Читать книгу 131 день - - Страница 7

Время неумолимо приближалось к половине восьмого, а Элла всё ещё не докрасила стрелки. Руки, так часто делавшие макияж, словно взбунтовались и выдавали совершенно не тот результат, которого она ждала. Девушка злилась, то и дело вытаскивая новую ватную палочку из органайзера.

«Нужно было послушать себя и купить готовый комплект макияжа».

Часы завибрировали, оповещая о новом звонке. Элла приняла вызов.

– Элла Романовна, вы готовы? – раздался из динамика голос Александра.

Подпрыгнув от неожиданности, девушка выронила кисть из рук.

– Почти, уже выхожу, – она нагло врала.

– Не переживайте, мы будем в масках.

Элла лишь раздражённо вздохнула, стараясь сделать это бесшумно, чтобы начальник не услышал.

– Жду вас внизу. Дорога недолгая, но не затягивайте.

– Хорошо! – выпалила Элла, сбрасывая звонок. Но пальцы подвели её и в этом деле.

– Я его когда-нибудь прибью, – сказала она вслух, в очередной раз подтирая стрелку.

– Стужева, я вас всё ещё слышу. – Из динамика снова послышался голос начальника. – И вижу, – добавил он.

Девушка оторопела, застыв с подводкой в руках.

– Извините…

– В следующий раз хотя бы звук выключайте, – мужчина сбросил звонок.

Элла выругалась, предварительно убедившись, что Александр её не слышит.

Быстрыми, отрепетированными движениями Элла надела серьги, натянула на запястья чёрные кружевные перчатки и ловко завязала за ушами ленты ажурной маски. Оставалось последнее – платье. Изумрудная ткань, переливающаяся при свете, упрямо не желала завязываться на спине. Сделав несколько неудачных попыток, она с раздражением махнула рукой.

Часы снова завибрировали.

– Выхожу! – громко сказала Элла. – Завяжите мне платье, – добавила она, надевая туфли на шпильке.

Звонок прервался без ответа.

Она снова выругалась и выбежала из квартиры.

***

Чёрный автомобиль, припаркованный в тени, сливался со своим хозяином в тёмном костюме и плаще. Александр, прислонившийся к двери, привычным жестом сложил руки на груди. Лишь ажурная маска зловеще поблёскивала на острых, вытянутых чертах его лица.

Элла выбежала из жилого комплекса, сразу пожалев о том, что не накинула ничего теплее пиджака. Нежную кожу обожгло холодным воздухом.

– Вы быстрее, чем я думал, – заметил Александр, открывая ей дверь.

– Бежала со всех ног, – парировала она.

Александр занял своё место, и его взгляд скользнул по её неуклюже накинутому пиджаку и открытой спине.

– Что с платьем? – спросил мужчина.

– Не застегнулось.

– Повернитесь.

Элла повиновалась.

Его пальцы в кожаных перчатках аккуратными движениями стали завязывать тонкие ленты платья. Тепло его дыхания казалось обжигающим после холодной улицы. Элла немного поёжилась от перепада температуры. Александр заметил это и внимательно посмотрел на неё.

– Что-то не так?

Таких вопросов он ещё ей не задавал. Элла захотела расхохотаться от абсурдности ситуации: она, в его машине, с полуобнажённой спиной, пока он завязывает ей платье.

– Нет, – с улыбкой ответила она, ещё не отойдя от собственных размышлений. – Щекотно, – соврала она.

– Я почти закончил.

Через несколько секунд девушка почувствовала, как завязки туго стянули её талию.

– Дышать можете? – поинтересовался капитан.

– Ага, – глухо отозвалась Элла.

Он чуть ослабил узел, и девушка вздохнула.

Всё было готово, но он не спешил убирать руку. Элле показалось, что он задержал её на несколько секунд дольше, чем следовало, а затем медленно убрал.

– Надевайте пиджак, простудитесь, – привычным приказным тоном сказал Александр.

Девушка довольно хмыкнула, удивляясь тому, что даже такой человек, как её начальник, может проявлять заботу. Она повернулась к нему лицом и, наконец, смогла разглядеть его полностью.

Чёрный костюм, идеально сидящий на его подтянутой фигуре, тёмная рубашка и плащ. И та самая маска, которую она выбрала, – теперь на его лице она выглядела не украшением, а частью доспехов.

