Читать книгу Последняя ведьма - - Страница 7

Оля

По дому с утра бродили какие-то незнакомые люди. Соседка, тётя Шура, долго о чём-то с ними говорила, почему-то плакала. Оля наблюдала за всем происходящим из своей комнаты, слегка приоткрыв дверь. Она не решалась выйти и спросить этих людей, что они здесь делают, и где её родители. Ей страшно было услышать ответ, но ещё страшнее было то, что она его знала. Оля знала ответ.

Рано утром, когда девочка ещё спала, тётя Шура пришла к ним в дом, чтобы побыть с ней, потому что мама и папа куда-то поехали. Вчера папа рассказал, что скоро они переедут в новый красивый дом и им с мамой нужно там всё подготовить. Оле не нужен был новый дом, ей нравился этот, в котором они жили сейчас, но если папа сказал – то нужно слушаться.

Проснувшись, Оля пошла на кухню, где хлопотала тётя Шура.

– А, проснулась, Оленька! Сейчас я тебя кашкой накормлю. Мама сказала, что тебе нужна кашка.

– А можно мне круассан и мороженое? – Оля придвинула стул ближе к столу, залезла на него, посадила рядом свою любимую игрушку – плюшевую собачку.

Тётя Шура рассмеялась.

– Да разве на завтрак едят мороженое? Давай лучше уж тогда сделаю тебе сырники.

– С малиной?

– Можно и с малиной, – и тётя Шура привычно захлопотала у плиты, словно не в первый раз готовила на этой кухне.

Позавтракав, Оля побежала в гостиную, где соседка включила ей детскую передачу. А сама тётя Шура поспешила обратно на кухню, потому что там зазвонил телефон. Оля не стала смотреть телевизор, потому что знала, что этот звонок сейчас всё изменит в её жизни. Ей было страшно, но она не могла предупредить об этом соседку, поэтому осталась сидеть на диване, крепко прижимая к себе собачку.

Сквозь звук телевизора Оля слышала, как тётя Шура несколько раз вскрикнула, потом, видимо, спохватившись, что девочка может услышать, плотно прикрыла дверь кухни и продолжала говорить по телефону с неизвестным собеседником, сообщившим то, что так напугало эту добрую женщину.

Оля побежала в свою комнату и спряталась за дверью. Она слышала, что тётя Шура закончила разговор и тяжело дышала, пытаясь успокоиться. Следом прозвенел дверной звонок, и кто-то незнакомый вошёл в дом. Какое-то время тётя Шура говорила с пришедшим, а затем направилась в комнату Оли. Присев рядом с девочкой на низенький пуф, женщина заговорила взволнованным, прерывающимся голосом:

– Оля, деточка. Сейчас к нам придут люди, вот уже приходят, они из администрации, ты только не бойся их, ладно? Мы пока пойдём ко мне. Помнишь, у меня есть Кузя, кот Кузя, рыжий такой? Тут просто такое дело. Твои мама и папа пока не могут прийти домой. Они… – соседка приложила ладони к пылающим щекам и тяжело задышала. Но быстро взяла себя в руки и продолжила:

– Оленька, они пока не придут, задержатся.

То, что произошло дальше, повергло Александру Степановну Казакову, – женщину пятидесяти двух лет, педагога по профессии и по призванию, которая видела на своём веку много разных детей, – в настоящее шоковое состояние. Едва ли не меньшим шоком было сообщение, услышанное ранее.

Оля подошла к тёте Шуре, обняла её за широкую талию, посмотрела снизу в глаза женщине своими большими синими глазами, в которых сейчас застыла недетская скорбь и слёзы, и сказала:

– Не волнуйся, тётя Шура. Я пойду с тобой. Я знаю – папы и мамы больше нет.