошарив по карманам, парень пожал плечами:

– Вывалилось, видать.

– Потом принесёшь, – протягивая булочку, бросила продавщица.

Из кармана снова раздался звук, на этот раз громкий и настойчивый.

«Мать» – высветилось на экране.

– Да. Всё хорошо… Учусь… Не прогуливаю конечно! Нет! Конечно – я не голодный. Не маленький уже!

Вот достача! – кладя трубку, разозлился Максим. Пальцы наткнулись на смятый листок с объявлением.

– А это больше мне не надо, – достав уже не такой идеальный белый лист с кармана, и победоносно улыбнувшись, Максим небрежно бросил его на дорогу.

Лёгкий ветерок тут же подхватил клочок бумаги и, играючи, понёс по улицам города.