Он тронул с места, и машина бесшумно понеслась по ночным улицам. Элла украдкой наблюдала за Александром. За уверенными движениями рук на руле, за очертанием его профиля, подчёркиваемого встречными фонарями. Теперь он казался не строгим начальником, а загадочным союзником, везущим её навстречу приключениям. Но ей лишь так казалось. Под своими чёрными доспехами он был всё тем же расчётливым и непроницаемым инспектором.

Элле казалось, что, если бы не дорога, он бы так же не отрываясь смотрел на неё.

За размышлениями пролетело время, и девушка не заметила, как картинка за окном сильно изменилась. За окном, в конце длинной аллеи, высился призрак белоснежного замка, залитый неестественно ярким светом.

– Мы на месте, – тихо сказал капитан, будто боясь нарушить тишину её мыслей.

Он весь путь сюда наблюдал за ней. За тем, как она не сводит с него глаз, как подмечает каждое движение. Алекс замечал, как иногда её дыхание прерывалось и как она пыталась скрыть то, о чём думает. Но он почти читал её мысли.

Александр развернулся к Элле и серьёзно спросил:

– Вы уверены, что нам стоит туда идти?

Этот вопрос вырвал её из странных мыслей. Она подумала о том, что совсем забыла, для чего они сюда прибыли.

– Уверена, – ответила девушка, стараясь не показывать свою нервозность.

– Помни, что я с тобой, – он сказал это с той долей искренности, которую мог себе позволить.

От волнения и внезапного перехода на «ты» Элла вздохнула и смогла только кивнуть в ответ.

Александр вышел и обошёл машину, открывая Элле дверь. Наблюдая из темноты за окружением, они двинулись на свет.

Они вышли на каменную дорожку через зелёную арку в конце участка. Огромный сад простирался по всему периметру, усеянный множеством узких дорог и фонарей. Александр уверенно шагал рядом, практически не издавая шума. Лишь громкое цоканье каблуков и шёлест подола девушки раздавались в темноте.

Они приближались к огромному белоснежному замку. Из машины он казался Элле намного меньше, поэтому, подходя к нему, она слегка замерла, окинув всё здание взглядом. Мужчина приостановился и повернулся к ней.

– Внушительно, – слова слетели с его губ вместе с паром.

Девушка кивнула, ощущая на теле каждый упущенный градус. Александр подошёл к ней, снимая свой плащ, и молча накинул его на плечи.

– Спасибо, но вы же замёрзнете, – робко ответила Элла.

– Ничего, остужусь.

Он повернулся и зашагал дальше по дорожке, которая постепенно расширялась.

Подходя ко входу, они становились двумя маленькими песчинками в толпе людей. Элла осматривала их, цепляясь взглядом за разные наряды: барокко, белые громоздкие парики и сдержанность с минимализмом. Вот что бывает, когда на мероприятии нет дресс-кода. Единственным правилом были маски. Никто не должен был догадаться, кем ты являешься на самом деле. Не называлось и настоящих имён.

Возле высокой золотой лестницы, ведущей к двери замка, пару остановил секьюрити, одетый в лакейский фрак. В руках он держал длинный пергамент, исписанный чернилами.

– Добро пожаловать в Божественный Дом! Могу ли я попросить вас представиться?

– Добрый вечер. Леди и Лорд Миракл.

Лакей вежливо кивнул, найдя такую строку в списке.

– Рад вас снова видеть, – произнёс он, одарив Александра пристальным взглядом. А затем перевёл его на Эллу и добавил: – Хорошего вечера.

«Снова?» – остро запульсировала в голове у девушки. Она нахмурилась, но Александр даже не шевельнулся. Кажется, в этом отделе умел удивлять не только Марк.

Отходя от секьюрити, Элла заметила, что таких встречающих было несколько. Они преграждали путь к лестнице, отмечая каждого гостя.

– Миракл? – спросила Элла, когда они удалились на приличное расстояние от чужих ушей. – Чудо чудное, диво дивное, – улыбнулась девушка.

– Значит, наши титулы вас не смутили? – парировал капитан.

– Смутили поначалу, но они хорошо подходят к атмосфере этого… заведения, – он подчеркнул последнее слово, перекатывая буквы на языке.

– Вижу, у вас хорошее настроение, – сказала Элла, пытаясь скрыть раздражение от неудобной обуви.

– Нет причин для обратного, – он чуть ускорил шаг и, оказавшись у двери, подал ей руку. – Леди.

Элла протянула руку, их перчатки соприкоснулись. Она чувствовала через мелкую сетку своих перчаток его – кожаные и гладкие. Прикосновение было формальным, очередной нормой вежливости, которой следовал принципиальный капитан. Но на пороге логова врага это ощущалось чем-то сокровенным.

Александр играл свою роль – внимательного, учтивого и даже заинтересованного спутника. Но за напускным образом Лорда Миракл Элла видела всё того же капитана. Он скользил по толпе холодноватым прищуром, отмечал выходы, считал охрану, анализировал окружение. Его лёгкая улыбка, намёки и шутки были лишь частью их легенды. И ей следовало помнить об этом. Её растущая симпатия к этому новому, более человечному Александру была профессиональной ошибкой, которую она не могла себе позволить. Но оставляла в своём сердце детскую, непосредственную надежду.

Элла вздохнула, отбрасывая личные мысли. Не время для рефлексии, она на работе и обязана справиться. Внезапная заинтересованность Александра была лишь частью задания. Как и этот вечер, костюмы и метавшиеся между ними искры.

Она задумалась об этом всего на секунду, но Александр уже успел завести её внутрь зала.

Звук музыки вернул её разум в этот мир, приковав к себе всё внимание.

Ловкие руки местного персонала сразу потянулись к верхней одежде, аккуратными движениями снимая с неё плащ Александра. Следом за ним последовал пиджак. После этого капитан, уже не спрашивая, взял Эллу за руку, и они направились дальше.

Большой оркестр, видневшийся впереди, исполнял старомодные песни. Элла узнала несколько из тех, что слушали её родители. «Пастор явно ностальгирует по ушедшим эпохам и годится мне в отцы», – мысленно отметила она.

Леди и Лорд Миракл прошли по светлому мраморному коридору, всё ещё держась за руки. Это казалось таким правильным в этот момент, что Элла будто не замечала касания.

Александр уверенно вёл свою спутницу в гущу толпы, то и дело кивая проходившим мимо гостям, словно был с ними знаком.

Она быстрым шагом догоняла его, не жалея своих ног в узких туфлях.

– Куда мы так летим? – раздражённо выдохнула девушка, цепляясь за швы мраморного пола.

– Вступительная речь, и мы опаздываем.

Элла резко остановилась, заставив его обернуться. В его взгляде читалось удивление, быстро сменившееся вопросом.

– Нас видят, – тихо, но твёрдо сказала она. – Мы – Леди и Лорд Миракл, а не пара бегунов.

Не дожидаясь ответа, Элла высвободила свою руку из его хватки и, правильно, под руку, взяла его под локоть. Теперь они шли как единое целое – статная, величественная пара. Александр лишь одобрительно кивнул, подстраиваясь под её шаг.

Теперь они выглядели правдоподобно. Красивая, стройная девушка в платье изумрудного цвета, которое переливалось под окружающим светом. Статный, высокий мужчина – её спутник, весь в чёрном, начиная от рубашки и заканчивая аккуратными туфлями. Единственная яркая деталь – красная атласная роза в петлице.

Пара медленно шествовала по красному ковру, стараясь соответствовать окружающей действительности. Элла ловила на себе восторженные и завистливые взгляды. Как хорошо, что она не знала этих людей в жизни.

Страх оступиться, зацепившись о подол платья, копошился под притворным величием.

Она была здесь ради одного – раскрыть дело, но её желание выглядеть хорошо и не опозориться имело над ней сильное влияние.

– Не переживай, – его голос, низкий и ровный, прозвучал слишком близко к её уху. – Я рядом.

Она искала в этих словах утешение, стараясь не замечать чёткой команды в оболочке видимой заинтересованности.

Толпа уже собиралась возле сцены. Полностью покрытая красной бархатной тканью, она слегка поблёскивала от окружающих свечей.

«Правила безопасности здесь не в приоритете», – подумала Элла, представляя, как всё это может воспламениться от нечаянно опрокинутой свечи.

Люди рассаживались по бордовым креслам, стройными рядами размещёнными вокруг сцены. Только сейчас девушка заметила, что высоко над партером виднелись балконы. Гостей, находившихся там, было сложно разглядеть. Но Элла смогла рассмотреть некоторых из них. Дамы – в шикарных платьях и с веерами – о чём-то активно перешёптывались, поглядывая вниз. Стоящие рядом мужчины лениво попивали шампанское из аккуратных бокалов. Спонсоры или избранные гости?

Мимо них проплыл официант, жестом приглашая взять один из напитков. Девушка по привычке протянула руку, но Александр заблокировал её одним из своих леденящих душу взглядов.

– Не стоит, – он постарался сказать это мягко, не выдавая своей истинной мысли, но в словах сквозила жёсткость. – Впереди долгий вечер, дорогая.

Элла застыла с натянутой улыбкой, поддерживаемая сочувствующим взглядом официанта. «Дорогая» – в этом контексте обращение звучало особенно жутко и… трепетно. Бурлящий коктейль из эмоций потихоньку заполнял сосуд её чувств.

– Ты прав, дорогой, – последнее слово резало слух, и Элла специально его растянула, говоря самым слащавым голосом из возможных.

Капитан лишь слегка улыбнулся и поблагодарил официанта за предложение. Когда тот отошёл, Элла спросила:

– Думаете, там что-то подмешано?

– Вполне.

– А создавать вид бурного праздника?

– Не рискуй. Наблюдай.

Толпа медленно двигалась к креслам, постепенно рассаживаясь. Человеческий водоворот затянул и девушку, и мужчину, приведя их к свободным местам. Подойдя ближе к креслам, Элла увидела конверты, лежащие на сиденьях.

«Леди Миракл» – был подписан конверт на ближайшем к ней сиденье.

«Как они узнали, где мы сядем? Или места были распределены заранее?» – от этой мысли ей стало не по себе.

Она почувствовала на себе тяжёлый, пристальный взгляд. Девушка обернулась. В глубине зала стоял мужчина в светлой карнавальной маске, закрывающей всё лицо. Его тёмные длинные волосы спадали вниз по плечам, рассыпаясь густой волной по алому плащу. Его тёмные, почти бездонные глаза буравили Эллу взглядом. Это было единственное, что не скрывала маска.

Девушка поспешно отвернулась и торопливо заняла своё место, аккуратно вскрыла конверт кончиком ногтя.

«Леди Миракл! Премного благодарен Вам за посещение моего скромного мероприятия. Уверяю, Вы будете в восторге. Прошу Вас не делиться этим ощущением с другими, а оставить его в своей душе. С уважением, Ваш Пастор».

Элла слегка поморщилась от вычурности текста и заглянула в письмо Александра. Оно было идентичным, за исключением имени.

Мужчина бегло просмотрел письмо Эллы, а затем перевёл взгляд на неё. Зал постепенно погружался во тьму, и девушка разглядела лишь слабое мерцание линз начальника в последних лучах света.

Вдруг всё стихло. Музыканты оркестра замерли, словно ожидая чего-то особенного. Постепенно зал наполнился робкими звуками скрипки и фортепиано. Музыка набирала силу, а освещение разливалось по залу, достигая кульминации в ослепительной вспышке. Элла прищурилась от резкого перепада яркости.

Загадочный мужчина, который до этого пристально наблюдал за ней, внезапно появился на сцене. Он стремительно взмыл вверх без какой-либо поддержки. Элла попыталась разглядеть тросы, но ничего не обнаружила.

Мужчина парил. Его кроваво-красный плащ развевался от потока ветра, и Элла заворожённо наблюдала за этим представлением.

Наконец мужчина достиг высшей точки и, паря практически под потолком, раскинул руки в стороны.

– Я здесь, я с вами! – его голос звучал одновременно повсюду и нигде. – Бог дал мне возможность летать, а всё, что взял взамен – мою веру.

Мужчина кружился под потолком в такт музыке, прикрыв глаза и размахивая руками.

Он медленно опустился, и через мгновение уже стоял на сцене, твёрдо опираясь на ноги.

Кто-то из зрителей ахнул, поражённый происходящим. Элле тоже хотелось вскрикнуть – она ожидала чего угодно, но только не этого.

Незнакомец ждал, пока зал не погрузится в тишину, и останется лишь мелодичное звучание оркестра.

– Братья и сёстры! Я приветствую вас здесь и сейчас. Я хочу поделиться с вами тем, что открыл мне Бог. Вы – не обычные люди. В каждом из вас есть божественная искра, которая привела вас сюда. Я же – лишь скромный проводник Господа. Я – Пастор.

Он почтительно поклонился, словно перед ним стоял сам Бог, и свет снова погас.

Дым медленно заполнял сцену, окутывая каждый уголок. Хор скрипок звучал всё громче. Элла почувствовала сжимающийся комок внутри – музыка и атмосфера давили на неё. Это была не искра, а тревога, подкравшаяся сзади и утаскивающая в непроглядную тьму. Когда рука Александра коснулась её, она резко отпрянула и отодвинулась к краю кресла.

– Я хотел проверить, на месте ли ты, – шёпотом сказал капитан. Но слова, сказанные им, разлетались громом по залу и вызвали недовольное шиканье со всех сторон.

Элла неловко поёжилась, пытаясь убедить себя, что всё хорошо.

Но что было хорошего? Она сидела в странном окружении, наблюдала за бессмысленным представлением, в месте, где с ней могло произойти что угодно. Тревожные мысли разгонялись со скоростью света, быстро накрывая девушку чувством страха. Сердце затрепетало в груди и, казалось, заглушало звуки оркестра. Элла нервно вздохнула и сжала руки в кулаки, упираясь ногтями в мягкую кожу ладоней. Она знала, что аутоагрессия ничем не поможет в такой ситуации, а только усугубит, но сейчас она не видела другого выхода. Боль быстро вернула ей рассудок, забирая взамен часть ментального здоровья. Элла заставила себя сосредоточиться на представлении.

Свет снова медленно заполнял зал, но теперь уже на сцене никого не было. Мужчина исчез, и некоторые из гостей стали наблюдать обрывки пронесшегося мимо красного плаща. Пастор был одновременно со всех сторон, но никто не мог уловить его взглядом.

Люди озадаченно крутили головами по сторонам, пытаясь выхватить своего мессию хотя бы на долю секунды, пока тот не возник перед ними.

Пастор снова оказался в центре бархатной сцены. Его глаза, полуприкрытые в благоговейном наслаждении, делали закрытое маской лицо ещё менее человеческим. Он создавал эффект зловещей долины, не давая разглядеть в нём личность. Это выстраивало барьер между ним и гостями, решила Элла. Он ловко пользуется суматохой из масок, чтобы скрыть себя и свои истинные намерения, но девушка собиралась разгадать всё до единого.

Толпа заворожённо следила за мужчиной на сцене. Тот покачивался в такт музыки, создавая гипнотический эффект.

– Вы здесь, вы со мной, – повторял Пастор раз за разом. – Вы чувствуете, как ваше тело наполняется любовью. Она повсюду, она в каждой клеточке вашего тела. Вы – сосуд любви, созданный Богом. Вы пришли в этот мир, чтобы получать свою любовь и дарить её другим. Вы те, кто заслуживает большего. Те, кому должна доставаться вся любовь. Вы те, на кого Господь пристально смотрит. Он ждёт. Вашей любви и ваших действий. Так возьмите же их, здесь и сейчас! – последнюю фразу он прокричал на весь зал. – Здесь и сейчас, – тихо повторял Пастор.

Кто-то из гостей начал повторять за ним, вскидывая руки вверх, требуя любви.

– Я здесь ради Господа, ради любви! – выкрикнул подскочивший рядом мужчина.

Он сидел всего в нескольких рядах от Эллы, и та немного вздрогнула, когда он подскочил. В её сознание проникала странная мысль. А что, если Пастор прав? Она ведь действительно заслуживает любви и хочет её. С этой мыслью она посмотрела на Александра. Мужчина с невозмутимым лицом наблюдал за происходящим. Его глаза выражали холодную ясность, а руки, освобождённые от перчаток, спокойно лежали на подлокотниках кресла. Он даже не крутил пальцы и не дёргал ногой, как это обычно делала девушка. Алекс спокойно наблюдал за всеми и делал выводы.

Насколько же они были разные, это удивляло Эллу. Ей всегда хотелось достичь такого спокойствия, как у Александра. В любой ситуации он оставался собой и мог принимать решения. Она же вскакивала от громких звуков и жутко переживала, что провалит задание из-за своей тревоги. Когда капитан давал ей это дело, он разве не предвидел того, что оно может оказаться Элле не по зубам?

Девушка шумно выдохнула и сильно сжала подлокотник своего кресла. Пальцы больно впивались в прохладную ткань, но ей было всё равно. Она чуть ослабила хватку и начала поочередно постукивать каждым пальцем.

– Не сходи с ума, – спокойный голос Александра обрушился на неё.

Девушка не смотрела на него, но чувствовала, как он наблюдает за её руками. Тёплые пальцы накрыли её нервную конечность, слегка придавливая своим весом сверху.

Теперь она посмотрела на Александра. Тот всё так же был увлечён происходящим, наблюдая за Пастором. Казалось, что капитан совершенно не придаёт значения своему жесту, но Элле ещё больше стало не по себе от его прикосновений.

Она выдернула руку из-под мужских пальцев и положила на своё колено.

Алекс, всё так же не глядя на неё, отодвинул свою руку.

Для него это и правда было банально – поправить вышедший из строя механизм.

А для неё этот миг касания растянулся, обнажив всю абсурдность их положения. Здесь, в сердце чужой игры, его профессиональная отстранённость казалась ей не спасением, а самым изощрённым наказанием. Она злилась не на его нравоучения, а на собственную потребность в них – на то, что его молчаливая поддержка значила для неё куда больше, чем следовало. И на то, что под маской Лорда Миракла она с мучительной ясностью различала черты человека, которого не имела права хотеть видеть.

Она с отвращением ловила себя на том, что ищет в его отстранённости скрытые знаки. На задании. Ты на задании – пульсировало в висках. Ирония ситуации была настолько горькой, что вызывала тошноту. Она, специалист по чужим мыслям и чувствам, оружие в руках Империума для соблюдения порядка, впала в собственный всплеск… Чего? Влечения? Одиночества? Потребности в одобрении кем-то большим и страшным? Она цеплялась за разумные, выверенные годами объяснения. И это на миг, лишь на миг, подарило ей чувство удовлетворения. Потому что признать всю гамму сложных чувств было страшнее, чем попасть под влияние Пастора.

Она посмотрела на сцену, стараясь выхватить то, что отвлечёт от этих мыслей. Пастор, словно почувствовавший её эмоции, посмотрел в глаза девушке.

– Я требую любви для всех вас! Униженных и оскорблённых, несчастных и непризнанных, сомневающихся и непринятых. Каждый из вас найдёт здесь ту любовь, которую искал, и наполнится ею сполна.

Его речь попадала в самое сердце девушки, словно была произнесена исключительно для неё. Элла понимала, что это уловка, дешёвая и старая как мир, но так хотела поверить Пастору.

Она мысленно одернула себя, когда подумала об этом. Как она может верить человеку, который издевается над людьми? Тому, кто втирается в доверие, а потом делает со своими жертвами всё, что захочет? Его вряд ли можно было назвать человеком в моральном смысле. Все кадры увечий, описания насилия и пыток, которые Элла видела в большой старой папке, спустили её с облаков на землю. Каждый из голосов несчастных, побывавших здесь, пытался докричаться до неё, просил о помощи. Женские мольбы, мужские просьбы, детский плач – все записи допроса смешались в одну, и мозг Эллы выдергивал самые жуткие подробности каждого случая.

Злость прилила к ней, сменяя разочарование. Она посмотрела на Пастора, готовая накинуться на него уже сейчас. Импульс был не настолько сильным, но достаточно ощутимым, чтобы Элла поняла – она не может проиграть. Не в этот раз и не ему.

Она подскочила с кресла, вскидывая руки вверх, и закричала:

– Я здесь, я с вами, Бог любит меня!

Пастор посмотрел на неё и одобрительно кивнул. Примеру Эллы последовали и другие гости. В каждой части зала всё больше людей вскакивали со своих сидений и, как мантру, повторяли фразу своего пастуха.

Девушка не заметила, как и Александр встал, изображая благоговейный вид. Ему это хорошо удавалось, но она понимала, зачем он это делает.

Вскоре всё закончилось. После того как все встали, Пастор объявил открытие вечера и испарился со сцены, пообещав вернуться.

Элла могла лишь выдохнуть. Настало время короткой передышки, но неумолимо приближалось главное событие вечера. Она быстро вышла из зала, стараясь хоть на пару минут остаться одной и не находиться под наблюдением Александра. Девушка протиснулась через толпу, оказавшись в коридоре. Из него она смотрела, куда направляются люди, и поспешила за ними.

Гости расходились по большому залу, который примыкал к тому, где до этого выступал Пастор. Огромных размеров бальный зал быстро заполнялся танцующими парами. Один из незнакомцев, стоявших неподалёку, шатающейся походкой подошёл к Элле.

– Мадемуазель, – вырвалось из мерзкого рта, – разрешите пригласить вас на танец.

Пьяный мужчина протянул руку, и девушка оглядела его. Белый костюм, на рукаве которого уже виднелось красноватое пятно, странно топорщился на угловатой фигуре. Пока Элла раздумывала над ответом, мужчина добавил:

– Ну, вы согласны?

В его тоне слышалась раздражённость и нетерпение. Как она могла сразу не согласиться танцевать с ним?

– Благодарю, но нет, – ответила Элла и развернулась, чтобы отойти, но её руку сдавила сильная хватка.

– Отказы не принимаются, – его дыхание, сдобренное перегаром, обожгло ей щёку.

– Руки прочь, – голос Александра прозвучал негромко, но ледяной тон заставил окружающих гостей обернуться.

Мужчина резко обернулся, но его взгляд встретился с холодно-обжигающей пустотой. Он пошатнулся, попытался дёрнуться, но его рука уже была надёжно зафиксирована за спиной одним точным движением. Боль, острая и безоговорочная, заставила его согнуться.

– Отпусти, – перегар смешался с хрипом.

– Поблагодарите даму за снисхождение, – не меняя тона, продолжил Александр. Его хватка стала ещё настойчивее.

Сдавленный стон вырвался из груди навязчивого кавалера.

– Простите…

Капитан посмотрел на Эллу, та коротко кивнула.

– Ваши извинения приняты, – Александр разжал пальцы.

Тот не смог удержаться на месте и повалился на пол. Проклиная девушку и того, кто за неё заступился, мужчина встал и поспешил убраться из зала. Никто не встал на его защиту. Маскарад продолжился.

Элла подошла к Александру. Маска спокойствия прикрепилась к её лицу, но в глазах читалась благодарность.

– Спасибо.

Алекс слегка склонил голову. Затем его взгляд стал пристальнее.

– А со мной леди согласится потанцевать?

Он произнёс это серьёзно, без доли иронии или сарказма. Его рука была протянута к ней, словно он несчастный, вопрошающий милостыню. Элла непонимающе заморгала глазами, ожидая подвоха.

Но Алекс всё так же протягивал руку и терпеливо ждал её. Собравшись с силами и совладав с эмоциями, девушка протянула руку в ответ.

Песня, заигравшая в этот момент, была смутно знакома Элле. Возможно, она слышала её в рекламе или в одной из популярных подборок старых песен, но музыка совсем не казалась устаревшей.

Александр ловко закрутил девушку, выставляя в правильное положение для начала танца. Левую руку он переместил на открытую спину Эллы, стараясь держать пальцы на одном уровне, не опуская их. Его ноги постепенно начали следовать в такт музыки, увлекая девушку за собой. Она ступала за ним, плыла, не отдавая отчёта своим действиям, просто отдавшись порыву. Александр пристально смотрел в её карие глаза, искрившиеся от света и волнения. Но свои истинные мысли он прятал глубоко внутри, отгородившись холодной голубой пеленой.

Слова песни в исполнении низкого мужского голоса проникали Элле в самую душу.

«Под светом полной луны

Просто назови моё имя…»

– Элла, – он сказал это хрипло, непривычным для себя голосом. Девушка встрепенулась, слегка нарушая их ритм, и почувствовала знакомый ком в животе.

– Ты отлично танцуешь, – добавил он своим привычным тоном. Она смотрела на Александра и не понимала, была ли в этой песне двусмысленность, которую улавливала только она. Он вёл её с таким знанием, словно просчитал траекторию её движения ещё задолго до этого момента. Быть такой предсказуемой для него пьяняще удушало и унизительно сдавливало изнутри.

«…И я твоя…

До самого рассвета»

Бархатистый мужской голос разливался по залу, наполняя слова особой магией и эмоциями.

Александр на удивление хорошо танцевал, и Элла не могла понять, где же он этому научился. Он уверенно вёл её по всему танцполу, не упуская ритм. Мужчина наклонил Эллу назад. Её тело, вопреки сознательным сопротивлениям, отвечало на каждый его импульс глубинным порывом, пугавшим своей неосознанностью. Рука Александра сместилась на её талию, и он крепко сжал девушку, поддерживая и не давая ей упасть. Она отклонила голову вбок, не в силах ответить на его прямой взгляд, и перевела глаза на тех, кто танцевал рядом. Но вокруг никого не было. Люди, танцевавшие вместе с ними до этого, теперь стояли чуть поодаль, наблюдая за парой. Элла слегка смутилась, не понимая такого всеобщего внимания. Но повернув голову обратно, она наконец поняла. Её партнёр смотрел на неё так, словно видел сквозь время их общий финал. Нежность, страсть, жалость с неизгладимой печалью – всё сливалось в единую тяжесть невыносимого знания, которую мужчина не мог передать Элле.

Мужчина ловко вернул её в прежнее положение, продолжая движения, смутно напоминающие смесь танго и вальса.

«Я хочу ощущать твой вкус до самого рассвета

Я получаю то, что принадлежит мне,

И ты получишь своё»

Он не хотел отпускать её, и поэтому продолжал, круг за кругом, движение за движением – только так он мог выразить то, что давно копилось у него внутри. Юные глаза с долей наивности и непонимания принимали всё это как данность, и девушка просто следовала за ним. Когда же музыка прекратилась, он отпустил её. Рука сама скользнула по талии, не давая ощутить большего, но вторая всё ещё держала её за пальцы. Алекс хватался за остатки этих касаний, и Элла чувствовала, как по их соединённым ладоням проходит ток горького предчувствия. Она смотрела на него, пытаясь разгадать причину этой необъяснимой тоски, и понимала, что не может спросить.

Девушка отстранилась, практически вырывая руку из мужских пальцев.

– Думаю, на сегодня хватит танцев, – она сказала это твёрдо и, развернувшись, отошла в сторону.

Александр понимал, что они здесь совершенно не для этого, но ему хотелось ухватиться за последний приятный момент в этом вечере. Или с этой девушкой? Он не знал, что ответить себе на этот вопрос, поэтому просто пошёл за Эллой, стараясь снова не терять её из виду.

Девушка отошла подальше от гостей и со скучающим видом оперлась на широкий подоконник. Окна выходили в сад, и она наблюдала за колеблющимися на стенах тенями растений. Мимо прошёл официант с очередной порцией шампанского, но Элла не обратила на него никакого внимания.

Александр, стоявший неподалёку, взял один из бокалов.

– Ну и зачем? – раздражённо спросила она.

Мужчина довольно улыбнулся и произнёс:

– Благодарность за танец.

Элла успела произнести только робкое «Но», но Александр приложил указательный палец к своим губам. Он покрутил перстень, который всё это время был на его правой руке. На его поверхности показалась небольшая выемка, прикрываемая сверху орнаментом. Мужчина поставил бокал на подоконник и своим телом закрыл обзор. Затем поднёс руку к шампанскому и высыпал содержимое из перстня. Элла охнула. Светлый порошок, проникая в соломенную жидкость, переплетался с пузырьками, образуя небольшое количество пены. Жидкость начала шипеть, но через секунду стихла.

– Нейтрализует всё, что здесь может быть.

Александр говорил тихо, стараясь не произносить ничего конкретного.

Элла кивнула и спросила:

– А почему сейчас, а не в тот раз?

– Много глаз.

Девушка протянула руку к бокалу, ощущая прохладу напитка через стекло. Жидкость быстро разлилась во рту, а затем попала в пищевод и пустой желудок. Пузыри приятно пощипывали, а вкус отдавал приятной ноткой лаванды.

Элла вытянула бокал вперёд, молча предлагая капитану попробовать. Но тот покачал головой. Девушка осушила бокал до дна и поставила на поднос проносящегося мимо официанта. Ей было приятно, что Алекс позаботился о ней, она повернулась к нему, чтобы это озвучить, но его уже не было рядом.

Он стоял в проёме больших дверей, приглашая девушку пойти за ним. Та подняла подол платья и быстрым шагом поспешила к начальнику. В желудке ощущалось нечто бурлящее и неприятное.

«Стоило поесть перед этим», – отметила Элла, стараясь не концентрироваться на этих ощущениях.

Когда они вышли в коридор, живот заполнило странное покалывание, разливавшееся по всему телу. Она приостановилась и резко оперлась на плечо начальника, чуть не потеряв сознание.

Тот не выказал удивления и крепко обхватил её за талию.

– С шампанским что-то не так… – слова тихо слетели с её губ.

– Может быть, – холодно ответил Алекс.

Красная атласная роза промелькнула перед глазами девушки – и это было последнее, что она увидела.